— Поверь Василиса, — усмехнулся Миракл. — Об этом все знали.

— Может мои чувства к Марку давно пропали, но тогда я за него переживала, — пояснила Дейла.

— Я тоже, — сказал Норт.

— А я… — на одном дыхании произнесла Маришка.

— А ты? — насторожился Марк.

— А я… Узнаешь.

Многие из присутствующих наверняка в курсе произошедшего: старший Лазарев, не скрываясь, горько усмехнулся, открыто выражая презрение. Мандигор заметно побледнел, и даже Елена нервно напряглась.

Тем временем Астрагор, насладившись общим вниманием, вяло кивнул Року, и тот вышел вперед.

— Великий Дух Осталы приносит свои извинения за то, что не мог лично встретить гостей… Так как временно отсутствует в замке. — Рок Драгоций говорил сухо, отрывисто, без всяких эмоций. — В предстоящей экспедиции по Расколотому Замку его интересы будет представлять один из его старших учеников — Маркус Ляхтич, золотой ключник. Его же он просит назначить старшим в экспедиции.

Василиса решила, что ослышалась. Она с недоумением оглянулась и успела заметить, как Миракл и старший Лазарев обменялись короткими, угрюмыми взглядами. Мандигор боязливо втянул голову в плечи, Елена же, наоборот, расслабилась, кинув на Лазарева и зодчего победный, торжествующий взгляд. Но никто из них, взрослых, не вышел вперед и не сказал: «Не верьте его словам, это же Астрагор, а никакой не Маркус Ляхтич!» Словно так и надо, словно это нормально…

Ребята тоже прореагировали по-разному. Диана и Ник состроили презрительные мины, хотя в их глазах читалось сильное замешательство. От Василисы не укрылось, как вдруг разволновалась Маришка: она сильно закусила губу, словно боялась вскрикнуть, а тонкие пальцы нервно затеребили ткань кружевного платья. Норт почему-то сильно покраснел, и только, пожалуй, Маар остался невозмутимым. Даже вдруг улыбнулся и подмигнул Захарре, повергнув ту в легкое состояние шока.

— Охохо! — засмеялся Ярис.

— Вот она — взаимная любовь, — улыбнулся Фэш.

— Ну — ну, — усмехнулась Маришка.

— Да, а вот что насчёт того, когда ты узнала, что это это был не я? — спросил Марк.

— Мне было больно… Я думала, что потеряла тебя.

— Тиш-ше, я с тобой…

— Кучерявый совсем обнаглел, — поделилась она с Василисой. — Ты посмотри на него, весело ему…

Впрочем, Маар вновь посерьезнел, — Миракл вышел вперед.

Быстро окинув собрание деловитым взглядом, зодчий коротко кашлянул и начал:

— Я рад, что золотой ключник пользуется таким высоким доверием своего… гм… учителя. И все же не сочтите за грубость, дорогой Маркус, но РадоСвет определил меня старшим экспедиции в Расколотый Замок. По мнению советников Астрограда, моя кандидатура наиболее приемлема. Особенно по сравнению с другими кандидатами. — Он позволил себе быстрый взгляд в сторону Елены, нагло усмехнувшейся в ответ.

— Но великий Дух Осталы назначил меня главным в экспедиции, — вкрадчиво произнес лже-Марк. — Теперь я представляю его сторону. К тому же ты слишком долго был нейтрален, зодчий, поэтому у моего учителя нет к тебе доверия.

— Новые времена приносят новые мысли, старший ученик, — отозвался Миракл, сузив глаза. — Когда-то и великий Дух Осталы был мальчишкой, просто оказавшимся не в том месте и не в то время, принявшим всего лишь одно неправильное решение… Иногда лучше быть нейтральным, чем поспешить и выбрать не ту сторону, не правда ли? А вдруг Время окажется на другой стороне?

— На нашей, — улыбнулась Василиса.

— А этого даже и никто не знал, — пожала плечами Дейла.

— Даже я, — хмыкнул Родион. — Но догадывался.

— А я предвидел, — подмигнул Примаро и продолжил.

Астрагор привстал и шутливо поклонился, одарив Миракла легкой, самодовольной улыбкой.

— Спасибо великому зодчему за то, что открыл нам всем глаза, — произнес он с чувством превосходства, некогда свойственного тому, чье тело и жизнь он забрал. — Теперь мы знаем главный секрет Времени, не надо и Комнаты открывать.

