Сириус действительно был впечатлен, потому что Гермиона не просто пошла в какой-нибудь музыкальный магазин, в котором можно было бы найти не только кассеты, но и виниловые пластинки, но еще и заморочилась тем, что записала именно ту музыку, которая точно никогда бы не появилась на старых носителях. Правда, первой песней оказалась «Hey Jude», но Сириус разумно предположил, что причина для того, чтобы она тут находилась, все-таки была. Ко всему прочему, Гермиона, будучи занята подготовками к зачетам, а затем изнурительными репетициями перед началом показа, все равно смогла найти время, чтобы сделать что-то для него. Одного этого было более, чем достаточно, чтобы влюбиться в эту невероятную девушку, если бы кому-то только хватило глупости не полюбить ее после первых же пятнадцати минут общения.
Настроение Сириуса, слегка омраченное не самой приятной беседой, снова подпрыгнуло к высшей отметке, и он даже позволил себе снова расслабиться, постукивая пальцами по рулю в такт музыке. Сириус так и не заметил того, в какой именно момент они оба начали подпевать, когда принялись возбужденно обсуждать некоторые отдельные треки, делясь историями, которые были с ними связаны. Услышав последнюю песню, которую он со своими друзьями записал совсем недавно, Блэк не смог не рассмеяться и краем глаза заметил, что Гермиона как-то облегченно выдохнула, словно опасалась его реакции. Он не стал ничего говорить об этом, лишь вскользь отметил, что мир определенно потерял хорошего композитора, когда Джеймс предпочел работу с развивающимися технологиями, превратив сочинение музыки в хобби, которым можно занять свободное время и отвлечься от скуки.
Под хорошую, пусть и современную музыку, подпевая и болтая, они добрались до относительно небольшой деревушки, к которой Сириус изначально и направлялся. Он припарковался в четверти мили от первых домов, заснеженные крыши которых было прекрасно видно еще за милю до деревни. На улице было непривычно свежо и почти не ощущалась вечная задымленность, которая отравляла жителей Лондона. Сириус недовольно встряхнулся, осмотрелся вокруг и, не произнося лишних слов, поманил выбравшуюся из машины девушку за собой в сторону высоких кованых ворот, на подъезде к которым он и оставил автомобиль. Ворота, как и последние одиннадцать лет, были заперты на цепь, усыпанные снегом каменные статуи по бокам от них выглядели крайне уныло и вызывали грустную улыбку, но еще печальнее выглядел полуразрушенный замок, видневшийся впереди.
— В отличие от большинства английских замков, этот может похвастаться очень богатой историей. Когда-то в его стенах побывал не один премьер-министр, который тогда еще даже не задумывался о политической карьере, этот замок пережил не одну осаду, а о том количестве светских приемов, на которых бывали представители даже королевской семьи, можно вообще не упоминать, — с легкой ноткой ностальгии вздохнул Сириус, остановившись перед воротами и устремив взгляд на замок, который занимал особое место в его сердце. Гермиона замерла рядом с ним, с восхищением рассматривая то, что осталось от величественного строения, которое успешно пережил не одну войну, но все равно оказалось всеми покинуто. — Как у любого великого замка, у него есть имя, — улыбнувшись уголком губ, прибавил Сириус, приобняв свою спутницу за плечи. — Мисс Грейнджер, позвольте представить вам «Хогвартс».
— «Хогвартс»? — вздрогнув, недоверчиво переспросила девушка, повернувшись к нему. — Он имеет какое-то отношение к колледжу? — хмурясь, тут же поинтересовалась Гермиона, явно уже успев сделать несколько возможных выводов. Сириус не смог не улыбнуться. Отчего-то ему невероятно нравилось наблюдать за тем, как Грейнджер решала всякие задачки, заставляя свой мозг соображать с большей скоростью и при этом мыслить нестандартно. С последним у девушки, привыкшей к логическому и аналитическому мышлению, явно были некоторые сложности, но Сириус был убежден, что это легко можно исправить.
