"Если бы не хроноворот, даже боюсь себе представить, как бы везде успел".

   ***

   - Это то, о чем я думаю? - сидя в директорском кресле, "Альбус" смотрел на черную тетрадку в кожаном переплете и всеми фибрами души ощущал, будто тетрадка смотрит на него в ответ, при этом источает страх, злобу, злорадство, отчаяние и какую-то детскую, наивную надежду.

   - Понятия не имею, о чем вы думаете, но могу предположить... Нет, это не дневник моей жены, где она описывала свои подростковые переживания, - избавившись от своей маски аристократичной надменности, Люциус, поступивший крайне рискованно, решив принести темный артефакт в школу чародейства и волшебства, оказался ничуть не менее язвительной личностью, нежели его школьный друг - Северус Снейп. - Я надеюсь, что вы понимаете, какой уровень доверия я вам проявляю? Если в министерстве узнают, что у меня хранилась эта вещь - мой род обречен; если Пожирателям станет известно, что я отдал эту вещь вам... Думаю не стоит объяснять, как они поступят со мной и моей семьей.

   - Удивил ты меня, Люциус, - отбросив шутливый тон, великий светлый маг спросил. - Чего ты хочешь добиться? Как-то мне не верится, что ты раскаялся в своих былых преступлениях и решил искупить вину перед обществом. Почему я не должен сейчас же сдать тебя аврорам, а эту штуку - Отделу Тайн?

   - С дневником делайте все, что захотите, - безразлично отозвался Малфой. - Что же по поводу меня: я хочу заключить союз. Сейчас в моих руках довольно большие финансы, у меня есть связи за границей в таких кругах, куда вас вряд ли пригласят, "мой император"... Самое же главное - это Визенгамот. Поддержка моей фракции, даже если она уменьшится после откола идейных Пожирателей, позволит вам принять законопроект по Азкабану и не только. Вы ведь и дальше хотите проводить свои реформы? А я всего-лишь хочу безопасности для моей семьи, моих вассалов, моего бизнеса. Вы, директор, прямо сейчас можете от всего этого отказаться, тем самым начав новую волну беспорядков в стране: я - единственный из старой гвардии аристократии, кто готов к адекватному диалогу. Не станет меня и все те, кто сейчас сидят тихо, полезут творить беспредел на улицы... в том числе и магловских городов. Так что, подумайте хорошенько, стоит ли пользоваться шансом и избавляться от меня.

  Магия перевоспитания

   Появившись в неприметном переулке Лондона при помощи аппарации, "Альбус" сверился с адресом, записанном на блокнотном листе. Вопреки обыкновению, он был одет в серую куртку, трансфигурированную из старой и потрепанной мантии, синие джинсы, белые кроссовки, а в руках держал спортивную сумку. Его лицо было гладко выбрито, короткий ежик волос отливал иссиня-черным цветом и вообще, мало что роднило облик крепкого, но совершенно обычного мужчины средних лет, с импозантной внешностью великого светлого волшебника (разве что часы и волшебная палочка, являясь артефактами, совершенно не изменились).

   - Улица Вязов, дом шесть, подъезд два, квартира... тридцать четыре, - прочитав записку "Дамблдор" применил к ней огненные чары, превращая в горстку пепла, а затем развеивая по ветру. - Не беспокойся, мальчик мой, все будет хорошо. Мы все исправим...

   Выйдя из переулка уверенным шагом, бывший старик нашел нужную дверь и в очередной раз покосившись на темнеющее небо вечернего Альбиона, вошел под своды безликой многоэтажки. Какой-то человек средних лет, одетый крайне неопрятно, одарил незнакомца подозрительным взглядом, однако же подходить не стал и решил вовсе не связываться с тем, кто может и кулаком врезать.

   Поднявшись на нужный этаж, директор Хогвартса нажал на кнопку звонка, закрепленную на стене левее вроде бы обычной деревянной двери, в которой ощущалась какая-то магическая структура, объединяющая в себе маглоотталкивающие и защитные чары. Через несколько секунд с той стороны раздался визгливый старушечий голос, вежливо спросивший:

   - Чего приперлись?

   - Я по объявлению, - отозвался "Альбус". - У вас продается Британский Шкаф?

   Дверной замок щелкнул и створка приоткрылась, а из-за порога выглянула старушка в красном вязаном свитере, черной юбке до пола, с волосами заколотыми в пучок на затылке. Оглядев гостя через очки-велосипеды в роговой оправе, она неприязненно сморщила нос и кивнув, открыла проход внутрь своего логова, при этом проворчав:

   - Заходи уж, раз приперся. Тепло из дома не выпускай.

   Стоило "Альбусу" оказаться в маленькой однокомнатной квартире, на кухне которой что-то варилось, хозяйка указала рукой на единственную комнату и произнесла совершенно другим, мелодичным женским голосом:

   - Проходите, профессор, вас уже ожидают.

   Благодарно кивнув, бывший старик миновал коридор, зашел в спальню с потертым зеленым ковром на полу и продавленным диванчиком у стены, и, не задерживаясь направился к старинному дубовому шкафу. Взявшись за ручки створок, он распахнул дверцы и вошел внутрь, оказавшись в коротком тамбуре. Толкнув следующую дверь, мужчина вышел в комнату с серыми стенами, полом и потолком, где стояли двое мужчин в плащах с глубокими капюшонами. Невыразимцы безмолвно кивнули гостю, расступились и жестами рук предложили пройти в соседнее помещение.

   - Чувствую себя героем плохого фильма про шпионов, - признался великий светлый волшебник.

   - Вы должны понимать, мистер Дамблдор, что мы рискуем пуская вас в министерство через наш тайный ход, - подал голос один из работников Отдела Тайн. - Если бы не наше сотрудничество в некоторых проектах, ваша репутация и клятва о неразглашении, наша организация предпочла бы вовсе не ввязываться. Пронести же крестраж через атриум министерства вы бы конечно смогли, но... Это вызвало бы слишком много неудобств.

   - Вы же хотите оставить данную ситуацию конфиденциальной? - уточнил второй сопровождающий.

   - Пока - да, - кивнул "Дамблдор". - Шумиху поднимать рано, а с министром я сам поговорю, если не сегодня, то завтра. Вы выполнили мою маленькую просьбу?

   - Нам пришлось потратить трое суток субъективного времени, но... да, - первый скрытник кивнул. - Все, что вы требовали доставлено.