И потому я дарю вам еще одну мысль, еще более чистую и еще более духовную: в Царстве Небесном все пребывает во всем, все - едино, и все принадлежит нам.
Экхарт
Доктрина, утверждающая, что Бог присутствует в мире повсеместно, имеет одно важное практическое значение: она указывает на святость Природы и на греховность и глупость самоуверенных попыток человека стать ее повелителем вместо того, чтобы быть ее благоразумно-покорным сподвижником. К живым существам, не достигшим человеческого уровня развития, и даже к вещам необходимо относиться с уважением и пониманием, и не следует грубо эксплуатировать их ради достижения наших целей.
Владыкой Южного Океана был Поспешный, владыкой Северного Океана Внезапный, владыкой Центра - Хаос. Поспешный и Внезапный часто встречались на земле Хаоса, который принимал их радушно, и они захотели его отблагодарить.
- Только у Хаоса нет семи отверстий, которые есть у каждого человека, чтобы видеть, слышать, есть и дышать, - сказали они. - Попытаемся их ему проделать. Каждый день делали по одному отверстию и на седьмой день Хаос умер.
Чжуан-цзы
В этой юмористической притче под Хаосом понимается Природа в состоянии "ву-вей" - равновесия. Поспешный и Внезапный - это образы тех деятельных личностей, которые думают, что могут улучшить Природу, превращая сухие степи в поля пшеницы и орошая пустыни; которые гордо объявили о Покорении Воздуха, а затем обнаружили, что нанесли колоссальный ущерб цивилизации; которые вырубили огромные леса, чтобы сделать из них бумагу, необходимую для торжества всеобщей грамотности и победе демократии и разума во всем мире, но вместо этого получили эрозию почвы на огромных пространствах, потоки бульварного чтива и органы фашистской, коммунистической, капиталистической и националистической пропаганды. Короче говоря. Поспешный и Внезапный - ярые поборники апокалипсической религии Неизбежного Прогресса и кредо их таково: Царство Небесное находится вне тебя и ждет тебя в неопределенном будущем. А Чжуан-цзы, как и любой истинный даосист, не намерен принуждать Природу становиться средством для достижения временных и плохо понимаемых целей, что полностью противоречит главной задаче человека, сформулированной в Вечной Философии. Он хочет работать вместе с Природой над созданием материальных и общественных условий, в которых индивидуумы смогут осознать Дао на всех уровнях, - от физиологического до духовного.
В отличие от даосистов и буддистов, христиане относились к Природе на удивление бесчувственно, а зачастую откровенно пытались подчинить ее себе с помощью насильственных методов. Отталкиваясь от неудачной формулировки в Книге Бытия, католические моралисты рассматривали животных, как обычные веши, которые человек имеет право эксплуатировать для достижения своих собственных целей. Подобно искусству пейзажной живописи, гуманитарное движение в Европе было почти полностью светским делом. А на Дальнем Востоке и то, и другое, по самой своей сути, были религиозными предприятиями.
Греки верили, что за гордыней всегда следует возмездие: если вы зайдете слишком далеко, по получите удар по голове, который напомнит вам, что боги не потерпят дерзости от смертных людей. В области человеческих отношений современный разум понимает доктрину "гордыни" и считает ее в принципе верной. Мы хотим, чтобы гордыня была посрамлена, и зачастую становимся свидетелями этого явления.
Того, v кого слишком много власти над своими собратьями или слишком много денег, или слишком честолюбивые планы, или слишком большая тяга к насилию, ожидает наказание, и мы знаем, что когда-нибудь это наказание в той или иной форме обязательно придет. Но греки на этом не остановились. В силу того, что Природа для них была отчасти божественным явлением, они полагали, что ее следует уважать, и были убеждены, что высокомерное отношение к Природе повлечет за собой наказание со стороны богини возмездия. В "Персах" Эсхил перечисляет причины - абсолютные, метафизические причины поражения варваров. Ксеркс бьы наказан за два прегрешения: высокомерную империалистическую политику в отношении Афин и высокомерное имперское отношение к Природе. Он пытался поработить своих собратьев-людей и море, построив мост через Геллеспонт.
Атосса От берега до берега перекрыл он Геллеспонт.
Призрак Дария Ну и что, разве он сможет сковать могучий Босфор?
Атосса Все равно, кто-то из богов помогает его замыслам.
Призрак Дария Какой-то бог власти затуманил его разум.
