— Ты же пришел, чтобы сказать, что знаешь о моей невиновности? — спросила я с надеждой. Но взгляд Шехзаде говорил об обратном.
— Сколько ещё это будет продолжаться? — спросил он. — Сколько еще вместо того, чтобы управлять моим гаремом и мирно существовать со всеми его жителями ты будешь уничтожать их? Ты моя фаворитка, мать моих детей, моего первенца! — его голос резко повысился, и это уже не было похоже на разговор, а скорее на отсчитывание.
— Селим, я их не уничтожаю, но и мирится с ними, не собираюсь.
— А должна! — от злости, он даже поднял руку на уровне моего лица, но вмиг согнув все пальцы, оставил лишь указательный. — Я знаю обо всём, что ты творила и закрывал на это глаза, но с меня хватит!
— И что ты сделаешь?! — с возмущением спросила я, не выдержав, и подняв на Селима голос, в ответ. — Что?! Казнишь?! — после этого, Шехзаде замолчал. На миг мне показалось, что он может ударить меня, но все обошлось.
— Нет, не казню. И более того, я снимаю твоё наказание. Ты можешь выходить из своих покоев.
Услышать это я не ожидала, но надеялась.
— Селим, я… — он поднял руку, давая мне знак помолчать.
— Но это не значит, что я тебя простил. Твоим наказанием будет то, что я запрещаю тебе управлять гаремом. Отныне, я буду знать обо всем, что ты здесь делаешь… И ещё… — Селим, сложив руки за спину, отвернулся от меня и направился к выходу, но вскоре, остановился перед дверью, немного повернув голову в сторону. — Я больше не хочу тебя видеть. И в мои покои тебе путь закрыт. — двери открылись, и он ушёл.
В моей груди словно зажгли пламя. Сердце сжималось так сильно, что мне было тяжело дышать. Положив руку на сердце, я лишь обессиленно упала на пол.
— А!!! — крик мне казался облегчением.
POV Селим.
По дороге к себе, я столкнулся с Газанфером-агой. Он, сложив руки впереди, склонил голову.
— Шехзаде…
— Не сейчас, Газанфер. — ответил ему, понимая, о чём он хочет поговорить.
— Нурбану Султан… — Он словно не слышал меня и продолжал говорить, от страха, не поднимая головы и пряча взгляд.
— Газанфер! — от испуга он таки поднял на меня голову. — Уйди с дороги. — евнух сделал шаг назад, испугавшись. И правильно сделал.
Возле входа в мои покои я увидел Ахмеда-агу. Он стоял, сложив руки внизу и склонив голову.
— Ахмед. — остановился я напротив него. — Нурбану Султан может покидать свои покои, но не дворец. Ей разрешено выходить в сад и на конную прогулку, однако, она больше не будет управлять моим гаремом. Напиши письмо моей Валиде с просьбой прислать сюда калфу, которой я смогу доверить все гаремные дела, и в первую очередь Салиху.
— Слушаюсь, шехзаде. — тот поднял голову, и медленно кивнул в знак согласия.
— И еще, передай, что я сегодня ночью навещу Салиху Султан и моего шехзаде.
— Я сообщу.
— Отлично. — я словно выдохнул и с некой легкостью, вошел в покои.
Так тихо. Мои покои были окутаны в вечернюю тишину. Словно чего-то не хватало, или кого-то. Я подошел к кровати, на которой лежала светло-розовая тонкая шаль. Ее забыла здесь Салиха, после прошлого своего ночного визита.
«некоторое время назад»
Я стоял на террасе и смотрел как солнце поднимается над горизонтом. Оранжевое, оно дает Босфору цвет красного, словно кровавого рисунка, который рассекают корабли. Я почувствовал нежные руки, скользящие по моей спине, сверху вниз, а потом, обхватывающие мой живот. В спину стало невероятно тепло.
— Я разбудил тебя? — немного повернувшись, чтобы увидеть девушку, сказал я.
— Нет. Мне сон один приснился. — я взял ее за руку и повернул ее к себе.
— И что же такое тебе приснилось? — спросил я у Салихи.
— Мне приснилось, что я держала на руках маленького ребенка. Это был мальчик. — услышав это, я не смог не улыбнуться, убирая локон, спадающий на ее плечи. — Ты тоже был там, во сне, возле меня. Ты смотрел на ребенка и называл его Сулейманом.
— Да? — переспросил я.
— Да. — она заглянула мне прямо в глаза. — Это наш сын, наш будущий шехзаде. Я уверенна в этом. Я рожу тебе еще шехзаде, и не одного.