— Изначально Хогвартс являлся закрытой частной школой, — выпустив девушку из объятий, Сириус шагнул еще ближе к воротам и медленно выдохнул, прикрыв глаза. — Где-то в начале прошлого века он был причислен к высшему учебному заведению, но вместо того, чтобы студенты теперь уже колледжа продолжали жить и учиться в этом замке, в Лондоне был построен новый, более современный на тот момент учебный корпус. А этот старый замок продолжил работать в качестве старшей школы. Попасть сюда было нелегко, а учебная программа была в два раза сложнее, чем в любой школе. Когда Дамблдор стал директором, он ввел всякие социальные программы, и тогда же в школу впервые начали принимать детей из семей с невысоким достатком. Римус, Снейп и Лили, кстати, были участниками первой социальной программы. Ну, а нам с Джеймсом просто повезло родиться в богатых семьях.
— Значит, ты жил и учился в настоящем замке, — вновь переведя взгляд на руины, с улыбкой заметила Гермиона.
— Здесь прошли самые беззаботные дни моей юности, — спрятав руки в карманы куртки, несколько печально отозвался Сириус. — Сколько прогуленных уроков, сколько отработок, сколько шалостей… А как красив был Большой зал, когда приближались праздники! Конечно, чаще всего нашу компанию заставляли помогать с украшениями, потому что наказания за нарушения правил и прогулы никто не отменял. Невозможно представить, сколько историй хранили и до сих пор продолжают хранить эти стены. Этот замок сам был учителем, а предмет, который он преподавал, самый сложный во всем мире. Он учил жить, учил человечности, но не все из нас правильно воспринимали его уроки. Так жаль, что его не стали восстанавливать!
Прикрыв глаза, Сириус снова медленно выдохнул, невольно улыбаясь воспоминаниям о тех днях, когда самым страшным было попасться профессору во время ночной прогулки по замку. Еще хуже было встретить Филча, который всегда казался Сириусу каким-то потусторонним существом, а не обычным, вечно брюзжащим стариком. Какой же простой и счастливой была жизнь без всех этих сложностей, которые так нравится создавать людям. Деньги не имели столь важного значения, слава и популярность хоть и кружили голову, но не были столь необходимыми, и никаких глупых мыслей о наркотиках, о смертях, о войне или о том, что кто-то может оказаться настолько мелочным, чтобы предать друзей ради каких-то жалких пяти тысяч фунтов.
— Что здесь произошло? — негромко спросила Гермиона, возвращая своего спутника к реальности мягким прикосновением.
— Официально, это был теракт, — дернув плечом, слишком резко ответил Сириус и сам поморщился, тут же ругая себя за такое поведение. — На самом деле организованная группа бандитов напала на школу. Их главарь, прозвище которого было Темный Лорд, убедил своих людей в том, что в замке спрятано какое-то сокровище, и каким-то образом уговорил напасть именно в мае, в самый обычный учебный день. Лично мне кажется, что в этом нападении было что-то личное, и Дамблдор в этом как-то замешан. Но директор молчит, а мы можем лишь строить догадки. — Сириус ободряюще приобнял побледневшую девушку за плечи и ненавязчиво заставил отвернуться от замка, медленно двинувшись в направлении деревни.
— Как много детей тогда погибло? — немного помолчав, внезапно спросила Гермиона, требовательно взглянув ему в глаза.
— Семь человек, и все старшеклассники, которые помогали выводить остальных детей, — опустив взгляд, едва слышно произнес Сириус и с трудом заставил себя сглотнуть вставший в горле ком, честно прибавив: — Это была моя оплошность. Эвакуацией руководил я, и мне следовало… Следовало быть внимательнее и осторожнее. Бродяга тогда спас троих, буквально сбил с ног, убрав из-под обстрела, а я не смог уберечь семерых. — Зажмурившись, Сириус потряс головой, пытаясь вытряхнуть из головы образы тех подростков, которые и без того частенько снились ему в кошмарах. Гермиона ненавязчиво сжала его ладонь, к счастью, не стремясь говорить пустые слова утешения, которых он успел наслушаться в достатке.
— Как ты вообще там оказался? — хмурясь все больше, непонимающе спросила Грейнджер, когда они прошли мимо автомобиля.
