Тонкие губы Рока недовольно скривились, но он не остановил зодчего.

Дождавшись, пока тот аккуратно наполнит обе пробирки — сначала с одного края бассейна, а затем с другого — синей и зеленоватой водой, Рок обратился к Фэшу:

— Забери у господина зодчего пробы воды. — И добавил громче: — Он получит их обратно сразу после того, как на них взглянет великий Дух Осталы, гораздо больше разбирающийся в таких вещах.

Фэш шагнул к зодчему и требовательно протянул руку. Некоторое время Миракл оценивал этот жест, после чего, вперившись взглядом в мальчика, все же отдал ему пробирки.

Фэш мигом спрятал их в складках плаща.

У Василисы замерло сердце: сообщит ли он Року о пробирках, спрятанных в ее медальоне? А вдруг сейчас скажет: «Кстати, у черноключницы тоже есть две пробирки, надо их забрать».

— Нет как бы, — возразил Рок. — Нет между прочим.

— Значит слова противоположны происходящему, — улыбнулся Родион.

— Ура-а! — обрадовался Марк. — Спасибо, Рок!

— Пожалуйста, — улыбнулся тот.

Но Фэш даже не посмотрел на нее, сосредоточившись взглядом на Миракле. Дождавшись, когда Рок наконец повернется спиной, зодчий вдруг одобрительно подмигнул мальчишке. Тот порозовел щеками, пробормотав что-то ругательное, и заспешил к выходу, где Рок поджидал всех остальных.

Василиса шла последней; ей почему-то совсем не хотелось уходить, как будто она пропустила что-то важное, почему-то ускользнувшее от ее внимания. Вот и снова ей захотелось оглянуться напоследок и вовремя — она встретилась глазами с Николь.

Девочка сидела на самом краю бассейна, — кажется, на цифре XII. Она глянула на Василису внимательными серыми глазами, после чего аккуратно сняла венок с головы и — спустила его на воду.

— Василиса! — неожиданно окрикнула ее Захарра. — Идем же!

Оказывается, все часовщики уже давно вышли из комнаты.

— Поторопись, черноключница! — раздался громкий и неприятный голос Рока. — Ты задерживаешь всех.

Василиса сделала медленный шаг назад, не сводя взгляда с венка из алых маков, качающегося на «синей» половине воды. И вот что странно — тонкие стебли цветов вдруг начали расплетаться, осторожно выскальзывая из общей косички, алые лепестки побледнели и закрылись, превращаясь в упругие бутоны, листья уменьшились, пока не стали совсем крошечными…

— Так вот почему ты там застыла, — понял Рок.

— Да, по этому, — хмыкнула Василиса.

— Я уже подумал, что ты сошла с ума.

— Понимаю, я бы тоже так подумала.

А Николь зачерпнула воду рукой, сотворив волну — ставшие молодыми и слабыми стебельки беспорядочной кучей понесло на «зеленую» сторону воды. И вот с ними началась обратная метаморфоза — бутоны вновь раскрылись алыми лепестками, стебли свились в тугой венок. Василиса пристально взглянула на Николь — у нее появилась догадка, яркая и быстрая, как первый утренний лучик солнца, проникающий в окошко. Неужели это…

Венок продолжал кружить по зеленой воде, но лепестки алых маков неожиданно начали съеживаться, листья свернулись по краям, иссохли и почернели, скукожились и вдруг истаяли серым прахом.

Николь вопросительно глянула на Василису, и та молча кивнула.

Теперь она была совершенно уверена в «природе» этой загадочной воды. Скорее всего, синяя вода увела маковый венок в прошлое, поэтому стебли расплелись, цветы стали бутонами, а их листья «помолодели». А зеленая вода, наоборот, ускорила время — цветы завяли, потому что наступило неминуемое будущее, подошел к концу их жизненный срок.

Но откуда же Николь знает загадку воды из Бронзовой Комнаты?

— Николь знает всё, — улыбнулась Дейла.

— Не всё, но многое, — хмыкнула та.

— Так что ничего удивительного, — добавил Норт.

— Абсолютно, — усмехнулся Марк.

Секрет бесконечности, постоянного цикла… Главную тайну огонька Времени, вечно танцующего на перекрестке скрученной восьмеркой ленты, ровно посередине между прошлым и будущим.

— Огнева, тебе плохо? — вкрадчиво осведомился Рок прямо у нее над ухом.

