- Сирил, – укоризненно произнесла Кристина, недовольно взглянув на парня и предостерегающе подняв руку. – Мистер Бейкер прав, я ведь тебе рассказывала, на какие только уловки не идут журналисты, чтобы состряпать сенсацию. Хорошо, – она снова повернулась к Эдди, – а это вас убедит? Правда, снимок старый, ему больше десяти лет, но если присмотреться, меня можно узнать.

Говоря это, она вытащила из кармана куртки свёрнутый журнал и протянула его Бейкеру.

- Надеюсь, вы не станете утверждать, что при нынешних технологиях мне бы не составило труда подделать номер. В конце концов, его подлинность всегда можно установить на сайте издательства.

Развернув выпуск «Индустрии развлечений» десятилетней давности, Эдди взглянул на обложку. Прайса он узнал сразу, хоть тот выглядел значительно моложе и без усов. На руках Стивен держал девочку лет семи-восьми. «Я ничего не боюсь, если рядом папа», – заявляет Кристи Прайс», – гласил заголовок под снимком. Бейкер перевёл взгляд на девушку. Конечно, она сильно изменилась, но была вполне узнаваема.

- Открытие первого парка аттракционов, – пояснила Кристина. – В качестве рекламного хода отцу предложили взять меня в стартовый рейс. Он спросил, не страшно ли мне. Но я никогда ничего не боялась рядом с ним.

Голос девушки чуть дрогнул, но она снова почти мгновенно справилась с собой и вопросительно взглянула на Эдди и Сару. – Ну что, теперь я вас убедила?

- Теперь – да, – признал Эдди, подумав про себя, что и без журнала было ясно, что перед ними представительница семейки Прайсов. Дурацкая записка, пустой зал, эффектное появление – всё это было до боли знакомо. И сама девушка недаром показалась ему знакомой. Разумеется, он никогда раньше её не видел, и прямого сходства со Стивеном у Кристины не было, но её походка, улыбка, мимика и жесты повторяли отца.

- А для чего всё это? – спросила Сара, обведя рукой пустой зал.

- Чтобы не мешали, – пояснила Кристи. Терпеть не могу суеты, пьяных криков, дурацкой музыки. А так можно быть уверенной, что нас никто не побеспокоит. Присядем?

И, не дожидаясь ответа, направилась в глубь зала. Сирил последовал за ней. Эдди, пожав плечами, взглянул на Сару. Девушка решительно двинулась за Кристиной. В конце концов, это Стивен Прайс смог найти выход из того страшного дома, и погиб, спасая её, Сару. Оттолкнул с пути ужаса, которому она даже в мыслях не могла подобрать названия, а сам не успел отскочить…

-Итак, – произнесла Кристина, когда они расположились на мягких кожаных диванах у стены, – расскажите мне всё, что произошло в ту ночь.

Эдди и Сара неуверенно переглянулись. Им не раз уже дали понять, что рассказы о доме, где поселилось зло, уничтожающее всех, кто осмелился остаться внутри после захода солнца, приписывают тяжёлому потрясению и готовы отправить ребят в психушку, если они будут настаивать на своём.

- Полиция пришла к выводу, что в доме орудовал маньяк, – неуверенно начал Эдди. – Он подстроил всё, что мы видели, используя разные трюки, оптические иллюзии... Возможно, конкурент мистера Прайса...

- Меня не интересуют выводы полиции, – резко оборвала его Кристина. – Я хочу знать, что там случилось на самом деле.

Девушка выразительно взглянула на гостей.

- Я понимаю, чего вы опасаетесь. Не бойтесь, вас не сочтут сумасшедшими. То, что вы расскажете, нигде не будет упомянуто. Я тоже не заинтересована в огласке. Я хочу лишь одного: понять, что произошло с отцом.

- Всё началось с того, что мы — Эдди, Мелисса, Блэкбёрн, – получили приглашение от Стивена Прайса на день рождения его жены. Празднование почему-то проводилось в каком-то Богом забытом месте. Никто из нас до этого никогда не слышал имени Прайса, и мы бы проигнорировали это приглашение, посчитав его чьей-то глупой шуткой, но в нём было написано, что на праздновании будет проведена игра, каждый участник которой, дошедший до финала, получит миллион долларов. Это тоже не походило на правду, но интриговало, и все мы откликнулись...

