Утром, когда мы приехали в императорский дворец вместе с Баяном, то узнали, что мы тут не единственные гости. Во дворец съезжались все министры. И стало понятно, что дело принимает серьезный оборот. Для начала Баян сразу же направился во дворец Гвиби Ки, но там его встретила вооруженная охрана. К императору не пускали абсолютно никого.

Я волочилась позади Баяна.

— Дело дрянь, — глубокомысленно сообщил он, — Гвиби хочет совершить переворот. Идем к Тал Талу, куда он вообще запропастился и почему не встречает меня?

Я пожала плечами. И мы отправились в покои Тал Тала, войдя без предупреждения. Баян был настолько любезен, что только что ногами двери не открывал. Но ведь за это мы его и любим.

Тал Тал явно только проснулся, и выглядело все так, что он не ложился со вчера, а уснул за столом, где я его и оставила. Меня стала мучить совесть.

— Что сидишь, Тал Тал? — тут же накинулся на него Баян, — у меня умыкают власть, у тебя жену. А ты знай себе спишь на столе! Что ты тут напридумывал? Докладывай обстановку!

— Господин Баян? — Тал Тал сонно вытаращил глаза, — что вы тут делаете?

— Получил твое письмо.

— Письмо?

— Что с императором? — нетерпеливо воскликнул Баян, — что задумала стерва Ки? Ее прихлебатели министры уже здесь, ты разослал сообщения нашим людям, чтоб прибыли?

— Сейчас все исполню, — Тал Тал вышел из-за стола и тут раздался громкий, почти оглушительный стук в двери.

Мы переглянулись. Двери еще раз сотряслись. Что за непрошенный гость?

— Войдите, — провозгласил Тал Тал, выдвигаясь вперед.

В комнату тут же влетел Тан Ке Ши. Вид он имел крайне встревоженный. Его лицо исказилось. Что самое удивительное, он привел с собой принца Маху. Тан Ке Ши нашел взглядом меня, удивлённо посмотрел на Баяна, явно не ожидая найти его так скоро, и сообщил:

— Стерва Ки созвала срочное собрание министров. Она объявила, что император передает власть принцу Аюрдаршире, а ее назначают регентом! В обход Махи!

— Проклятье! — Баян свирепо ухватился за эфес своей сабли.

— Этого следовало ожидать, — спокойно прокомментировал Тал Тал.

— Мы должны ее остановить, — предложила я.

— Постойте, — тут же пришел в себя Баян, — я канцлер, и императорская печать у меня, Его Величество наделил меня при всех наивысшими полномочиями, Гвиби не может издавать никаких указов, она всего лишь служанка из Коре. Я сейчас же иду на совет министров и потребую отменить отречение императора. Пока он сам лично это не подтвердит, я отказываюсь в это верить и не принимаю другой власти кроме него.

— Подождите, — Тал Тал в одно мгновение с волнением подскочил к Баяну, — Гвиби единственная кто видел императора после его болезни, и конечно, никого не подпускает к нему. Если он умер или уже недееспособен, то она могла вырвать у него отречение и право на регентство. В такой ситуации лучшим решением будет…

— Выдвинуть принца Маху на престол, — закончил за него Тан Ке Ши, взглянув на ребенка.

Маха доверчиво подошел ко мне. Мои пальцы сжались на детских плечиках.

— Тан Ке Ши прав, — ответила я, — мы не знаем, что сейчас с императором, но нужно соблюсти право престолонаследия, установленное Великим Хубилаем, старший сын наследует трон…

— Я объявлю себя регентом при принце Махе, — заявил Баян.

Мы с Тал Талом утвердительно кивнули.

— Что? — вдруг словно задохнувшись, Тан Ке Ши обвел всех нас взглядом, — вы регентом при принце Махе? Это мой племянник! — он ударил себя кулаком в грудь, — я единственный ему родной человек, и я назначен на должность Великого Воспитателя, а значит, это я должен быть регентом при принце.

Я закусила губу от страха. Даже я понимала, что претензии Тан Ке Ши никто не поддержит.

— Что ты несешь?! — Баян оскалил зубы словно тигр, — ты регент? Ты только выбрался из петли и сам хочешь царствовать и всем владеть?