— Хорошо, но и девочку мне роди. Хочу, чтобы она была такой же красивой, нежной и естественной как ты.
— Рожу. Обязательно рожу.
«наше время»
От мыслей и воспоминаний меня отвлек голос Зюмьлюта-аги, который прозвучал за дверью.
— Хранитель покоев! — я не выходил, решил прислушаться. — Ахмеда-ага, у нас беда! Салиха Султан…!!! — услышав имя фаворитки, я оставил на кровати шаль и вышел к аге.
— Зюмьлют-ага. — сказал я, выйдя к ним. — Что случилось?
— Беда, шехзаде, беда.
Не ожидая, чтобы дверь в покои открылись, я сам толкнул их вперед, и сразу вошел внутрь. Там находилась наложница, которая присматривала за Османом и как раз держала его на руках, а из комнаты прислуги вышла Нихтан хатун. Увидев меня, они обе поклонились.
— Салиха Султан где?! — не сдерживаясь, спросил я.
— Шехзаде, мы не знаем. — ответила Нихтан.
— Не ври! — я подошел к служанке, и, взяв ее за шею, подтянул к стене, сильно прижав. — Ты ее личная служанка и не знаешь, куда она делась??!
— Аллахом клянусь…
— Не смей!!! Не смей произносить его имя! — я услышал, что Осман начал плакать, и отпустил Нихтан. Она упала на пол и начала заливаться слезами. — Стражники!!! Бросьте в темницу эту хатун и Зюмьлюта-агу.
— Шехзаде, прошу… — начал говорить евнух, когда его руки назад завели стражники. Подняв служанку, их обоих быстро увели.
— Шехзаде… — Ахмед-ага подошел ко мне.
— Допроси их, как хочешь, любым методом. Найди тех, кто хоть немного об этом знает.
— Зюмьлют-ага сказал, что госпожа ездила, чтобы заказать вам меч в подарок, а затем, нашла на базаре рабыню, и помогла ей, с Вашего позволения, я найду их и так же допрошу.
— Делай все, что нужно. — я посмотрел на испуганную рабыню, державшую сына. — А ты оставайся здесь, с шехзаде. — та молча кивнула. — Где же ты, Салиха?
POV Ахмед.
Я направлялся в свои покои, где уже собрались все калфы и евнухи гарема, но мысли были затуманены. Виктория, нет, Салиха… . Он словно гром среди ясного неба ворвалась в гарем, а затем и в мою жизнь. Я до последнего верил, надеялся, что она не станет фавориткой шехзаде, что ее любовь будет принадлежать мне, как мое сердце уже больше года отданное ей. Войдя внутрь, я увидел стоящих самыми первыми Газанфера и Джанфеду. Лишь слепой не видел, что они верны Нурбану, поэтому им доверять, мне не было никаких мыслей.
— Салиха Султан покинула дворец без ведома шехзаде и исчезла. — сказал я. — Кто-то из вас что-то видел? — они склонили голову, но ответа я не услышал ни от кого. — Скрывать какую-либо информацию, значит предательство династии. — я сделал шаг к Газанферу и немного наклонившись к нему, произнес. — Я найду того, кто причастен к происшествию и поступлю так, как того требует закон. — я отошел назад. — Допросите девушек, узнайте… . Кто-то все равно что-то видел. А теперь, идите.
Аги и калфы молча вышли, оставив меня одного. Закрыв за ними дверь, я подошел к одному из сундуков с вещами и, открыв его, достал небольшой сверток белой ткани. Открыв его, в моих руках оказался дважды сложенный лист бумаги. Открыв его, я взглянул на рисунок, который год назад сам нарисовал. Виктория, нет, Салиха. Ее портрет.
POV Автор.
Михримах стояла над бледным бездыханным телом молодой девушки и всматривалась в ее черты, пока не кивнула аге, чтобы тот накрыл ее белой простыней. Развернувшись, она вышла из комнаты, в которой и жила покойная, отправляясь к себе.
— Как это возможно? — спросил султанша. — Как здоровая девушка, да и еще та, которую мы готовили в подарок шехзаде, умерла в своей постели, задохнувшись? — они проходили мимо девушки, которая склонив голову, стояла возле выхода в сад.
— Не знаю, госпожа. Эта хатун… — он указал на блондинку.
— Она? — осмотрев с ног до головы, спросила Михримах.
— Да. После той девушки, Чичек хатун была лучшей.