Василиса вздрогнула и глянула на него невидящими глазами. Сын Астрагора внимательно оглядел помещение, особенно бассейн, но ничего не увидел — Николь исчезла, а от ее венка ничего не осталось.

— На что ты смотришь? — осведомился Рок, немного настороженный ее молчанием.

— Я никогда не видела такой удивительной двухцветной воды, — сказала Василиса, стараясь выглядеть простодушно-изумленной. — Она… завораживает.

Рок поморщился, не скрывая презрения.

— Ты задерживаешь всю группу, — процедил он, резко разворачивая Василису за плечи лицом к двери. — Твое счастье, что тебе удалось подчинить Бронзовый Ключ, иначе ты получила бы очень серьезное наказание за нерасторопность. Вперед!

— Рок прав, — кивнул Нортон.

— Да, прав, — улыбнулась Василиса.

— Хоть ты этого признала, но я понимаю твоё сумасшествия после увиденного, — хмыкнул Рок.

— Это хорошо.

Девочка послушалась, но шла медленно, все еще переживая радостное потрясение, и несколько раз Року пришлось подтолкнуть ее в спину.

Но Василиса даже не заметила его грубости, ее сердце пело от восторга — она разгадала тайну двухцветной воды из Бронзовой Комнаты!

Когда путешественники вновь оказались в Часовой зале, их сразу повели на совет к Астрагору. Миракл долго рассказывал о часовне Эфларуса и тиккеровке Бронзового Ключа, о бронзовых гравюрах и бассейне с сине-зеленой водой.

— Долго? — спросил Нортон.

— Да, — ответила Василиса.

— Нудный старик…

— Да ну тебя! — махнул рукой Миракл. — Я тебя не звал.

Василиса почти не слушала — она так устала, что глаза у нее слипались. Она встрепенулась только тогда, когда услышала слова Астрагора, — он произнес «бассейн с живой и мертвой водой».

— Мертвая вода возвращает прошлое, а живая — дарит будущее, — сказал он с оттенком превосходства вмиг побледневшему зодчему. — Мы займемся ее исследованием, но позже… А сейчас у меня есть к вам пару вопросов насчет одного нашего общего знакомого… Рок, уведи остальных.

Он лениво махнул рукой, и ребят вывели из залы.

Рок приказал Василисе немедленно идти в свою комнату, а сам увел куда-то Фэша и Захарру, даже не дав им всем попрощаться. В Маара тут же мертвой хваткой вцепился старик Фатум, умоляющий рассказать о том, как прошла экспедиция, и девочке ничего не оставалось, как последовать приказу Рока. Впрочем, Василиса была этому даже рада — она так устала, что, лишь добравшись до подушки, моментально провалилась в сон.

— Спокойной ночи, — пожелала Дейла.

— Спасибо, — поблагодарила Василиса.

— Вечных снов, — хмыкнул Данила.

— Не хорони моё звёздочку, — обняла сестру Дейла.

— Да ладно. Я пошутил.

— Дурацкие шутки.

— Я так устала это читать… — зевнула Николь. — Кто следующий?

====== Часовая Битва. Союзники ======

— Я буду, доча, — улыбнулся Нортон, взяв книгу.

ГЛАВА 20

СОЮЗНИКИ

— Хронимара что — ли? — спросила Диана.

— Типо того, — ответила Василиса.

— Не рады были её видеть, — признался Фэш.

— Да кто был рад?

— По крайней мере вы были в безопасности, — улыбнулся Примаро.

— Ну — ну, — хмыкнул Фэш.

Целую неделю Василиса отрабатывала часовое превращение. С самого утра Рок запирал ее в пустой Каменной зале на полдня, а иногда и до самого ужина. С каждым разом превращаться в огнежара удавалось все легче, а вскоре и обратное превращение начало получаться быстро.

Находиться взаперти в одиночестве было неимоверно скучно, поэтому девочка подолгу кружила возле зеркала, рассматривая себя — птичку с ярко-синим оперением, — свою новообретенную сущность, но лишь мельком замечала быстрый цветной росчерк. Тогда она перелетала на каминную полку, откуда хорошо было видно черное гадательное зеркало в богатой золотой раме. Где-то раз в час оно ненадолго превращалось в картину, на которой среди учеников Астрагора Василиса с некоторым содроганием замечала не только Фэша и Захарру, но и себя — в темно-фиолетовом платье со строгим белым воротничком.