– Тогда, можно я с тобой его подожду? – она погладила меня по голове и спустилась к щеке.
– Нет.
– Но я ведь живу рядом...
– Нет! – я перебил её. – Нет...
– Но...
– Возьми то, что у меня в правой руке. – я немного приподнял руку, сил вообще не осталось на движения. Поэтому как только она взяла коробочку, кисть резко бухнулась на асфальт.
– Ты нашел её, спасибо. – она ещё раз погладила меня по щеке. – Спасибо, спасибо, спасибо... – она начала плакать и снова из-за меня. Хочу утешить, но не могу уже шевелиться, только говорить, но и это уже крайне сложно... Должен, должен!
– Ух...од...и. – еле выговорил я.
– Нет! Я не могу бросить тебя!
– Вот...же...
– Нет. – прошептала она.
– Иди...
– Не могу.
– Гл...
– Что?
– Глу...пе...нькая... – вторая рука, что немного держала её соскользнула.
В ответ тишина, я слышу звук мотора... Он приехал... Теперь можно не переживать. Дождь... Неужели он закончился? Или это я уже ничего не слышу? Хлюпанье шагов тоже нет, да и мотор не гудит... Боль утихает...
Комментарий к Цена геройства Я вернулась) Получилась коротенькая глава, но зато эмоциональненькая)
Продолжение через пять дней, наслаждайтесь)
====== Время узнать правду ======
POV Россия
Уже прошло два дня. Я ужасно переживаю за Амери, хотя была уверена, что всё обошлось, как никак у него дома доктор есть. Ему точно успели помочь, точно. И всё-таки тем невидимым героем был США... Слова Амери в конце, сказанные с его мягкостью, которую так может передать только он, полностью раскрыли загадку личности, спрятанной за черным капюшоном. У меня были подозрения, но я очень сомневалась.
Он спасал людей, чтобы простить самого себя... Он сказал мне после нападения тех мужчин на нас с Аней: ” Я искупляю грехи”. Что бы это могло значить? Так, нужно перестать думать об этом...
Бел и Каз уехали к своему правительству. Я осталась дома одна и занялась готовкой, чтобы развлечься. Да и сейчас похолодало, а оладушки с горячим чаем – самое то в такие деньки.
Лето заканчивается, три дня и начнется осень. А за ней и до зимы недалеко. Я засмотрелась на падающие листья за окном. Скоро осень, золотая осень. Уже редкие жёлтенькие листочки слетают с тонких веток и прижимаются к сырой земле, украшая её, они словно цветы рассыпаные на ней. Кажется, именно так листья хотят запутать окружающих, притворяясь первоцветами, создавая иллюзию ранней весны. Красота...
Ну всё, еда готова! Чай заварю, можно начинать кушать. Только я собралась сесть, как услышала стук в дверь.
И кого ко мне принесло? Парни у себя на родине, тогда, наверное, сестры. Хотя они не предупреждали, что придут, ну и ладно. Я открыла дверь.
– Украина?!
– Здравствуй, сестрица.
– Сестрица?
– Можно я войду? – она показала пальцем в сторону.
– А, д-да, конечно.
Я впустила её и захлопнула дверь.
– Пойдем на кухню. – предложила я.
– Хорошо.
Спустя пять минут неловкой тишины я завела разговор.
– Чай будешь?
– Не откажусь.
– Вот, и оладушками угощайся.
– Ха, смотрю, ты всё такая же, как и раньше, гостеприимная и щедрая.
– Ну, не знаю...
– По-прежнему любишь готовить?
– Да.
– Знаешь, я не просто чай пришла попить. Для начала, прости меня. Мне очень жаль, что я так к тебе относилась. Давно хотела с тобой помириться, правда, ведь и обижаться то было не на что... Ты была права, зря я поверила им...
– Ты тоже прости, я тогда тоже слишком агрессивно на это отреагировала. Много лишнего и глупого наговорила...
– Нет, Россия, ты была права. Мы все один народ, мы одно целое, так было и так будет всегда. Русские, украинцы.. Ведь нет никакой разницы! Но мне просто так хотелось быть особенной, что совсем позабыла о семье. Я была такой глупой... Прости меня. Зря я нацепила ленту независимости, зря поверила власти, зря поверила западу...
