- Поздно, бесполезно, а главное - себе дороже, - правильно высказался Джон еще в начале нашего странствия. Я был с ним согласен на все сто процентов.

     Из-за деревьев показались свежие, веселые Фанни с Кай-Рэ, ходившие умываться к ручьям соседней поляны. Что поделаешь, у девушек в дальнем походе свои проблемы. Фанни что-то оживленно рассказывала с интересом внимавшей ей воспитаннице. Пытаясь ответить, та медленно жестикулировала.

     Понемногу мы начали понимать этот вынужденный язык, но все одно он оставлял еще много пробелов. Тем не менее Ласковая Тьма стала для каждого из нас родным, близким существом. Кто-то видел в ней дочь, кто-то - племянницу, я же - славную маленькую сестренку. Сама Кай-Рэ, относясь ко всем с искренней любовью, продолжала выделять нас с Фанничкой из общей массы. Незаметно, конечно, но лично я это чувствовал. Возможно, остальные тоже замечали «секрет» маленькой плутовки, но, понимая, что нельзя любить всех одинаково, не обижались. Да и как можно сердиться на такое очаровательное создание!

     Уже покидая рощу, мы наполнили фляги понравившейся водой. Хотя, скорей всего, она в Элиадоре вся такая.

     На тракт выбрались, предварительно хорошенько осмотревшись. Все было тихо и пустынно, но дальше доселе прямой путь делал плавный изгиб, теряясь в чаще лесного массива, стеной вставшего по обе стороны. Его зеленые, с легкой голубизной кроны несмело осветили лучи поднимающегося на востоке золотисто-алого шара, дарящего жизнь, надежду и новый день.

     Установившаяся прекрасная погода радовала всю компанию. Сравнительно тепло, сухо, слабый ветерок: чем не отличные условия для путешествия? А я, откровенно говоря, терпеть не могу день за днем шлепать по грязи под проливным дождем или холодным, пронизывающим ветром. Брр! Пытка, одно слово. Даже на Границе с середины осени и до начала весны мы предпринимали рейды в Ничейные Земли только лишь по необходимости.

     Вспомнив о службе, я едва не чертыхнулся вслух. Когда это было? Кажется, тысяча лет прошла с той горячей, заполненной яркими событиями поры. И нет больше ни фортов, ни стражей, ни самой Границы ... Весело, не правда ли, господа богатеи Спокойных Земель? Поди убедились, что и каменные дворцы хорошо горят? Убедились ... Да вот беда, толку теперь с этого на медную монету. Э-эх, скупердяи безмозглые ... И не жаль вас вовсе, ибо своей беспечностью и жадностью заслужили весь происшедший разор. Жаль других, тех, кто создает все эти ваши неисчислимые богатства горбом да натруженными мозолистыми руками. Они-то за что сгорали в огне страшной войны? Обидно ... И ... Страшно, когда оберегаемый тобой привычный Спокойный мир нео­жиданно превращается за спиной в мир Траура, в мир Сирот и Вдов ... Скрипнув зубами, я в который раз поклялся сполна расквитаться с иудой Эрни. Все же сестричка Синдирлин могла первой рассчитывать на мое внимание. Почему первой? Ну, родственница как-никак, к тому же женщина. Блин!

     Ступив под сень могучих, один в один, кедров, мы придержали коней, прислушались и осмотрелись. Где-то неподалеку гулко долбил ствол неугомонный дятел. Над головами рыжими молниями мелькали прыгавшие с ветки на ветку белки. Щебетали в кронах птахи, а из чащи, с правой стороны тракта, доносился трубный рев сошедшихся в поединке оленей.

     - О-го-го, какой славный лесок, - Рыжик, плотоядно облизнувшись, завертел вокруг головой. - Грех в таком свежатинки не раздобыть. Ой, грех!

     - Смотри, малец, чтоб эта свежатинка не насадила тебя на рога, ­усмехнувшись, предостерег Джон.

