- Маш, вот мы сейчас идём – прямо как со школы, как будь-то ничего не изменилось

- Так, Верка, хватит причитать – как старая бабка, как будь-то мы с тобой сорок лет не виделись, окончим институты и как погуляем…, на вашей с Колей свадьбе, - выдержав паузу сказала Маша

- Нет, спасибо, пока не надо так быстро, ну а что твоя «свадьба» когда? – спросила Ника

- Было бы с кем, нормальных не попадалось, чтоб как в песне, не пил не курил и цветы всегда дарил , - запела девушка заметно загрустив

Проходя мимо многоэтажек, Ника, заметив свет в довольно знакомом ей окне, сказала

- А вон там как раз, живёт Коля

- Подруга, это знак с выше, я – иду на вокзал, ты – идешь расставлять все точки над «и», - сказала Маша, подтолкнув Нику, в сторону домов

- А тебя проводить?, - спросила Ника, вернувшись и обняв на прощание подругу

- Я, что маленькая? Сама до вокзала не доберусь?

- Ладно, не пропадай, завтра позвоню, расскажу как прошла встреча, - сказала Ника, уходя в сторону домов, но всё же смотря на подругу.

- Свекрухе привет!, - напоследок прокричала Маша, садясь в подошедший только что трамвай

- Иди ты, - ответила Ника, шагая по снегу, задумавшись о словах подруги, она не заметила, как уже стояла у двери, что вела в заветную коммунальную квартиру, и настойчиво звонила, но увы – никто не открывал, Ника уже собралась уходить, как вдруг, дверь заскрипела, обернувшись, она увидела женщину, на вид лет шестидесяти, в строгой черной юбке и сером, вязанном свитере, довольно высокого роста, на каблуках, она приветливо улыбнулась и Ника увидела что-то знакомое, скулы, нос , кудрявые, уже седые волосы, которые наверняка, раньше были черные как смоль, перед ней была она – Ламара Николаевна.

-Девушка, а вы к кому? – спросила женщина, оглядев Нику с ног до головы

- Я к Коле, - уверенным голосом сказала Ника, и уже готовилась войти в узкий длинный коридор, преградой стала внезапно появившейся рука

-Коли нет - он на учёбе, - грозным голосом сказала Ламара Николаевна, задержав довольно напористую особу.

- Ничего, я подожду , - она ловко отодвинула руку и прошла в кухню

Обычно все девушки, которые во так приходили в гости, после моментального отказа, огорчались и уходили. Эта девушка была довольно решительной и напористой – она напомнила Ламаре её в молодые годы. Женщина пройдя на кухню, увидела стоящую у стены Нику, она была довольно задумчива.

- Так ты – та девушка к которой он бегает по вечерам, - сказала Ламара, приглашая жестом девушку сесть на стул, а затем села сама

- Ну не бегает, а так – заглядывает на пару часиков, я – Вероника, сказала девушка, гордо выровняв спишу

- Ника и Нико, смешно, и долго это у вас?, - спросила женщина, даже не смотря в сторону девушки.

- Месяца три, если быть точным, он о вас много рассказывал, Ламара Николаевна , - сказала Ника с несвойственной ей, теплотой в голосе.

- Ну и что же он вам рассказал?, - спросила женщина

- Вы – пример стойкости, ума и воспитания, - сказала Ника, поняв что перед ней действительно – сильная женщина, раньше она только слушала рассказы Николая о его строгой матери, а теперь и увидела её.

- Что ж, мой сын хорошо воспитан, - сказала женщина с гордостью

- Я это знаю, скажу на прямую – я люблю вашего сына, - сказала Ника, встав со стула

- Хорошо, ты девочка простая, но воспитанная, я не буду лезть в вашу с сыном личную жизнь – это не в моих правилах, скажу лишь одно, он – предан балету, а ты будь преданна ему, тогда лишь, всё будет хорошо.

Неожиданно для обеих , в кухню прошел Николай, увидев маму и Нику, он лишь провёл бровями и стеснительно улыбнулся

- Привет мама, привет Ника, - сказал парень, обняв поочередно обеих

Они еще немного перекинулись парой фраз и пошли в комнату , как только дверь захлопнулась , парень снял куртку и начал разговор:

- Мама сильно тебя не пытала? , - с неким сарказмом спросил парень, приглашая девушку сесть

-Ты же знаешь, я не поддаюсь пыткам, - сказала девушка, смотря на напротив сидящего Николая

- Знаю, вы с мамой похожи кстати, а зачем ты приходила?

