Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Можно заметить интересное сходство между философскими принципами американской конституции и философскими принципами кодекса Моисея. Федеральное правительство США располагает лишь теми правами, которые конкретно оговорены для него конституцией. Отдельные штаты могут делать все, что им конкретно не запрещено. Моисеев закон, в сущности, также устанавливает принцип, по которому евреи могут делать все, что им конкретно не запрещено. Вместо того чтобы говорить: делай то-то и то-то, законы Моисея обычно говорят: не делай того-то и того-то. Даже там, где в них встречается позитивное утверждение, оно обычно является дополнением к негативной заповеди (запрету) или сопровождается негативным заключением. В конечном итоге все сводится к форме: делая то-то и то-то, не делай того-то и того-то. Десять заповедей, например, содержат всего три позитивных повеления, но зато семь запретов. Три позитивных утверждения – это: «Я Господь Бог твой»; соблюдай субботу; чти родителей. Семь запретов оставляют весьма мало сомнений на счет того, что не положено делать. Определив лишь границы запретного, Моисей тем самым оставил открытое поле для позитивной деятельности. Благодаря этому евреи получили большую свободу действий. До тех пор пока эти действия не входили в противоречие со специально оговоренными запретами, они могли, подобно американским штатам, делать все что угодно.

Подобный тип мышления привел к тому, что еврейские философы, как правило, выражают свои принципы в негативной форме. Интересный пример глубокого различия в типах мышления представляет собой высказывание, которое христиане приписывают Иисусу, а евреи – Гиллелю, одному из величайших учителей иудаизма. Согласно христианской версии, Иисус сказал: «Делай другим то, чего желаешь для себя». Согласно евреям, Гиллел, живший за сто лет до Иисуса, сказал: «Не делай другим то, чего не желаешь себе». Целая философская пропасть разделяет эти два высказывания. Я приглашаю читателя поразмыслить над ними и решить, какое из них он предпочел бы увидеть примененным к самому себе.

Эти законы, сформулированные почти три тысячи лет назад, и поныне поражают своей гуманностью. Невольно задумываешься: не стал ли бы нынешний мир намного лучше, будь эти законы приняты повсеместно? К рабам относятся более гуманно и снисходительно, чем в Америке в 1850 г. На рабов распространяются все законы, принятые для свободных людей. Каждые семь лет их надлежало отпускать на свободу. Закон о разводе во времена Моисея был более либерален, чем в современной Англии, и к женщинам относились с почтением.

Небезынтересно отметить особое отношение евреев к сексу за 1200 лет до н. э. Пуританская идея секса как греха никогда не имела распространения в иудаизме. Сексуальные желания рассматривались как нормальное явление. В то же время считалось, что желания эти должны находить удовлетворение только в рамках института брака. Поэтому поощрялись ранние браки. Сожительство мужчины и женщины должно было быть радостным, а также добровольным. Считалось преступлением, если один из супругов – муж или жена – намеренно избегал сексуальных отношений. Такое положение, если оно продолжалось, служило достаточным основанием для развода. На холостяков смотрели неодобрительно. Все мужчины усиленно поощрялись к женитьбе, тогда как женщины располагали в этом вопросе большей свободой, хотя и от них ожидали раннего замужества.

Создатель кодекса отдавал себе отчет в неизбежности нарушений закона. Поэтому он позаботился о благополучии детей, рожденных вне брака. Только дети родителей, которым по религиозному закону запрещено вступать друг с другом в брак, считались незаконнорожденными. Все другие внебрачные дети считались законными и не могли быть лишены наследства. Добродетель среди незамужних почиталась весьма высоко. Проституция рассматривалась как низменное занятие. На религиозную проституцию, столь распространенную в языческом мире, смотрели с отвращением. Гомосексуальные отношения между мужчинами считались серьезным преступлением. Но такие же отношения между женщинами считались хоть и скандальными, но не преступными.

Вторая заповедь, запрещавшая изготовление кумиров и изображений живых существ, оказала глубокое влияние на еврейский характер. В этом отношении наиболее интересное замечание сделал Фрейд: «Коль скоро принимается подобный запрет, он должен оказать глубочайшее влияние. Он означает подчинение чувственных восприятий абстрактной идее. Он означает триумф чистой духовности над чувственностью».

