"Но не остановилось", - скрипнул зубами Гаюс, бросая яростный взгляд на каменную тушу, при каждом шаге утопающую в песке почти до середины голеней.

   Не в первый раз Великая Пустыня извергала из своего чрева монстров, одним своим существованием угрожающих зебрам и их соседям - верблюдам. Следы древней, жестокой и кровавой магии, порожденной стремящимися выжить в мясорубке всех против всех далеких предков нынешних обитателей Эквуса, пугали и манили разных авантюристов, жаждущих найти затерянные богатства и сильные артефакты. Одному из тысячи действительно везло и он находил какую-нибудь безделушку, остальные либо бросали это дело после ряда неудач, либо гибли в процессе, иногда умудряясь потревожить какое-нибудь творение безумного гения.

   Нельзя сказать, что в древности магия была могущественнее, все же наука не стоит на месте и если бы сейчас одаренным позволяли пользоваться теми же методами для усиления эффектов чар, они могли бы создавать даже более поразительные вещи. Вся проблема заключалась в том, что нынешние поколения магов концентрируются на использовании собственных резервов и точности манипуляций, да и никто им не позволит резать разумных существ сотнями или даже тысячами, что было необходимо для многих устаревших ритуалов.

   "Но преступников все равно отправляют в гильдию", - напомнил себе полосатый жеребец.

   - Не спи, а то простудишься! - весело крикнул пролетающий мимо Тигрус, за напускной бравадой которого ощущалась плохо скрытая тревога.

   "Впереди его родной город", - напомнил себе всадник изумрудного дракона.

   Сложно было даже представить, как себя должен ощущать один из самых молодых членов новообразованного ордена, осознавая свою беспомощность против врага, который собирается разрушить твой дом. Сам Гаюс не сомневался, что даже не имея шансов на победу, попытался бы напасть на черного сфинкса... если бы Цезарь не приказал просто ждать. Ослушаться воли своего господина, как бы не скребли мантикоры на душе, жеребец не мог физически (слишком уж хорошая была у него подготовка).

   - Впереди! - разнесся в небе голос Макуса.

   Все всадники устремили свои взгляды по направлению движения черного сфинкса и использовав функцию дальновидения, встроенную в шлемы, вскоре заметили крупную темно-синюю дракониху с серебряными изогнутыми вперед рогами, со спины которой, два десятка солдат сгружали тяжелый даже на вид ящик из грубых досок.

   - Буря? - удивился Пентос. - А где Октавиус?

   - Видимо эта зазнайка не смогла унести сразу и груз, и своего всадника, - хохотнул Тигрус.

   Тем временем полосатые жеребцы в алых плащах, накинутых поверх стальных кирас, справились со своей работой и освободили огнедышащую ящерицу от ее груза. Буря тут же отошла в сторону и безмятежно развалилась на песке, прижав крылья к бокам. Всем своим видом она показывала, что ее ничуть не беспокоят ни зебры, спешно распаковывающие принесенный ею груз, ни тем более ожившая каменная статуя, шаг за шагом, без усталости и сомнений сокращающая расстояние до встречающей делегации.

   - Мне одному кажется, что этого как-то маловато для того чтобы остановить сфинкса? - на этот раз вопрос Тигруса прозвучал напряженно, выдавая его волнение.

   - А ты чего хотел? - хмыкнул Макус. - Ни один легион не успел бы подойти сюда так быстро. А магия, как мы успели убедиться, не сильно полезна против этой твари.

   Дальнейшие события всадники по негласному соглашению наблюдали в молчании, лишь со своими "младшими братьями" перебрасываясь одной-двумя фразами при помощи ментальной связи. Тем временем солдаты извлекли из ящика конструкцию, похожую на примитивную бронзовую пушку, вставленную в каркас из диска с четырьмя отверстиями и нескольких труб.

   Черный сфинкс, не проявляя ни разума, свойственного этим созданиям, ни даже инстинктов, продолжал механически переставлять кошачьи лапы, покачивая длинным хвостом с шипом на конце и прижимая к бокам вороньи крылья.

   "Нам так даже лучше: если бы он был полноценно разумен...", - додумать свою мысль Гаюс не успел, так как в этот момент необычная пушка произвела свой залп.

   Ствол орудия, направленный на чудовище, коротко вздрогнул, а в следующую секунду по ушам драконов и их всадников ударил хлопок, который даже несмотря на большое расстояние, вызвал тихий звон в головах жеребцов. Черный гигант, до этого момента казавшийся практически неуязвимым, на несколько секунд замер с поднятой для очередного шага лапой, а затем тяжело осыпался на песок мелким щебнем, подняв в воздух клубы пыли.

   Солдаты, произведшие удачный выстрел, прыгали и размахивали руками будто жеребята, а не бывалые воины на службе армии Цезаря. Они хлопали друг друга по плечам, активно жестикулировали...

   "Это что вообще было?", - ошеломленно подумал наездник изумрудного дракона.

   Буря поднялась на все четыре лапы и в несколько шагов приблизилась к радующимся зебрам. Нависшая над жеребцами голова огнедышащей ящерицы привела их в чувства, заставив начать собирать орудие обратно в контейнер.

   - Тигрус, остаешься здесь до прихода исследователей, - отдал приказ Пентос. - Остальные - возвращаемся в Новый Рим. Цезарь ждет отчета.

   ***

   - Как видите, принц, у Зебрики тоже есть средства разрушения, сопоставимые по мощи с ударом аликорна, - сидя в кресле, за рабочим столом в своем кабинете, Юстус жестом левой руки указал на сферу воздуха, в которой находилось изображение недавних событий (подчиненный шаманами дух, создал вполне качественную иллюзию). - Если же вы хотите удостовериться в правдивости показанного вам события, то уже этим вечером, мы сможем поучаствовать в демонстрационных стрельбах.

   "Девятнадцать алмазов, каждый из которых равен размерами моему кулаку, фокусирующая линза из горного хрусталя и пластина золота массой в десять килограмм - это все нужно для единственного выстрела. Если вести войну с помощью этого оружия, то мы разоримся раньше, чем враг успеет всерьез испугаться", - мысли, похожие на вязкую патоку, никак не отразились на уверенном, чуточку высокомерном и гордом выражении морды Цезаря.