-Я? Ах, да , я хотела выяснить что между нами – ведь мы давно не виделись, - сказала она опустив глаза в пол

- Если я полюбил – это навсегда, - он притянул девушку к себе и поцеловал. Приятная дрожь разошлась по телу, как будь то кто-то накрыл теплым пледом. Любовь – заставила их сердца биться чаще. Ведь найти родственную душу так сложно, но им удалось. Выяснив – кто они друг другу . Влюблённые просто лежали, за чтением книги, на этот раз – это был Шекспир:»… Два клана – Капулетти и Монтекки, богатством, родовитостью равны, во времена глубокой старины рассорились. Никто не вспомнит ныне тех причин, что послужили поводом раздора. Покажется грызня собачьей своры невинным воркованием голубей, в сравнении с враждой почтеннейших семей…». Он читал медленно, в надежде продлить такие моменты по дольше. Его голос был успокаивающим, тихим и спокойным, хоть эта история была всем уж давно знакома, для неё она звучала, как будь то впервые, его голос проливал свет на некоторые эпизоды в книге, которые она до этого просто не замечала. А за окном тем временем, была уже глубокая ночь, став задремывать, девушка прижалась к Николаю поближе и прошептала «…Надеюсь, у нас всё будет намного лучше»

========== Часть 7 “Я стал служить квадриге и колоннам” ==========

-Да, я не стал исключением из правил, я как и все — боюсь кому либо довериться, лишь единицы знают меня настоящего, но я не параноик, я просто очень стеснительный, зажатый, скованный, только на сцене я могу раскрыться, словно свет софитов обнажает мою душу, её потаённые уголки. Я стал служить квадриге и колоннам, для других служение — это оковы, тяжелая ноша, для меня же — это просто спасение, спасение для загнанной души. Я даже не знаю чем я загнан, на меня навалилось слишком много проблем, я чувствую себя виноватым, виноватым в том, что мы уехали, каждый день, приходя со спектакля или урока, я вижу глаза своей мамы, которые источают безграничную любовь, и это заставляет меня изо дня в день идти в класс и учиться балету. Я слишком поздно понял, какой же это обман, в детстве всё казалось ярким и красивым, а теперь что, боль, травля, но я буду сильным, мир балета съедает слабых и выбрасывает их на обочину жизни, со мной всё будет по-другому — он подавиться мною. Все те бойкоты что мне устраивали — закалили во мне истинную личность. И вот, перечитывая строчку за строчкой, я понимаю что опять по наставлял кучу запятых и ненужных знаков, ну что поделать, чукча ведь читатель, а не писатель. Я знаю, бумага ведь всё стерпит, поэтому и пишу в дневник. Как сказала бы няня: «…Боже, добра дитина, шо ты тут себе понапридумувал». Каждый раз, когда вспоминаю няню, в моей голове возникают образы любимого няней Подола, вспоминаю её коронные фразы, с ярко выраженным украинским шоканьем, мой любимый маковый пирог, который она обычно пекла по субботам. Боже — это было беззаботное детство, но оно сейчас далеко. Общение с Никой, порой возвращает меня в детство, заставляя чувствовать себя наивным мальчишкой, которому нужно просто услышать её голос, чтобы сердце забилось быстрей. Хоть и мама не в восторге от нее, она не показывает это, но всем своим видом, при одном упоминании о Нике, она показывает что не хочет о ней слышать. Мама не показала этого при первой встречи, она умна, вот только я всегда шел наперекор маминым советам, и Ника — яркое тому подтверждение. Чем ближе и ближе мы общаемся, я понимаю — только с ней я могу быть на столько открытым, не лукавить, не скрывать ничего. Николай, встал со стула и медленно устремился к высокой, деревянной книжной полке, которая достигала до потолка, и сделав небольшой прыжок, он виртуозно закинул дневник наверх. Пройдя через коридор, юноша оказался на кухне, окинув своим взглядом комнату, он вдруг увидел её в новых красках: лучи пробивались сквозь деревянное, зашторенное окно, освещая подвесные ящики в которых каким-то непонятным образом уживались — кофе, чай, макароны и пара свечей, на случай, если отключат свет, в тумбах были многочисленные сковородки и кастрюли, которые почернели в силу своего использования. В хлебнице лежало пару тройку вчерашних кексов, которые он купил после спектакля. Старая газовая плита, хоть и была уже «при смерти» но исправно служила многочисленным жителям.