И, конечно же, тёплая одежда из шерсти орлана. В ней и холод не страшен, и дождь – нипочём! Перестраховка и попа в тепле – залог долгой жизни Некромантов. Убедилась на своём опыте.
День близился к вечеру, когда похмелье сжалилось и решило отпустить меня из своих тесных объятий. Самое оно, чтобы отправиться на задание и уже отмучиться поскорее. Нежить выползает исключительно по ночам, поэтому и работёнка была не из лёгких. Однако, у Некромантов были свои хитрости и преимущества, например, зелье ночного видения. Что в разы облегчало задачу, иначе практически все некроманты были бы инвалидами с переломанными не по одному разу костями.
В стойле на заднем дворе меня ждал Ворон – мой верный спутник на всех заданиях. Невероятно сообразительный конь для уже давно почившего.
Друг был со мной с самого детства. Поначалу неуклюжим жеребёнком чёрной масти. Помню, как подрагивающими ножкам он цеплялся за кобылку, свою мать. Никого не хотел подпускать к себе и долгое время ходил одиноким жеребчиком, гордо игнорируя окружающих. Но однажды он повредил копыто, пользуясь слишком большой вольностью, предоставленной молодому красавчику. Местные уже махнули рукой – мол, не поддаётся дрессировке.
Живой, с лоснящийся чёрной шерстью, длинной гривой, и неуёмной жизненной энергией, конь приковылял к сеннику, где я, тогда ещё маленькая девочка, мирно посапывала в стоге пахучей травы.
Мама всегда говорила, что у меня дар. В нашем роду иногда случались одарённые магическим потенциалом, и я то и дело творила небольшие чудеса. То бывало, коровке в родах помогу, то занозу застарелую изгоню у мужика рабочего. И этот случай не оставил меня равнодушной. Смотреть, как гордая животинка мучается, было выше моих сил.
Поставила его на ноги в буквальном смысле слова и обрела родственную душу под чёрной шкуркой. Ну что поделать, не ладилось у меня с другими детьми. Они шептались, осеняли себя знаком Светлого, сложив пальцы щёпотью, и плевали через плечо, оберегая себя от дурного глаза и прочих неприятностей, которые, как известно доподлинно, колдуны приносят на раз-два.
По вечерам после баньки мама подолгу расчёсывала мою густую чёрную косу до колен. И приговаривала:
– Не слушай, Марьяна. Это всё от зависти. У нас с отцом хозяйство, дом, своя земля. Мы не бедствуем. А люд необразованный, часто злой по незнанию, по предрассудкам. Поэтому учись и никогда не пренебрегай теми, кто ниже тебя по происхождению. Не груби тем, кто печёт твой хлеб и застилает твою постель. Будь сдержанной, но открытой, милая.
Её напутствие до сих пор частенько стоит в ушах, нашёптываемое прохладным ветерком из окна.
В то время в нашей деревушке под названием Седые Холмы ходила хворь, уничтожающая всю живность в округе. И моего Ворона она не обошла стороной. Он исхудал на глазах, от некогда красивого скакуна остались впалые рёбра, проплешины и затуманенные слепотой глаза. Зачах конь быстро.
Хоронили мёртвый скот в общей могиле. Я до сих пор помню, как плакала, размазывая слёзы, льющиеся градом по моим щекам. Как мама рядышком положила ладонь на моё плечо, а отец помогал другим выкопать яму.
С тех пор утекло много воды, но решение, которое я для себя приняла в тот день, осталось неизменным на всю жизнь.
Я решила, во что бы то ни было, стать Некромантом и способности к лечению возвести в абсолют. Что может быть более ярким проявлением целительства, как не поднятие из мёртвых?
Глава 4. Немного о некромантке
Марьяна дэ Лэр
Этот внутренний огонь и цель сделали меня лучшей на факультете, а теперь и в работе. Равных мне пока ещё не было. И как только я выпустилась из Академии, первым делом, отыскала ту общую могилу и оживила Ворона, собрав его по косточкам, в прямом смысле этого слова. Некоторые части тела наращивала с нуля.
Процесс был долгим, трудоёмким и забрал кучу сил и магической энергии, но оно того стоило. Ворон вышел практически, как живой. И только небольшие впадины с едва просвечивающимися рёбрами, да пустые глазницы напоминали о том, что он не принадлежит стану живых.