Избрав себе Бога духовного, а не материального, евреи пошли по пути обогащения духовного содержания религии, оставив в стороне физический облик божества. Такое отношение последовательно выработалось у пророков, вождей народа и раввинов. Вера в духовного Бога, а не в идолов из камня дала евреям чувство культурного превосходства над язычниками. В результате Моисей вселил в свой народ чувство национальной гордости, а не только чисто внешнее ощущение особости. Интеллектуализм, эта характерная национальная черта евреев, тоже был прямым следствием абстрактности их Бога. Другим таким следствием был отказ от жестокости и садизма. В наши дни нравственные качества евреев могут быть подвергнуты статистической проверке. В настоящее время евреи составляют около 3 % населения США. Однако количество евреев, осужденных за насилие, составляет всего 0,1 % всех осужденных за подобные преступления в американских тюрьмах. За какие бы проступки евреев ни отправляли в тюрьму, это, как правило, не садистские акты – убийство, насилие, побои, истязания, – хотя, разумеется, случаются и исключения. Эта громадная статистическая диспропорция не перестает удивлять современных социологов.

Вторая заповедь имела и отрицательный эффект. Она способствовала подавлению в евреях художественного начала. Так как евреям было запрещено изготовлять «изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли», они отказались от живописи, скульптуры и архитектуры (хотя, как увидим позже, здесь были некоторые весьма заметные исключения). Лишь в XIX в., когда евреи перестали следовать второй заповеди, вслед за христианами, поступавшими так уже в течение двух тысяч лет, они выдвинули из своей среды художников, скульпторов и архитекторов. Однако к этому времени еврейский характер сформировался, и позднее «вторжение» евреев в область ваятельного искусства уже не смогло значительно изменить их национальный характер.

Явление Бога Моисею, ознаменовавшееся дарованием божественного закона еврейскому народу, завершилось. Миссия Моисея была закончена. Теперь ему надлежало сойти со сцены. Более молодые готовы были взять в свои руки судьбу народа, которому он дал конституцию. Знаменитое видение Авраама не было иллюзией. Моисей, этот несговорчивый пророк, сделал его реальностью.

3. Судьи, цари и узурпаторы

Когда наконец в XII в. до н. э. евреи поселились на Земле обетованной и могли назвать ее своей, это оказалось наихудшим из решений. Они заселили полоску земли, которая служила коридором для воюющих армий. То и дело им приходилось расплачиваться за эту ошибку гибелью в сражениях, потерей свободы, выселением из страны. Но каждый раз они упрямо возвращались на прежние места, вновь заселяя узкую полоску своей территории, которая попеременно называлась Ханааном, Палестиной, Израилем, Иудеей, провинцией Иудея и снова Израилем.

Исход евреев из Египта был возглавлен Моисеем. Их возвращение в Ханаан, Землю обетованную, возглавлял назначенный Моисеем его преемник – Иехошуа (Иисус Навин). Ханаанеяне, хоть и располагали боевыми колесницами и мощными крепостями, не представляли собой единого народа. Это была скорее непрочная федерация городов-государств. Каждое из них управлялось своим маленьким царьком. Тщетно пытались они сплотиться против вторгшихся в страну евреев. Еврейские армии под предводительством Иехошуа нанесли удар прежде, чем противник успел объединиться. Иехошуа переправился через реку Иордан и, устремившись на юг, против иевуситов, разгромил союзные армии, возглавлявшиеся иевуситским царем. Затем, повернув на север, он разгромил ханаанские племена под руководством царя Хацора. Читателю, не знакомому с историей и нравами древности, рассказ Библии о последовавшем за этим разрушением Ханаанской цивилизации может показаться чудовищным. В действительности оно было значительно менее варварским, чем разрушение критской культуры греческими ордами, вторгшимися на Крит в VI веке до н. э., или этрусской культуры – римлянами, вторгшимися в Этрурию в том же столетии. Ханаанская цивилизация распалась, а евреи стали бороться с отвратительными религиозными обычаями, на которых она держалась, – человеческими жертвоприношениями божеству по имени Молох, похотливым культом местного ханаанитского божка по имени Ваал, разгульными оргиями и культовой проституцией во имя женского божества Ашеры. Постепенно по мере прекращения ханаанского сопротивления начали вырисовываться первые, еще нечеткие очертания границ будущей Эрец-Исраэль. В этой исторической драме Ханаан был великолепным фоном для спектакля «Возвращение на родину». Израильтяне, ушедшие из Египта, возвращались в Ханаан после четырехсотлетнего отсутствия. Им предстояло воссоединиться со своими братьями-евреями, теми из потомков Авраама, Исаака и Иакова, которые четыре столетия тому назад не откликнулись на приглашение Иосифа переселиться в Египет. Это воссоединение египетских израильтян и ханаанских евреев заняло около 200 лет. Но и после этого получившаяся смесь осталась несовершенной. Это была холодная пайка, которая развалилась при первых же признаках внешнего давления.

10
{"b":"74022","o":1}