Он коротко засмеялся, дав этим команду остальным — ученики разом захохотали, кидая на зодчего презрительно-шутливые взгляды. Василиса видела, как громко смеялся Рэт, улыбалась Елена, хохотал, запрокидывая голову, Феликс. И ей вдруг стало невыносимо противно и горько, потому что сейчас, получается, она сама находится совершенно не на той стороне. Неожиданно ее взгляд выхватил Примаро, стоявшего поодаль от остальных. Он не смеялся, но с особым интересом разглядывал присутствовавших в зале, очевидно подмечая какие-то детали, понятные только ему.

— Потому что я знаю многое, — перебил себя Примаро.

— И будущее, — с улыбкой протянул Рэт.

— Да милый, и будущее.

— Продолжай уже!

Миракл хранил невозмутимость, хотя скулы у него напряглись. Старший Лазарев выглядел спокойным, но все же сжал руки в кулаки. Фатум недовольно хмурился. Елена торжествующе улыбалась. А лже-Марк упивался происходящим, барабаня пальцами по подлокотнику кресла.

И вновь Василисе показалось на какой-то миг, что она видит перед собой того самого заносчивого мальчишку, Марка, — и у нее невольно защемило сердце. Каким бы ужасным ни было его поведение и поступки, он не заслуживал такой участи. Василиса вдруг представила, что на его месте стоит Фэш, и содрогнулась.

Неожиданно всеобщее веселье прервала Маришка. Она вдруг всхлипнула, закрыв лицо ладонями. Смех оборвался, словно по мановению часовой стрелы, вдруг остановившей время в Часовой зале, и все взгляды обратились к девочке.

— Простите меня, — трагическим, срывающимся голосом произнесла Маришка. — Я немного взволнована… после дороги.

— Маришка… — на одном дыхании произнёс Марк. — Ты настолько испугалась моей смерти?

— Я без тебя жить не могла, — пояснила та. — Всё же, я любила не только Фэша, но и тебя.

— А больше кого?

— Сеачала Фэша. Потом тебя… А Фэша уже перестала любить.

— Ясно…

Повисло гнетущее молчание. Василиса вдруг поняла, что все, все, все присутствующие в зале знают, КТО перед ними стоит в образе златоключника Марка Ляхтича. Даже Норт, вечно трусливый и прячущийся за чужой спиной, вдруг выпрямился, кинув в сторону Астрагора гневный, ненавидящий взгляд.

Великий Дух Осталы закинул ногу на ногу, вытащил часовую стрелу, задумчиво покрутил ее в руках и вдруг указал острием на зодчего.

Василиса замерла от испуга, невольно ухватившись за руку Захарры. Миракл побледнел, но никак не ответил на провокацию. Только Елена хищно подалась вперед, — наверное, надеялась стать свидетелем зачасования зодчего.

Но Астрагор опустил стрелу.

— Слава богу… — обрадовался Нортон.

— Но я же щас с вами читаю, — улыбнулся Миракл. — Успокойся, я жив.

— Я просто испугался за тебя.

— Я же с тобой, дурень!

— Хеххех, — улыбнулся Примаро.

— Чем о всякой ерундой думать — лучше читай! — потребовал Нортон.

— Как скажите.

— Раз так распорядились обстоятельства, мы разделим наше старшинство, скажем, на две группы, — заявил он в абсолютной тишине. — И кого же из ключников вы хотели бы повести к цели, господин часовой архитектор?

— Бронзового ключника и черноключницу, — быстро произнес Миракл, будто заготовил эти слова заранее.

— Отлично, — неожиданно легко согласился лже-Марк. — Таким образом, в Расколотый Замок отправятся те, кто еще не нашел своих Комнат: бронзовый ключник, рубиновый ключник и железная ключница. Конечно, чтобы помочь им в этом непростом деле, пойдет черноключница, как одна из учениц Астрагора… — добавил он с усмешкой.

— Пхх, как одна из учениц, — улыбнулся Рэт.

— Дело не в том, что она ученица, а в том, что у неё есть тиккеровка, — пояснила Захарра.

— Астрагор блин, — хмыкнул Данила.

— А я не удивился, что он так скажет, — усмехнулся Рок.

Все, даже Мандигор и Елена, повернули к Василисе головы. Она попыталась достойно встретить этот удар судьбы, изо всех сил сохраняя равнодушную мину на лице.

— Ну что же, как старший над ключниками, я должен созвать всех на небольшой совет, — деловито произнес Миракл.