В наше время мы осознаем опасность первого вида империализма и осуждаем его. Но большинство из нас игнорирует существование и даже саму возможность существования второго вида. Но автор "Эдгина" определенно не был дураком, и сейчас, когда мы платим ужасную цену за воспетое нами "покорение Природы", его книга актуальна более, чем когда-либо. И в девятнадцатом веке Батлер бьы не единственным, кто скептически относился к Неизбежному Прогрессу. За поколение или чуть раньше Альфред де Виньи писал о новом технологическом чуде того времени - паровом двигателе, и тон его значительно отличался от восторженных воплей его великого современника, Виктора Гюго.
Sur fe taureaii de fer, qiii finne, souffle ef beugle L 'homme est monte trop tot. Nul ne connaif encor Qiiels orages en lui porte ce rude aveitg/e, Et le gai voyageur hii livre son tresor*
Далее в том же стихотворении он пишет:
Tons se sont dit: "Allans ", mais aucun n 'est le maitre D 'ни dragon mugissant qii '1111 savant a fait iiaitre Nous nous sommes joues a plus fort quo nous tons.**
На железного быка, который дымит, пыхтит и ревет, Человек взгромоздился слишком рано. Никто не может знать, Какие бури таит в себе -это грубое слепое существо, А радостный путешественик доверяет ему свое сокровище. ** Все сказали себе: "Давайте", но никто из нас не хозяин Этому мычащему дракону, которого породил некий мудрец. Мы позволили себе играть с тем, с чем потом не сможем совладать.
Оглядываясь на бесконечные побоища и опустошения, мы можем увидеть, что Виньи был абсолютно прав. Никто из тех веселых путников, о которых с таким восторгом писал Виктор Гюго, не имел ни малейшего представления о том, куда их везет первый, смешной маленький "Пыхтящий Билли". Вернее, у них было абсолютно ясное представление, но оно оказалось абсолютно неверным. Ибо они были уверены, что "Пыхтящий Билли" на полной скорости мчит их к миру во всем мире и братству всех людей. Им также казалось, что газеты, которые они с гордостью читали, пока поезд, мерно постукивая, вез их к Утопии, находящейся примерно в пятидесяти годах пути, были гарантией того. что разум и свобода вскоре восторжествуют повсеместно. Между тем, "Пыхтящий Билли" превратился в четырехмоторный бомбардировщик, загруженный мощной взрывчаткой и белым фосфором, а свободная пресса повсеместно обслуживает либо его рекламную кампанию, либо группу лоббистов, либо правительство.
Тем не менее, по какой-то необъяснимой причине, путники, уже давно переставшие веселиться, по-прежнему истово веруют в Неизбежный Прогресс, то есть, по сути дела, вопреки всему опыту человечества веруют в то, что в жизни что-то можно получить даром. Насколько более разумным и реалистичным представляется мнение греков: каждая победа имеет свою цену, и чрезмерно высокая цена некоторых побед делает эти победы бессмысленными! Современный человек больше не рассматривает Природу как существо божественное хоть в каком-нибудь смысле этого слова'и считает, что абсолютно вправе вести себя по отношению к ней, как надменный завоеватель и тиран. Современный технологический империализм создал огромное количество благ; но богиня возмездия позаботилась о том, чтобы нам достались не только "пироги и пышки", но и "синяки да шишки". Например, перевешивает ли удовольствие, которое человек получает от возможности переместиться из Нью-Йорка в Лос-Анжелес за двенадцать часов, те страдания, которые ему причиняют падающие с неба зажигательные бомбы? Не существует такой формулы, пользуясь которой можно было бы вычислить общее количество счастья и доброты в мире. Однако, не вызывает сомнения: преимущества, созданные технологическим прогрессом, или (если пользоваться терминологией греков) борьбой человеческой гордыни с Природой, - как правило сопровождаются соответствующими отрицательными явлениями, и продвижение вперед на одном направлении оборачивается отступлением на другом, и что за все в этой жизни надо платить. Нам не дано получить точный ответ при вычитании потерь из приобретений, и не дано узнать, будет ли результатом этого вычитания истинный Прогресс в области добродетели, счастья, любви к ближнему и разума. Именно потому, что реальность Прогресса так и не получила точного определения, люди девятнадцатого и двадцатого века были вьшуждены относится к Прогрессу, как к предмету религиозной веры. А вот поклонники Вечной Философии не придают первостепенного значения размышлениям о том, неизбежен ли Прогресс или даже реален ли он вообще. Для них значение имеет то, что индивидуальные мужчины и женщины должны обрести знание, объединяющее их с божественной Основой. Что же касается общества, то их интересуют не его прогрессивность или не-прогрессивность (чтобы там не означали эти термины), а то, в какой степени общество помогает или мешает индивидуумам достичь главной цели человека.
