Литмир - Электронная Библиотека
A
A

От подобной грубости Эшиала потеряла дар речи.

– Но ведь ты и не любишь его.

– Как ты смеешь!

– Скажи, что ты его любишь, – и ты солжешь. Голова Шанди задурманена воображаемой императрицей, идеалом… Он не способен любить женщину как личность, наделенную своими правами. Теперь-то он уже должен был это понять. Но даже если понял, у него нет ни малейшего представления о том, что делать дальше.

– Если я расскажу ему, что ты мне тут…

– Не надо. У него сейчас и без того хватает забот. О тебе я знаю все… Ты вышла замуж в семнадцать. Семья уламывала тебя, пока не добилась твоего согласия.

Так вот что бывает, когда прославленный покоритель женских сердец делает первый ход! Пока впечатление оставляло желать лучшего. Эшиала уже многие годы так не злилась.

– Я не собираюсь выслушивать эти оскорбления!

– Но в итоге ты вышла замуж. Из чувства долга. Что, ты и ноги раздвигаешь из чувства долга?

Чувствуя, как пылает ее лицо, Эшиала нетвердо поднялась на ноги и протянула руки к своей малышке…

– Это мне сказала твоя сестра.

– Как? – Из легких принцессы разом вышел весь воздух, и она вновь шлепнулась на скамью. В глазах Ило сверкнули искорки.

– Сегодня я отправляюсь обедать к сенатору, в его конюшне стоит кобылка, на которой я желал бы прокатиться.

Майа пыталась запихнуть оборванную розу себе в волосы, впрочем, без особого успеха. Сенатор всегда любил вздремнуть после обеда. О, Эшия, какая же ты идиотка! Дура, дура! Одно хорошо – ребенок от Ило не будет похож на бабуина.

– С княгиней я веду равную игру, – признался Ило, поднимая последнюю розу, – но ни за что не решился бы заигрывать с будущей императрицей. Уверен, за это положена какая-нибудь особенно мучительная казнь. Сажание в муравейник или еще что-нибудь в этом роде.

– Увы, тебе не представится случая выяснить.

– Всем сердцем надеюсь. Но ты ведь помнишь историю про бассейн-прорицатель? – Последний общипанный стебель упал к его ногам.

– Я помню, что муж просил меня не обсуждать…

О нет!

Расслабленно откинувшись на спинку скамьи, Ило запрокинул голову.

– Боюсь, да. С нарциссами. Над этой чушью можно было бы посмеяться, но Эшиала слишком злилась, чтобы расхохотаться от души.

– Это твой «номер шесть», или ты испытываешь «обольщение номер семь»? Ты должен был спланировать его совсем недавно. Помни все-таки, что мой муж просил нас… – Улыбка заставила ее умолкнуть. – Это ведь ты заговорил тогда о предсказаниях!

– А как бы ты иначе о них узнала?

Никак, наверное. Шанди никогда не обсуждал дела дома.

– Значит, ты уже тогда собирался заманить меня в свои сети? Как только вы вернулись?

– Сети я стал ставить сразу, как только увидел тебя… Редкий случай, знаешь ли. Как уже было сказано, я никогда не сходил с ума по женщинам. Страсть не затмевает мой разум, я вполне способен сказать себе: «Ило, эта женщина тебе не по зубам». И потом, я могу флиртовать с любой красоткой – зачем же мне играть с единственным огнем, который действительно способен обжечь? Но вроде как у меня нет выбора. Предсказание исполнится, когда зацветут нарциссы.

– Зацветут нарциссы? – Эшиала надеялась, что к их цветению она раздуется, словно диванный валик.

– Это тебя я видел в саду, в окружении нарциссов.

– Обнаженную, надо понимать?

– Совсем голую, на расстеленном покрывале…

– Что?!

– И с улыбкой на устах. – Ило встал раньше, чем она успела подняться сама. Прижимая к груди серебряную чашу, он шагнул к ней.

– Клянусь тебе, что это правда, – с печалью в голосе заявил он. – Но я настолько умелый лгун, что ты мне лучше не верь. Ради себя я уповаю на то, что бассейн пошутил, ибо меня не утешает перспектива оказаться повешенным, четвертованным или утопленным, – и все для того лишь, чтобы добавить императрицу в список моих побед. Но ради тебя я надеюсь, что предсказание сбудется.

Какая наглость!

– Вы так добры ко мне, сударь.

– Там, в Квобле, была девушка, слишком рано вышедшая замуж за одного богатея. Я показал ей на примере, каким может быть акт плотской любви. Позже она призналась, что это здорово ей помогло.