Сара замолчала. Сердце её начало колотиться о рёбра, как бывало всякий раз, когда девушка возвращалась мыслями к событиям той ночи.

- Вы не назвали своего имени, – заметила Кристина.

- Что? – не поняла Сара.

- Перечислив имена приглашённых, вы не назвали себя.

- Да. Я не получала приглашения. Оно было адресовано моей начальнице, Дженнифер Дженсен. Я не успела ей показать, Дженнифер выгнала меня, мне нужны были деньги, и я подумала...

Кристина нетерпеливо мотнула головой.

- Это неважно.

- Важно, – возразила Сара. – Все приглашённые были потомками сотрудников больницы, выживших при пожаре в 1931 году. Мы нашли фотографию. Там были Прайс, Бейкер, Дженсен, Марр, Стоккард. Стоккард — это...

- Знаю, – недовольно поморщилась Кристина.

- И Блэкбёрн? – спросил до сих пор молчавший Сирил.

- Не думаю, – снова скривилась дочь Прайса. – По моим данным, он получил личное приглашение от виновницы торжества.

- Да, наверное, – согласилась Сара. – На фотографиях сотрудников больницы мы не видели фамилии Блэкбёрна. Мисс Прайс, Ваш отец сказал, что он не рассылал этих приглашений, в его списке были совсем другие люди. Нас позвал... – Девушка закрыла глаза, собралась с духом и выпалила, – сам Дом. Так считал Притчетт, владелец дома. Он говорил, что в доме находится зло. Он ни за что не хотел оставаться на ночь, он...

- Не хочу показаться невежливым, но как дом мог разослать приглашения? – скептически поинтересовался Сирил.

- Я же говорил, что вы не поверите... – с горечью бросил Эдди.

- Продолжайте, пожалуйста. – Кристина по-прежнему выглядела непроницаемо, невозможно было догадаться, о чём она думает и как расценивает услышанное.

– Зачем, если вы всё равно нам не верите? – взорвался Бейкер.

Кристина ничего не ответила, и Сара продолжила рассказ. В самые тяжёлые моменты, когда у девушки перехватывало голос, Эдди помогал ей. Сирил больше не проронил ни слова, хотя его недоверчивый взгляд говорил, что юноша не верит услышанному. Ни Бейкер, на Сара не винили его в этом: чтобы поверить, нужно было самому оказаться в том доме, пройти по его коридорам, спуститься в подвал, уставленный жуткими результатами экспериментов безумного доктора Вэннаката, ощутить непередаваемый ужас, которым, казалось, был пропитан сам воздух дома... Кристина тоже молчала. Лишь когда Сара упомянула, что стреляла в Стивена, подняла голову и пристально взглянула девушке в глаза.

- Я была уверена, что это он убил Блэкбёрна, он был весь в крови, он шёл на меня, я была напугана до смерти, – стала оправдываться Сара.

- Эвелин говорила, что такие розыгрыши были в стиле вашего отца, – вмешался Бейкер. – Должен заметить, мисс Прайс, что у него было очень странное чувство юмора. И вообще, вы не находите, что вся эта идея с празднованием в доме, где были замучены и сгорели заживо десятки, если не сотни людей, отдаёт чем-то извращённым?

- Это была не его идея, – возразила Кристина. – Отец был совершенно нормальным человеком. Оригинальным, своеобразным, но абсолютно нормальным. Это Эвелин, такие штучки в её духе.

- А мне показалось, что они оба друг друга стоили, – буркнул бейсболист.

- Вам показалось. – В голосе Кристины прорезалась сталь.

- Я так и не поняла, любили они друг друга или ненавидели, – призналась Сара. – Простите, вам, наверное, неприятна эта тема.

- Отец любил её, – задумчиво произнесла Кристи. – Спускал все её грязные выходки. Он умел держать удар, мог, не задумываясь, нанести ответный, ставил на место эту сучку, но расстаться с ней не мог. А ей нужны были только его деньги. Эвелин хотела развода и отступных. Отец отказывался. Не от жадности — деньги сами по себе для него ничего не значили. Он не мог расстаться с этой...

Лицо девушки снова исказилось в гримасе отвращения.

«Эти Прайсы ненормальные все, – подумал Эдди, – и все друг друга стоят.»

Сара вспомнила, как обмяк Прайс у тела Эвелин, как гладил её по лицу, по волосам, как бросился на них — один против всех, полагая, что убийца кто-то из гостей, и подумала, что Кристина права.