"Дикарь, настоящий дикарь!"
Лерка ушел, потому что в нем откуда-то возникла уверенность, будто он знает, где можно раздобыть пищу. Словно кто-то ему подсказывал: прямо, теперь налево, теперь перепрыгни через этот овражек... Быстрые рогатые существа на четырех ножках... Вот здесь, протяни руку, шевельни хворост...
Фр!.. - из-под кучи валежника выскочил оленик. Одно движение быстрых рук - и оленик взвился в воздух. Его головка бессильно дернулась, и он затих, потому что шейные позвонки его были сломаны.
Лерка взвалил тушу себе на плечи и вернулся к четырем брошенным аэробусам. Он имел возможность убедиться, что его новый товарищ даром времени не терял. В одном из аэробусов уже грелась печка, там было прибрано и целиком собраны две постели. В передней части аэробуса стоял раскладной столик и два выдвижных стула.
- Хм... - сказал он, бросая тушку на пол. - А посуда у нас имеется?
- В избытке.
Тутже явилась пара больших мисок. Лерка надрезал оленику горло и выпустил в миску кровь.
- Нельзя это было сделать на улице? - поморщился Мартин.
- Вообще-то можно, но я думаю, что кровь не надо выбрасывать. Кто знает, когда я смогу принести новую добычу?
- Фу! - сказал Мартин. - Неужели ты способен это кушать?
Лерка усмехнулся. Этого бы чудика на поселение! Забыл бы как рыло воротить от полезных вещей! Да что с него возьмешь, бледного чистоплюя?
- Поскольку соли у нас нет, мясо лучше поджарить, - сказал он мрачно. - Как там твоя печка, способна на такой подвиг?
- Вполне.
- Тогда пойди погуляй, я соображу что-нибудь.
Мартин послушно вышел. Не успел он пройти несколько шагов, как ноги его незаметно подкосились, и он рухнул на землю. Начинался последний зимний снегопад, и снежинки беспрепятственно падали на лежащее возле ступенек неподвижное тело, присыпая его однообразным белым порошком в тон окружающей природе.
Лерка разделал тушку оленика на куски, загрузил в печку нечто вроде шашлыков и, сгрудив оставшееся мясо во вторую миску, пошел спрятать его где-нибудь на холоде.
- Тьфу ты! - выругался он, едва не споткнувшись о распростертое на земле тело.
Разумеется, это валялся он, тот самый малохольный! Мясо было забыто. Выругавшись, Лерка втащил доктора в аэробус, раздел, уложил на кровать и накрыл одеялами.
- Эта бледная немочь меня в могилу загонит, - проворчал он, и решительно потянулся за кружкой.
- Пей, медицина, - услышал Мартин сквозь сон.
Кто-то настойчиво пытался влить в его рот какое-то питье. Мартин сделал несколько глотков. Жидкость была солоноватой и противной. Он открыл глаза. Тот самый парень стоял возле него с кружкой в руке. В кружке было нечто темно-красное и густое.
- Пей, медицина, - еще раз настойчиво повторил Лерка. - Пей, а не то помрешь сдуру.
Мартин оттолкнул кружку и сел.
- Как хочешь, - сказал парень насмешливо. - И вдруг спохватился. - Эх, мое мясо!
Парень выбежал на улицу. Когда он вернулся, Мартин уже крутился возле печки.
- Еще минута, и твои шашлыки бы сгорели, - сказал он укоризненно.
- Еще часок, и ты бы отправился к праотцам, - таким же тоном передразнил его парень. - Ты назло мне улегся возле порога?
Тут только до Мартина дошло, как он очутился на кровати.
- Прости, человече, - сказал он виновато, - но я, видать, опять не вовремя заснул.
- Да уж! - хохотнул парень. - Приступим лучше к ужину, медицина!
Они сели за стол. Парень почти ничего не ел, и только смотрел, как заправляется его сотрапезник.
- Расскажи о себе, - внезапно предложил Мартин.
Почему бы не рассказать? Лерка рассказал.
- Хочешь верь, хочешь не верь, но я совершенно не виновен, - завершил он свою печальную повесть.
- Так,.. - промямлил Мартин. - А теперь вспомни свои сны.
Лерка покачал головой.
- Не хочу, - сказал он. - Это нечто тягучее и бесконечное, как маята. Я подхожу к людям - вижу зеленых призраков. Я подхожу к домам - вижу зеленых призраков. И все бегут, и все словно в тумане. Тяжело.
- А вот в такую штуку ты во сне не залазил? - Мартин махнул рукой вдоль салона аэробуса.
Лерка прикрыл глаза и подумал.
- В такую - нет, - сказал он наконец. - Та была голубая с зеленым. Из нее вышли ЭТИ. Ну, шумные очень и пахучие. Они, люди. Я подхожу к темному пятну. Я дотрагиваюсь до пятна и падаю. ЭТИ приближаются. Я ползу в нору. Много шума. Мало света. Никого нет. Тишина. Свет. Я иду на свет...
- Все ясно, - вздохнул Мартин. - Ты здорово за себя отомстил, парень. Знаешь, чего ты натворил? Два переворота, эпидемия, гора покойников - и все из-за того, что тебе не понравилось на поселении!
- Но-но! - буркнул парень. - Выражайся яснее! Ты хочешь сказать, что я был не в себе? И натворил кучу делов?
Мартина позабавила его горячность. Но он тутже понял, что парень действительно ничего не знает о событиях, которые произошли на планете после его заключения в зеленую оболочку.