– После трех лет при дворе я начала было думать, что видела всяких наглецов. Вижу, я ошибалась.

– Тебе попросту не хватает опыта.

– По-твоему, я должна счесть прелюбодеяние с тобой верхом блаженства? Ило, казалось, рассердился.

– Конечно! Иначе зачем все они кидаются мне на шею?

– Не имею представления!

– Тогда тебе же хуже. Сегодня прихвати с кухни баночку джема и ночью объясни Шанди, что ему следует делать.

Эшиала открыла было рот, чтобы запротестовать… Но вместо этого улыбнулась. Чем больше она думала о совете Ило, тем оскорбительней он ей представлялся. Не желая того, она вдруг рассмеялась в голос.

– Почему ты смеешься? – вопросила Майа, неуверенно приближаясь к ней по скамейке. Эшиала собрала остатки злости.

– Ило сказал забавную вещь, дорогая.

– Но не стоит пробовать это с ним, – добавил Ило со знанием дела. – С ним ничего не получится.

Глядя на его усмешку, Эшиала представила себе волосатую грудь Шанди…

– Почему смеешься? – крикнула Майа, набрасываясь на нее со своими маленькими кулачками.

Наконец Эшиале удалось выровнять дыхание. Она вытерла слезы и подняла взор, чтобы встретиться с торжествующим блеском глаз под вьющимися темными прядями.

– Давно ли ты смеялась, красавица? Попробуй еще раз! – Ило опрокинул на принцессу водопад розовых лепестков из серебряной чаши. Они падали ей на плечи, на колени, путались в волосах, засыпали всю скамейку и траву у ее ног. Тяжелой грудой они падали, застревая в швах платья, прилипая к лицу… Майа по достоинству оценила шутку: девочка визжала от восторга.

Беспомощно прижав ладони к корсету, Эшиала пронзительно вскрикнула.

– Идиот! Ну, ты…

– Идиот, – подтвердил Ило, блаженно улыбаясь. – Это мое «обольщение номер один»: заставить женщину рассмеяться. Милая принцесса, ты самая прекрасная женщина на свете! Впрочем, я им всем это говорю… Я хотел услышать твой смех, и он мне нравится. Оставь ее себе. – Сунув в руки Эшиале чашу, Ило пошел по газону прочь, тихонько насвистывая.

Эшиала уставилась ему вслед. Даже если Ило не произнес ни одного слова правды, он должен был потратить не менее часа на свою дурацкую шутку! Просто чтобы заставить ее рассмеяться?.. – Почему мама плачет? – спросила Майа.

4

А дни все летели. Осенний холодок, крадучись, спустился с вершин Исдрутуда и пополз по равнинам к Хабу. В северном небе висели уже три кометы – даже самые древние летописи не упоминали ничего подобного. Люди ставили пятьдесят против одного, что император уже не встретит новый год. Большая часть балов зимнего Празднества была отменена в ожидании национального траура.

Внезапно эльфы стали попадаться не чаще единорогов. Все кругом посмеивались, ибо сезон зимних торжеств был для эльфов наиболее удачным временем года, но эльфы, как известно, не умеют считать собственные деньги. Все эти музыканты, певцы, кутюрье и так далее, без всякого сомнения, плюнули на выгодные заказы и бежали из столицы, страшась гнева кредиторов.

Это, правда, никак не объясняло исчезновение поэтов, танцоров, художников и скульпторов. Позднее разнесся слух о том, что эльфы собираются в леса Илрэйна со всей Пандемии.

Забавный народ эти эльфы.

Принимая во внимание голод в Шимлундоке и пострадавший от землетрясения Амбель, Имперский Архивариус собирался объявить 2998 год Годом Несчастий… Но Шанди даже слышать об этом не хотел; так в исторические книги вошел Год Трех Комет.

Тем не менее…

Урожай гнил на полях юго-западного Питмота: не хватало рабочих рук. Тролли, по всей видимости, нашли себе другое занятие… Эскадра II флотилии оказалась выброшена на берега архипелага Ногид – и корабельные команды официально были признаны «пропавшими без вести», хотя никто не сомневался, что они угодили в желудки дикарей. Армия халифа теснила легионы к Уллакарну, шаг за шагом отвоевывая потери джиннов у Карфина и в ущелье Костей. Гномы-партизаны устроили засаду на когорту легионеров и Гувуше и разорвали.ее в клочья.

69
{"b":"7606","o":1}