     - Ха! С какой стати повару бояться потенциального жаркого? - воинственно встопорщил огненную бороду гном. - Да попадись они мне тока на глаза, энти рогачи, я ИХ, блин, живо утихомирю. Че, не верите? Ну так подождите здесь, пока Рыжик сгоняет на охоту.

     - Ты, Лис, не больно-то храбрись, - остудила запал гнома Фанничка, - разъяренные схваткой олени запросто искалечат Уголька, а тебя не пощадят и подавно.

     - Заморятся пыль глотать, - захорохорился гном, но тут же, спохватившись, призадумался. - Гм-м, хотя кто их знает, этих бешеных рогоносцев?

     - Умница, Рыжик, - с отеческой заботой в голосе похвалил Джон, - ведь хоть и упрямый ты, но внимаешь доводам разума. Особенно когда дело касается собственной драгоценной шкуры.

     - А почему бы нам не устроить совместную облаву на драчунов? - не обратив на слова Джона ни малейшего внимания, предложил гном. - Всего делов-то на полчаса.

     - Рыжик, это что, последние олени на белом свете? - с легкой иронией спросил я. - Отстань от животных, пусть решают свои проблемы.

     - Хе, знаю я, блин, энти проблемы, - Рыжик понимающе хмыкнул, - небось, самочку молоденькую не поделили. Ладно, хрен с ними, пущай живут. Здесь, в кедровнике, полагаю, найдется из кого бифш­тексы на ужин сделать. Йо-хо-хо!

     Гном оказался прав. Не прошло и получаса, как Фанничка подстрелила замешкавшуюся на секунду лань из перебегавшего тракт стада. Пока Джон свежевал тушку, мы отправились побродить среди мощного великолепия стволов-великанов. Управившись, он упаковал мясо, вымыл руки В протекавшем неподалеку от обочины ручье и позвал нас. Дальше ехали под различные варианты песенки «Йо-хо-хо», напеваемой бодрым баском воодушевленного Фин-Дари. В конце концов, не выдержавший Джон весьма нелюбезным тоном попросил его заткнуть пасть. Ну или хотя бы вопить свои кулинарно-садистские рецепты, ускакав на километр-другой вперед. Гном в ответ смерил приятеля откровенно негодующим взором, но послушался, умолк. На десять минут, не больше.

     Преодолев неожиданно крутой подъем тракта, все заметили с правой стороны тонкие шпили небольшого, однако высокого замка, сложенного из блоков красного гранита. Само строение и большую территорию вокрут него, включающую парк и озеро, окружала розовокаменная стена с миниатюрными, для красоты, башенками. От тракта к виднеющимся между кедрами воротам вела довольно широкая плиточная дорога. Проигнорировав ее, мы с безразличным видом проследовали мимо. Хотя уверен, что каждый из компании, пусть и по разным причинам, не прочь был бы исследовать оставленное жилище эльфийских магнатов. Но сейчас риск по подобным мотивам являлся для нас непозволительной роскошью. Черт! Хватит с нас того проклятого замка, полного покручей да гнусных чердачных карликов. Хм-м, впрочем, здесь, в Элиадоре, я еще ни разу не почуял запах нежити. Интересно ... Прямо какой-то нетронутый музей-заповедник под открытым небом. Тишь, гладь да божья благодать.

     И тотчас, будто насмехаясь над моими мыслями, где-то впереди послышался цокот подкованных копыт. Ну, зараза, сглазил удачу ... Без всякой команды мы дружно растворились по обе стороны тракта. Наших четвероногих друзей в глубь кедровника быстро увела смышленая Кай-Рэ. Молодец, девчонка! Мгновенно опустевшая дорога недолго оставалась безлюдной! С ее западного конца показалась карета, запряженная тройкой лошадей, в сопровождении восьми всадников, одетых в серые камзолы. И я готов был поклясться главной башней Лоншира, грудь каждого из них украшал знакомый символ - черная корона.