– Украина... – я подошла и обняла её.
– Я хотела извиниться раньше, но мне нельзя было. – она сжала ткань моей кофты и уткнулась головой в плечо. Она не плакала, ведь довольно-таки сдержанная, однако её голос немного дрожал, выдавая её искренние чувства, а именно сожаление. Я думаю эти извинения от души, они настоящие.
– Я давно тебя простила.
– Это хорошо. – она отпустила меня и поправила растрепанные волосы. – Тогда мир? – протянула руку и почти незаметно улыбнулась.
– Мир. – широко улыбнулась я и протянула руку в ответ. – Правда, думаю, он не официальный. Сама понимаешь.
– Да-да-да, мне вообще по-хорошему с тобой видеться вне зала собрания нельзя, так что простого такого мира мне достаточно. Хотя это вражда на мировой арене меня выбешивает, да и многие мои жители тоже за мир с тобой.
– Ну, мне с тобой видеться можно. То есть у меня нет ограничений таких, однако моё влияние на себя же, как бы не было смешно, незначительное. Вся власть у главенствующей партии и у одной из моих старших дочерей.
– Москвы...
– Да, поэтому даже если я и предложу мир своиму правительству вообще не факт, что одобрят. Главное, что хоть как личности мы теперь снова вместе.
– Да.
Мы болтали весь день, до позднего вечера. И под конец я вспомнила про коварный план.
– Украй, вы же меня с США обмануть по-крупному хотели, сейчас ты исполняешь свою часть договора? – уже без радости спросила я.
– Что? План? Так, подожди, ты же всё знаешь.
– Ну, да...
– Значит знаешь, что он был фальшивым...
– Что?! – я вскочила из-за стола.
– Ничего не понимаю, Канада сказал, ты всё узнала и отшила Амери, не простив, из-за того, что он врал сначала.
– Всмысле сначала, фальшивый план... Теперь я не понимаю.
– Так значит ты... – она вскочила. – Ты не знала, что мы с Канадой это придумали для Амери?
– Что?!
– Это многое объясняет... Ты просто не знаешь всей правды.
– Я запуталась, какой правды? Объясни мне всё.
– Хорошо, США в этой жизни, после того, как вспомнил прошлую был одинок. У него были друзья, с которыми он катался по клубам и хлебал алкоголь, однако ему было всё-равно пусто. Амери постоянно притворялся весёлым плохим парнем, чтобы быть в окружении людей и стран. Избегал физического одиночества, однако морального не получалось. У него было очень много девушек, но он никого не любил, с мамой у него были больше дружеские отношения, они были холодные и непонятные. Канада был единственным, кем дорожил США. У него не было того, что бы по-настоящему приносило бы радость и удовольствие. Он стал сух по отношению ко всему, однако отношения к тебе было особенно эмоциональным. Канада рассказывал, что он мог часами придумывать подстебки, дразнилки и прочее для тебя. Ты вызывала большой интерес, не похожий на тот, который был у него к другим. И заметив это, мы придумали план под названием ” От ненависти до любви один шаг”. Дальше ты знаешь, ну, суть плана, который был у нас с Амери. Потом всё случилось как мы и предполагали, США, общаясь с тобой, понял свои истинные чувства. Россия, он по-настоящему полюбил тебя.
– Что же я наделала... Не знала... Я не знала всей правды, думала, что его чувства ненастоящие... А как же Южная Корея, она ведь его поцеловала, я видела это.
– Могу предположить, что это тоже дело рук Великобритании. Она же тебе про план рассказала?
– Да, и про то, что Корея его девушка.
– Она всех обвела вокруг пальца, потому что США сказала, что ты всё знаешь, но из-за этого крупного обмана, не простишь.
– Мне нужно было с ним поговорить. Я должна была его выслушать.
– Я хотела с тобой поговорить об этом раньше, но мне США запретил. Он сказал: “Не надо меня оправдывать, я и правда плохо поступил. Да и вообще... Много накосячил в этой жизни, слишком много... А вот оно и наказание.
Беларусь и Россия начали встречаться, не хочу мешать их счастью, как никак я подтолкнул этого робкого парня на признание. Знаешь, полностью доволен своим решением, так будет лучше для всех.”