— Да? — Кайто посмотрел на пирожное и положил его в тележку с мысленной заметкой «на потом», — Что тогда ты предлагаешь?
— Мм, без понятия… Мороженое?
— Мороженое… Может и мороженое.
Парни идут сквозь редкие группы людей. На удивление, в этот день никто не приходил в магазин один — родители вели за руку детей, пары приобнимали друг друга за плечи, а друзья спорили о вкусах чипсов и никак не могли подобрать компромиссный вариант для небольшой вечеринки. Для Муку такое было шумом, для Кайто наполовину бесполезными идеями.
— Кайто–сан, столько всего не нужно… Ну хотя бы на что–то материальное оставь…
— Думаешь?
— Думаю…? Это весьма сложно, между прочим!
— Помочь?
— Помочь… Э…
Одно простое слово сбило мнимую уверенность Муку, как когда–то произошло с Кайто. И, хотя Шингу уже предлагал дворецкому семьи Тоору помощь и не раз, да и сама семья относилась к своему работнику с теплотой, дворецкий семьи Накамори в его глазах выглядел… обособленным. Будто помогать ему сравнимо с редактурой будущей книги, после которой редактор получает кучу благодарностей и деньги, но остаётся редактором. Муку так себя и чувствовал.
— Нет, наверное, нет, — неловко выдавил он, — Кайто–сан, тебе нужна будет помощь?
— Помощь? Хм, — Кайто покрутил в руках банку с газировкой и улыбнулся, подвинувшись к собеседнику так, чтобы не прижиматься к нему, но говорить прямо в его ухо, — А если я попрошу тебя…
Этот шёпот медленно добрался до сознания. Сначала Муку даже не сообразил, о чём идёт речь, подумал, что это неуместная шутка, а потом холодок прошёлся по его плечам. Такая просьба была… безумием.
— Ты же… пошутил, да? — похоже было на выдох, а не слова, но Кайто отвернулся, совершенно не удивлённый такой реакцией.
— Может и так.
— Это же… просто…
— Не волнуйся, не волнуйся! — заметив, как мать хвалит свою дочку за то, что она правильно посчитала апельсины в пакете, Кайто так же потрепал волосы на голове Муку, — Считай, что это шутка, хорошо? Пошли на кассу.
Но дворецкий семьи Тоору ещё долго стоял рядом со стеллажом с напитками. «Он сказал, что я «белый»… Но, возможно, он считает меня «зелёным», да…?», — остальные мысли Муку предпочёл не развивать.
***
По дороге домой, половину которой Кайто прошёл в гордом одиночестве пешком, он отправил аудиофайл на номер Кудо Шиничи. В ответ пришло короткое сообщение: «Спасибо». Ни точки, ни «за сотрудничество», будто они друзья и говорят о чём–то невероятно простом и низменном. Парень долго не выпускал телефон из рук, петляя по району, как вдруг дорога под ним оказалась слишком знакомой — дворы, дорожка и знакомый проход.
— О, тут меня, — Кайто осёкся и огляделся. Он было решил развернуться, но потом заметил, что на стенку прохода кто–то опёрся, — Это же… он.
Один из тех парней, которые когда–то отправили слабого дворецкого в больницу, опустил голову вниз. Рот был немного закрыт, но из него на землю попало достаточно пены, а часть ещё осталась на губах. Кожа бледная, зрачки на свет не реагировали, на руке были характерные следы от уколов, но летальный исход ещё не наступил.
— Передозировка наркотиками, да? — Кайто поднялся во весь рост и окинул придирчивым взглядом то, что осталось от дерзкого хулигана. Он выключил фонарик на телефоне и посмотрел на экран, — Если вызвать скорую, то может его и откачают…
Но вот ещё один взгляд на бессознательное тело, и ещё несколько секунд чтобы всё вспомнить, выключить экран, спрятать телефон в сумку, а потом пройти мимо тела, будто оно было обычным камнем.
— Ключевое слово — «если»…
***
— Аоко–сама, я вернулся!
Сквозь стены прихожей было слышно, как шумел чайник, кипела кастрюля и топали шаги. Любой гость подумал бы, что Аоко что–то готовит на кухне, но Кайто и встречающий его Кид по характеру хаотичных шагов прекрасно понимали, что на кухне был инспектор Накамори. Почему он вернулся и уж тем более встал за плиту? Первый вопрос был вопросом с большой буквы, на второй можно было ответить так — мужчина действительно умел готовить не хуже дочери.
Оставалась только одна характерная для него привычка — ходить мимо плиты, вырисовывая на полу кривой овал.