Позже я усовершенствовала своего спутника магией Смерти, и теперь он представлял собой не просто ездовое животное, а самую настоящую гончую. Светящиеся зелёным потусторонним светом глаза, длинная грива, сотканная из клубов Тьмы, туман, выбивающийся из-под копыт во время рыси.
С чем были связаны такие изменения? Устала объяснять каждому встречному-поперечному, что я – некромантка. Сделала ходячую рекламу, так сказать. И от грабителей, опять же, профилактика. А то лезут по чём зря к одинокой женщине! Между прочим, моя магия позволяет не только поднять усопшее, но и призвать душу, стрельнуть особо мерзким заклинанием вроде острого недержания и бесконечного ика. Знаете, как весело совмещать их вместе?
Тренировалась я на очередной бандитской шайке, принявшей меня за лёгкую добычу. Карикатурные до боли злодеи окружили бедную женщину и принялись перечислять способы моего же убийства и другие подробности похуже.
А когда их главарь с отличительной чертой в виде замотанного банданой набекрень глаза, по кличке Слепой, протянул ко мне свои мерзкие ручищи, больше походившие на шедевр кулинарии в виде круглой толстой булочки и пяти жирных сарделек по периметру, я не выдержала и шандарахнула заготовленными на случай форс-мажора заклинаниями.
Но что-то пошло не так, и половину злодеев закоротило икотой, а другую половину настойчиво потянуло в кустики. Пришлось ещё добавить групповое помешательство и весело наблюдать, как вся эта разномастная компания разбегается кто куда, периодически сталкиваясь, целуясь, матерясь и поминая то Тёмного, то Светлого Богов.
Имидж я тогда подумала решительно поменять. Но слава бежит впереди её владельца, и уже через пару недель все окрестные шайки знали, что злить одинокую всадницу-магиню в пределах столичных окраин не стоит. И проверить эффективность моего перевоплощения никак не представлялось случая. Столичные жители не в счёт.
За моей спиной захлопнулись двери родного домика. Тузик услужливо подсунул мне стратегический запас продуктов. Но то ли у скелета отсутствовало напрочь чувство меры, то ли он сам так изголодался по живой пище, что тормозок у меня вышел нехилый. Копчёная утка, замотанная тряпицей, мешочек с вяленым мясом, сухари и лепёшки да фляга с вином. Словно на войну собралась, ей Тёмный.
– Ты куда столько еды приволок? – пожурила умертвие. И вот, кровью на надгробной плите могу поклясться, что будь он живой, то смутился бы.
– Вы, госпожа, не отнекивайтесь, не вредите себе. Прошлый раз отказались, а потом домой не возвращались дольше положенного срока. Чем питались, непонятно. Хвала Тёмному, хворь никакую желудочную не приобрели. И котелок захватите! Чугунок. Ещё от бабки вашей в наследство остался, – он гордо протянул посудину.
– Уговорил! – воскликнула я, забирая протянутый им узелок. С Тузиком спорить можно до самого рассвета. И в кого только такой упёртый восстал? Хотя знаю. В живом состоянии он был очень заносчивым и упрямым эльфом.
Пройдя к стойлу, не смогла сдержать улыбки. Ворон при виде меня всхрапнул и радостно встал на дыбы.
– Да, мой хороший, – погладила коня по длинному носу, на мгновение прижавшись, – снова в путь. А ты, я смотрю, полон энтузиазма! Отсыпь и мне немного?
Ворон фыркнул, выражая этим всё, что думает о моём пессимистичном настроении.
– Думаешь, на этот раз будет без происшествий? – скептически хмыкнула. – Ты сам веришь в то, о чём говоришь? Когда с нами такое было? Если только сам Тёмный обратит на нас свой Великий Взор. Но этому никогда не бывать.
Прикрепив седельные сумки, вскочила на коня. Ворон тряхнул гривой и приготовился внимать командам. Гончие связаны с Некромантами магически, поэтому мне не нужно было разговаривать со своим верным другом вслух. Он чувствовал меня и мои эмоции ментально.
По старой традиции нашего дома приосанившийся из-за своей маленькой победы в споре Тузикриэль, безмерно довольный собой, провожал меня, махая вслед костлявой рукой до тех пор, пока я не пропала из виду.