— А кто меня отправил в эту петлю? Уж не вы ли?! Вы занимаете мое место! Это я должен был стать канцлером после смерти отца! — завопил Тан Ке Ши как ужаленный.

— А ты попробуй, забери у меня это место, — хмыкнул Баян, — кишка тонка! Побеждает сильнейший, слышал о таком?

Тан Ке Ши стремительно положил руку на саблю. Я на секунду зажмурилась, опасаясь, что начнется драка. Но Маха вдруг пронзительно закричал.

Я дрожащими руками обняла его.

— Что вы делаете? — воскликнула я, — мы должны объединиться против Гвиби, в этом наш единственный шанс.

— В таком случае ему здесь не место, — холодно бросил Тал Тал, указав на Тан Ке Ши, — я же говорил, что он предаст нас при первой возможности.

— Тал Тал, — я с укоризной посмотрела на него.

— Мне действительно здесь нет места, — отрывисто сказал Тан Ке Ши, бросил саблю к моим ногам и ушел, его шаги сопровождались протяжным металлическим стоном лезвия упавшего меча.

— Обойдемся и без его поддержки, — фыркнул Баян, — Тал Тал, пойдем, нам пора на собрание, ты, — сказал он мне, — возьми принца и иди за нами, раз наш воспитатель смылся в самый ответственный момент.

Эти слова тяжестью легли на мои плечи, обвинения в сторону Тан Ке Ши приравнивались к обвинениям в мою сторону, ведь именно я доверилась ему и притащила во дворец, заставив Баяна покровительствовать ему.

Я встала позади всех, ведя Маху за руку, мы направились в тронный зал, где уже все собрались.

Гвиби Ки восседала на троне. Рядом с ней был совсем еще маленький принц Аюрдашира. Завидев нас, Сон Нян торжествующе улыбнулась, и мне показалось, что она особо выделила меня, словно ее злые слова уже начали превращаться в действительность.

— Ваше Высочество, — Баян встал перед троном, — по какому праву вы заняли это место? Оно принадлежит только императору, и никто не имеет право там восседать.

— Император болен, он больше не может управлять страной, — заявила Сон Нян, — вы все были свидетелями его приступа, и он передал мне свою волю, он хочет, чтобы власть перешла его сыну принцу Аюрдаршире, а меня назначили регентом. Пока принц не вступит в сознательный возраст.

— Но это невозможно! — вспыхнул Баян, — я канцлер этой империи, в моих руках нефритовая печать, и я даже не видел императора, чтобы засвидетельствовать этого. Какая-то жена, даже не монгольских кровей, не может стать регентом при малолетнем императоре. К тому же занимающего трон в обход права первородства! Это противоречит закону Хубилая, я готов защищать его до последней капли крови. Я требую аудиенции с Его Величеством.

— Его Величество, — звонко воскликнула Сон Нян, — не может говорить, он онемел, он передал мне свою волю, не вижу оснований не доверять мне, всем известно, что Маха сын казненной императрицы и он не должен стать императором…

— Его мать была Великого рода! — перебил ее Тан Ке Ши, все посмотрели на него, а он, сгорая от отчаянного гнева, занял свое место возле Махи.

— Это правда, — скрепя зубами, согласился Баян, — но это не важно, принц Маха — старший сын династии, и его я, канцлер Баян, объявляю наследником престола. Император Тогон-Тэмур даровал мне право отдавать приказы от его имени. И раз настал такой случай, то я пользуюсь этим правом. Править будет принц Маха, а я буду регентом. Потому как это право должно принадлежать не женщине, а канцлеру.

Министры возбуждено загудели. Ситуация складывалась патовая. Сон Нян не ожидала нашего такого сопротивления, думая, что Баян прибудет не скоро. И я еще раз возблагодарила Бога, что мы так оперативно сработали, хотя и получилось это непонятно как.

— Что вы скажите, господин советник? — сказала Сон Нян, обратившись к Тал Талу.

Он бросил взгляд на Баяна, тот смежил веки, как бы давая ему разрешение говорить.

— В таком случае министры должны сами выбрать регента, проголосовав. Таковы законы империи, — ответил Тал Тал.

Я побледнела. Голосование. Есть ли у нас шансы. Все здесь министры жадные до власти и денег. Они ненавидят каждого, кто приходит к власти и готовы сгноить любого выдающегося человека. Никому из них не на руку назначение Баяна регентом.