— Гиндзо–сама, добрый вечер. А где Аоко–сама?
— А, Аоко у себя в комнате, — он печально вздохнул, — Сегодня она долго плакала, сейчас уже успокоилась. О, а ты что–то принёс?
— Да, немного, — парень снял ранец со спины, — Сейчас кое–что сложу в холодильник.
Вместе с пирожными, там оказалась половина всего содержимого, которая была куплена с расчётом «на потом», с которым Кайто привык думать исходя из своего обучения. Все оставшееся он снова погрузил на спину, как первоклассник свой рюкзак с учебниками, и прощался с немногословным инспектором.
Поднимаясь на второй этаж, парень особо ни о чём не думал, но чем ближе он был к женской комнате, тем сложнее ему было слышать тишину за дверью. Понадеявшись что она спит, дворецкий сделал кое–что, что было очень глупо в такой ситуации — постучался. «Ой, я же разбужу её!» — подумал он, когда услышал:
— Входите.
Нет, не спит — слишком моментальный ответ.
Когда Кайто вошёл, комната была в идеальном состоянии — убрана и прибрана, наверное, три раза. Никого следа от салфеток, никаких вкладок с тем преступлением в открытом браузере, но неизменно грустный взгляд, который девушка пыталась превратить в весёлый.
— О, Кайто, привет! — она пусто улыбнулась, поворачиваясь к парню полубоком. На компьютере застыл кадр из популярного аниме, — Что–то случилось?
— Нет, я просто подумал, что… Э… Ну, — внезапно говорить с ней стало нелегко, — Вы были немного подавлены, и я решил, вот…
Молча, он сбросил ранец со спины и поставил его на компьютерный стол. Он опустил голову к нему, да только настолько, что мог засунуть её туда, как страус засовывает голову в песок на детских картинках. Вряд ли бы нашёлся бы хоть один человек, который бы не пустил смешок, увидев это.
— Ха, ну ты даёшь! Что у тебя там?
— А, — долго не вынимая головы, выпалил парень. К щекам слегка прилила кровь, — Во–вот.
— О, разрешите посмотреть! — Аоко аккуратно подобрала сумку, позволяя Кайто поднять голову и разобраться с неожиданной неловкостью, — О, надо же! Вот эта штука мне нравится… И вот эта… А, ой, карамельные конфеты… Не люблю такие.
— ОЙ, ПРОСТИТЕ! — такой громкий голос Кайто напугал девушку и не до шуток, но та быстро вернулась к спокойному лицу, заметив, как в глазах дворецкого снова проступает вина.
— Ничего. Потом поем немного, а пока уберу в тумбочку, — девушка и правда спрятала пакет, потом встала, — Ты вовремя, я как раз аниме смотрю.
Она собиралась подойти к углу, чтобы взять стул, стоящий там, но Кайто остановил её за запястье, потом взял за плечи и кивнул, предлагая сесть. Когда девушка неловко покраснела и присела, он сам сходил до стула, поставил его рядом с ноутбуком, убрал на пол пустой ранец и уселся поудобнее, аккуратно расставив «вкусняшки» по столу.
— И сколько серий?
— Двенадцать… Я первую не успела досмотреть. Вернёмся к началу?
— Хорошо.
Из комнаты Аоко долго доносился смех, хруст и тихие разговоры. Весь вечер и первый час нового дня двое обсуждали сериал, немного лучше узнавая друг друга, поедали вредную еду и обустраивали свой перевальный пункт на дороге проблем.
Казалось, какие ещё могут быть проблемы? Маньяк, терроризировавший город, мёртв. Все жертвы спасены. Муку в порядке. Семья Накамори может выдохнуть.
Но маньяк не просто умер, он убит. Делом интересуются его девушки, за ними подключится Сагуру, случайно объединившись с Хейджи, а Шиничи уже проводит не один час за тем, что составляет теории по полицейским архивам.
Муку раскладывает карты Таро, которые всегда ему нравились, и чувствует, что его роль ещё не закончена и скоро он снова влезет в это дело по уши.
А один парень, живущий в неуютной квартире на тридцатом этаже небоскрёба, снова вспоминает тот паршивый день, когда лучшая подруга его бывшей девушки разоблачила все его секреты, и с ненавистью поглядывает в окно. Сколько бы он не мял в руках мяч для антистресса, он хочет отомстить этой наглой студентке. И связей, чтобы пробраться в саму Полицейскую Академию, у него предостаточно. Идеальным вариантом будет провернуть всё там.
