— Да, — Рамси кивнул. — Да, всё в порядке. Поди, даже Короля Ночи прикончили, — он усмехнулся. — Правда, какое-то время всем было непросто, — он внезапно перевёл внимательный взгляд от стены на невесту. — Эти голоса… Никто не понимал, что это, но пришлось нелегко от них всем.

— Это тёмные духи звали нас к себе, замаскировавшись под умерших дорогих нам людей. Демоны так могут. Ты видел, что случилось в небе? Пангея упала с дракона. Я видела, как двое дотракийцев и северян бросились на клинки мертвецов. Я сама в какой-то момент перестала сопротивляться! И я молю небеса, чтобы подобное больше не выпало на долю смертных. Чтобы больше никто из смертных не только не пережил — даже не увидел этого.

Лорд устало прикрыл глаза. Он увидел прямо перед собой то, о чём говорила его невеста. Он бывал во многих сражениях, но именно это действительно не забудется никогда. Арья выглядела встревоженной. Встревоженной и печальной.

— Мы победили. Этого кошмара больше не повторится. Эти твари отправились в пекло — туда им и дорога, — Рамси вдруг замолчал. Мужчина только сейчас заметил, что держит руку девушки в своей. Он спешно поднялся и на миг обернулся к невесте: — Тебе нужно отдыхать. Набирайся сил.

— Хэй, Болтон, дай от меня нашему Шоколадному мишке пендаля за попытку суицида и, когда будет пирушка, принеси мне бокал вина и стейк, — глаза Волчицы снова задорно блеснули, что не могло не обрадовать правителя севера.

— Конечно, — Рамси усмехнулся. — Ну да думаю, до основного пира ты будешь уже на ногах.

***

Следующий день прошел в трудах, люди собирали и оплакивали тела погибших, праздничное настроение сменилось скорбным. Дейнерис, увидев, что все приближённые живы, не столько скорбела, сколько подсчитывала убытки в армиях. Пангея то и дело слышала в свой адрес гневные изречения вдов типа «почему ты не помогла им», что очень сильно било по самолюбию девушки.

— Нет, ну вот что они думали, я пальцами щёлкну — ходоки исчезнут? — то и дело бросала она злобно.

Но казалось, мирная обстановка в Винтерфелле была таковой только сверху. Варис и Мелисандра, крайне опечаленные последними событиями, уже вовсю обсуждали новый план, как извести треклятую фаворитку Дейнерис и, кажется, план был найден. Ни от чьего взгляда не укрылся факт, что Визирион подчинился юной леди почти также беспрекословно, как своей госпоже.

Проходили дни, и они были поистине скорбными на севере. Но, тем не менее, в народе понемногу пробуждалась радость о том, что тёмные силы побеждены. Пожалуй, только одни обитатели Винтерфелла знали, что радость эта временная, а впереди борьба с главным врагом. И уж она будет за Железный трон.

Впрочем, на подготовку армии время ещё было. А вот прежняя тёплая атмосфера между обитателями замка улетучилась. Жители как будто разделились на группы. Варис и Мелисандра все дни что-то обсуждали. Внезапная смерть Джона — да ещё и от рук друзей этой девчонки — заставляла задуматься о том, что мулатка о чём-то догадывается. А тут ещё и поведение дракона по отношению к ней, который и подопечных Дейнерис-то к себе не подпускал. В общем, действовать нужно было быстро и скрытно.

Многих удивило появление внезапного гостя в Винтерфелле. Почему-то Пангея с Эмили назвали это событие «Явление Бронна народу». Впрочем, мужчина увильнул от ответа на вопрос, почему он здесь. Он честно поклялся в том, что будет служить Болтону и в битве Длинной ночи верно сражался плечом к плечу с его людьми. Ну, а в мыслях самого сира Черноводного было что-то вроде «замок не получил, так хоть поживу в подобном».

Джоффри перестал смотреть волком на Джейме… но это не изменило его намерений, и он так и не поговорил с отцом, как бы тот не искал с юношей встречи. А ещё Арья наконец полностью поправилась. И не она одна. И тогда официально, недели через четыре после Дня скорби лорд севера объявил-таки День праздника.

