- Еще кролики, нутрии, гуси и утки, - напомнила Сана.

   - И рыбки, - тихонечко, как бы про себя, добавил Шура.

   Все прыснули смехом.

   - За рыбками, к счастью, убирать не надо, - сказал Вит. - Ну, кто за мое предложение?

   - Все это замечательно, - возразила Лелечка, - мы поняли, что склад-ледник и перерабатывающий цех нам обеспечишь ты. Но не кажется ли тебе, что надо полить, наконец, огороды? И все эти заборы - к чему они, если мы весь скот перережем?

   - Ты меня не поняла. Никто не торопит нас забивать скот немедленно. Сначала надо все приготовить, обмозговать. Я говорил про перспективу. Конечно, есть более неотложные дела. Например, где мы собираемся жить? Я не хочу селиться в клубе.

   - И я! И я! - загалдели ребята.

   - Но я не представляю Катрену в заборах! - привела Лелечка последний аргумент.

   - Можно устроить живые изгороди, - тихо произнесла Мара. - Это будет очень красиво.

   - Договорились. После обеда я займусь обустройством нашего хоздвора, Мара с Нелой пойдут делать живые изгороди, а остальные - с Лелечкой на огороды.

   - Я хочу с Нелой, - насупился Шура.

   - Сегодня ты будешь ей мешать, - сказал Вит твердо. - Ей предстоит очень напряженная работа.

   Лелечке было жаль малыша, но она поняла, что Вит прав, и промолчала.

   А потом пришел следующий день, и еще, и еще. В бесконечных хлопотах промелькнуло лето. Вит тщательно следил, чтобы у детей не оставалось времени на страдания и тоску. Пусть не все у них получалось, самое главное - они старались и постепенно привыкали к своей новой жизни. Впрочем, при той уйме работы, какая свалилась на маленькую компанию, искать занятия особо не приходилось. Занятия надо было выбирать, чтобы в них не утонуть окончательно и бесповоротно.

   Никто, например, не понял, зачем Виту понадобилось обносить заборами все без исключения посадки. Скот смело мог вытоптать и скушать все на трех четвертях территории - на быте крошечной колонии это все равно никак бы не отразилось. Места, где можно было бы развернуться, и на оставшейся части острова было с избытком.

   Двоим подросткам с семерыми ребятишками, четверо из которых работниками можно было бы назвать только с большой натяжкой, не удалось справиться даже с тем, на что они размахнулись. Вит, правда, настоял на уборке льна и тарта - это было гектара два, вытеребили и поставили снопиками под навес для просушки. Однако почти все остальное пропало.

   Куриц, шестьсот голов, собрали всех в один курятник - пока было зерно, забивать их можно было потерпеть, а вот кроликов почти всех прирезали, чуть Вит оборудовал свой ледник. Шкурки он велел снимать сразу же (он сделал для этой цели специальное приспособление), их складывали отдельно от тушек и отправляли в другое помещение, на газовую консервацию.

   Цех по переработке Вит смог соорудить нескоро. Хотя ему и удалось найти в библиотеке нужное пособие, но осилил его он не в один присест. А не поняв принцип действия механизмов, невозможно было запустить их в действие.

   Проблема была еще и в том, что все мастерские, все старые склады сгорели вместе с жилыми домами. (Скотные дворы сохранились, потому что располагались в отдалении, возле прудов. ) Поэтому Виту сначала приходилось туго.

   Лелечка помочь ему не могла. Во-первых, техника ее вообще мало интересовала, а во-вторых, ей было некогда. Она кружилась с утра до вечера, занимаясь с детьми и огородом (если можно было назвать так 5 га поля), садом и заготовками на зиму.

   Из всего множества огородных культур главной заботой ее была капуста: этот овощ, как известно, нуждается в поливе больше других. С остальной территории в то первое лето компания просто собирала урожай. Все понимали, что большей части овощей суждено остаться лежать неубранными, и не переживали по этому поводу. То же самое было и с фруктами.

   Лелечка показывала детям, как варить варенье, консервировать овощи. Часть плодов и ягод она догадалась заморозить, конечно, но одних яблонь в садах имелось до пятисот штук. А груши, а сливы, а иные разные вкусности? Пришлось махнуть рукой.

   На своей четверти, правда, полевые культуры ребята убрали. Новые склады, мельницу и другие хозяйственные постройки они поставили возле скотных дворов, но большую часть помещений, служащих раньше для размещения стада, заполнили фуражом. И когда пришла пора перебираться с яхты-плота, было решено поселиться здесь же, по ту сторону от прудов, которая указывала на запад.

   - Я не хочу жить на могильнике, - сказала Сана, поясняя, почему она против того, чтобы возвести дом там, где прежде стояла их школа.

   И спорить с ней не стал никто. Отвращение ребят к руинам было так велико, что они даже в парк на площади предпочитали не заходить, а клуба вообще избегали. Они даже порядок там наводить не захотели. С общего согласия здание было закрыто на засов и на упоминание о нем было наложено молчаливое вето. Из всего, что там было, в новый дом была перенесена только непрочитанная часть библиотечного фонда.

   Ко времени переселения план Вита по забою лишнего скота был практически выполнен. Правда, в переработке ребята опять же мало чего успели, только сняли шкурки и разделав туши на более-менее приемлемые куски, упаковав их в небольшие контейнеры.

   Большую часть труда производили механизмы, а главная доля грязной ручной работы доставалась Лелечке и Виту. Малышей они сначала вообще устранили от участия в процессе, заботясь лишь о том, чтобы те не мешали. А потом Лелечка поняла неправильность подобного подхода с педагогической точки зрения.

   - Вы правы, толку от них меньше, чем помех, - сказала она Виту и девочкам. - Но вспомните, когда-то и вы были совершенно беспомощны. Если бы вас ото всего отгоняли, как бы вы научились?

   - Я об этом не подумала, - призналась Мара.

   И малышей тоже пустили в цех. Лелечка и Вит старались, впрочем, продумывать последовательность действий так, чтобы труд детей был разнообразен. Что-то они делали руками, что-то с участием механизмов, а иногда вся их работа была присматривать за показаниями приборов.