***
Опираясь на красную резную трость, одетый в тёмно-зелёную мантию, накинутую поверх белой рубашки, чёрных брюк, заправленных в сапоги из драконьей кожи, а также жилета с множеством кармашков, Том Слизерин тяжело поднимался по дороге, тянущейся вдоль склона Большого Каньона. Рядом с ним легко шагала краснокожая девушка с густыми чёрными волосами, завязанными в толстую косу, одетая в простое платье песочного цвета, оставляющее открытыми руки и ноги ниже колен.
Впереди и позади их пары шли другие зрители турнира Короля Шаманов, прибывшие в этот полудикий уголок мира со всех концов света. Шаманы вообще не стали сильно утруждаться строительством стадиона, решив использовать для мероприятия одно из чудес природы, просто возведя трибуны на самых вершинах склонов. Наблюдать же за прохождением состязаний предполагалось при помощи иллюзий, ну или оптических устройств, которые позволяют в мельчайших подробностях увидеть всё то, что находится на линии прямого зрения.
- Не устал? - нарушив молчание, спросила у своего спутника Покахонтас (по ней самой вовсе нельзя было сказать, что она хотя бы немного утомилась).
- Нет, - коротко ответил молодой мужчина, ощутив одновременно досаду, раздражение, смущение и удовольствие от подобного проявления заботы.
Турнир Пяти Волшебников завершился уже как с месяц, но Том лишь недавно сумел оправиться от удара в спину от Имхотепа: африканец бил так, чтобы соперник уже не поднялся, умудрившись повредить как тело, так и энергетику. Если бы молодая шаманка не наплевала на победу в состязании, защитив англичанина от монстров, а затем и оказав первую помощь, то гордый (и горделивый) наследник древнего рода вряд ли дожил бы до подхода целителей, не говоря уже о сохранении полноценной дееспособности.
Сказать то, что учитель был разочарован, означало бы вовсе промолчать. Альбус Дамблдор не кричал, не высказывал претензий... никак иначе не проявлял участия к судьбе ученика (пара формальных бесед вовсе не считается, так как это нужно было для сохранения лица).
Был ли Том зол на Имхотепа? Несомненно. Однако он признавал, что в аналогичной ситуации, но при иных вводных, вероятно и сам бы не постеснялся атаковать конкурента. И пусть от злости это не избавляло, но мстить специально и целенаправленно волшебник не собирался (разве что подвернётся какой-нибудь удачный случай).
Куда сильнее был удар со стороны Альбуса Дамблдора, который попросту списал Слизерина со счетов. Да, восстанавливаться ему теперь долго, и репутация неплохо подмочена столь фееричным провалом, но...
"Это ведь не повод, чтобы заменять меня на нового ученика!", - мысленно негодовал волшебник, крепче стискивая пальцы на навершии трости.
Мягкое прикосновение к руке вырвало Тома из неприятных мыслей. Переведя взгляд на свою спутницу, он увидел беспокойство в красивых живых глазах, решимость на обветренном лице, напряжённо поджатые губы. Пришлось заставить себя улыбнуться, выражая благодарность и каплю смущения, негромко произнося:
- Кажется, я себя всё же переоценил.
Краснокожая девушка только кивнула, а затем поманила его к отвесной каменной стене. Приложив ладонь к склону, Покахонтас заставила открыться каменную нишу с каменным же диваном, на который они и уселись, расстелив взятый с собой коврик...
"Хотя, не только моё поражение стало причиной охлаждения отношений с учителем", - пронеслось в голове Слизерина, пока он переводил дух, наблюдая за кажущейся бесконечной рекой людей и нелюдей.
Британские волшебники, в особенности - аристократы, были приверженцами идеологии превосходства благородных родов, обладающих силой, которую унаследовали от предков, перед молодой аристократией, новой кровью и полузверьми. Однако же сам Том был... не столь радикален в своих взглядах, и пусть ему нравилось считать себя и других наследников элитой, презрения или ненависти к менее знатным представителям он не испытывал. Да и давнюю вражду народов считал пережитком прошлого...
"Только вот учитель, каким бы добряком широких взглядов себя ни выставлял, остаётся "магом старой закалки", для которого все не белые и не англичане - это существа второго сорта", - взгляд сам собой вернулся к девушке, буквально взявшей на себя ответственность за спасённого, о чём её никто не просил.
Покахонтас была... странная: Слизерин не слишком хорошо знал, как дела в отношениях у мужчин и женщин складываются в СПК, но сомневался в том, что даже здесь нормальна практика, когда парня практически покупают, обещая открыть ему тайны своего рода.
"Впрочем... Мне ли жаловаться?", - мысленно усмехнулся волшебник, ощущая как усталость постепенно отступает.
Даже если девушка ведёт какую-то свою игру, Том пока что не собирался вставлять ей палки в колёса. И причина этого состояла не только в желании узнать что-то новое, и не в попытке порвать с прошлым.
"В конце концов, чем не шанс начать новую жизнь? А чьи-то планы... Меня это уже не касается".
***
Турнир Шаманов оказался самым масштабным из уже завершившихся соревнований: благодаря размеру Большого Каньона, в нём единовременно происходило от двух и до трёх десятков поединков, начиная от отборочных боёв среди молодёжи, заканчивая схватками между матёрыми ветеранами. Представители СПК, пользуясь преимуществом "своей территории", одного за другим выбивали конкурентов из других стран, почти открыто сводя поединки к тем результатам, которые были нужны их бойцам.
После бесславного выступления на турнире волшебников Тао Джун, от её брата ожидали откровенно немногого. Однако юноша, едва разменявший пятнадцать лет возраста, духом-хранителем коего является кто-то из китайских генералов времён войны трёх империй, умудрился удивить многих: понимая то, что в схватке на истощение его попросту измотают, он сделал ставку на победу одним ударом.
Казалось бы, что после первого же применения тактики вложения всех сил в самый первый удар, уже второй противник должен быть к этому готов. В общем-то так и было, но даже когда молодые шаманы пытались начать уклонение в момент объявления боя, худощавый чёрноволосый подросток просто выстреливал собой вперёд, за мгновения преодолевая разделяющее их расстояние.