Несмотря на то что победа была за живыми, дни по-прежнему были короткими, и всё время Бурерождённая старалась проводить в компании Пангеи. На Тириона королева смотрела уже довольно косо, словно ожидая от него следующего предательства, неоднократно при этом намекая, что титул десницы было бы неплохо передать леди Грейс, ибо прока от неё побольше будет, хотя сама девушка утверждала обратное.

Варис и Мелисандра просто чувствовали, как девушки сближаются с каждой минутой, и план создавался в их головах всё быстрее и быстрее. И вот, одним из вечеров, Паук пришёл к королеве, покинув свой привычный тёмный угол. Медленно, словно и впрямь неприятное насекомое по паутине, евнух двигался к Дейнерис. На его счастье, Пангеи в тот момент не было. Королева была одна.

— Моя госпожа, — Паук поклонился, — у меня к вам очень важный разговор.

Дейнерис удивлённо смотрела на Вариса какое-то время, а потом, сменив изумлённое выражение лица на величественное, махнула рукой, приглашая мужчину войти.

— Проходи, — она слегка нахмурилась, будто чувствуя, что грядёт какая-то гроза. — Что случилось?

— Случилось уже давно, примерно тогда, когда вы пригрели двух змей на груди, — Варис хмыкнул. — Я говорю про леди Пангею, — лицо мужчины стало из добродушного серьёзным. Бурерождённая заметно встрепенулась, но вскинула ладонь, давая знак Джораху, который было пошевелился. Да, локация нахождения королевы поменялась, а её нрав нет — она всё также, остерегаясь, держала вблизи себя людей. Только на сей раз уже — самого поистине верного и любящего, которому могла доверять.

— Что ты имеешь в виду? — девушка вскинула бровь, взглянув на мужчину.

— Лишь то, что творится вокруг.? Сколько все присутствующие добивались вашего расположения и сколько времени ушло на это у неё? А любовь народа? Да что там народа — драконы! И те её признали! А знаете, что говорят про её брата? Что они вовсе и не братья, а этот мальчишка — король Джоффри! Думаете, она с нами просто из-за ради доброй воли? Может и так, но лично я думаю, что только ради трона! Подумайте, за кем пойдут Безупречные, не стань Вас? Серый червь очень уважает её, так не она ли тогда возглавит войско? Моя госпожа, эта девчонка стала проблемой, неужто вы не заметили, как она вновь сблизилась с лордом? Молю вас, моя госпожа, давайте избавимся и от неё, и от её недожениха! — Варис замолк, глядя на Дейнерис.

— Слухи могут говорить что угодно, — Дейнерис со вздохом откинулась на спинку кресла. — В своём ли уме люди, которые принимают этого мальчишку за короля Джоффри — покойного короля Джоффри? — девушка цокнула языком. — И кто вам поведал об этом? Кухарки или те трясующие кулаками девки, что ничего не сделали, а, потеряв мужей на войне, обвинили во всём леди Грейс? — она уткнулась лицом в ладонь, раздумывая, а затем продолжила: — Какое вам дело до её отношений с лордом севера? — теперь тон Бурерождённой казался усталым, нежели властным. Нет, подобное она слышала не впервые в качестве перешёптываний слуг, но говорить это ей сейчас в лицо было откровенной наглостью! — Тот без пяти минут муж леди Старк. У леди Грейс и у самой есть жених. Если бы я заметила в ней предательство, давно бы сама уже прогнала.

— Она хитра, моя леди, очень хитра. Знает всё обо всех — как? Одним Богам ведомо! Кто сказал, что она не опутала в своей паутине уже все дома? Она могла предать, а вы и не заметить. Я боюсь за Вас! — Варис качнул головой. — Но, допустим, всё это лишь слухи… А что насчёт вашего дракона? — евнух пристально взглянул на госпожу.

Дейнерис какое-то время молчала, точно и сама сомневалась в ответе. Но она мгновенно отбросила все плохие мысли из головы.

— Он доверяет ей. Так же, как и я, и это не должно не радовать, — Бурерождённая прикусила губу, глядя в пол, а потом резко подняла глаза обратно на мужчину. — И не смей мне говорить, что она что-то задумала! Не смей! — она стукнула кулаком по креслу, но, прикрыв глаза, замолкла и чуть тише произнесла: — Леди Грейс под моим покровительством. Не дай бог с ней что-то произойдёт, — она во все глаза уставилась на Паука, метая из глаз молнии. Евнух так и содрогнулся. Ноги сами собой задрожали под его плотным телом.