Учительница отошла, это был последний урок, и в коридорах осталось совсем мало учеников. На скулах Майкла заиграли желваки.

— Сара, забудь всё, что она сказала.

— Почему?! — я искренне недоумевала, почему Тёрнер так на это отреагировал. — Я же правда могу помочь. Тебе ведь нужна помощь.

— Оставь свой альтруизм при себе. Мне всё равно платить нечем, — пробурчал он. — Забудь. Поняла?

Я снова удивилась тому, что он так разозлился. Майкл ушёл из школы, а я всё продолжала раздумывать. Мне почему-то слишком сильно захотелось ему помочь. Он сделал для меня много хорошего и ничего не получил, кроме мандаринов, поэтому вполне справедливо, если я помогу ему за это в учёбе, чем смогу. Вроде нормально же? Только он как-то чересчур усердно отказывался от моей помощи. Даже подозрительно. И да, обидно.

Меня это тревожило уже три дня. Я не удержалась и рассказала Лоре.

— Раз тебя так разрывает, то помоги ему. Что в этом плохого, — проговорила она без раздумий.

— Я не хочу навязываться. Он всем своим видом последние недели даёт мне понять, что я ему неинтересна.

— Сара, он расстался с девушкой, с которой был продолжительное время. Что ты от него ждёшь? Ещё и с девушкой, которая, как ты говоришь, его эмоционально дёргала. О чём мы вообще. Он задолбался, переключился на учёбу. Сара, он не просто так уделял тебе внимание до этого. В отношениях, как в шахматах. Каждый делает шаг по очереди. Он уже свой шаг сделал. Теперь ты делай.

— Я не хочу навязываться! — вновь повторила уже сказанное мной ранее. И меня это слишком беспокоило.

— Сара, вот скажи мне. Ты ему сопереживаешь? Ты чувствуешь, что ему больно и плохо? Ты хочешь помочь ему за то, что он сделал тебе доброе? Причём тут «навязываться»? Просто взаимная волонтёрская помощь. Если пошлёт — то и всё, забьёшь на него. Не бойся этого.

— Тебе легко говорить. Это не ты собираешься парню предложиться. — Я скрестила руки на груди. Представлять, как Тёрнер меня отвергает в очередной раз, было слишком неприятно.

— Хах, Сара! «Предложиться»! Ты что. Если он тебя упрекнёт, то и пошли его с чистой совестью. Ты же хочешь ему помочь, и не ты придумала это, а учительница. В общем, сама думай. Раз боишься сильно, то не делай, — смягчила Лора под конец. Я решила не дёргаться и подождать какого-то знака от судьбы, что ли.

Ещё кое-что не давало мне покоя, но с Лорой я пока этим не делилась. То есть получается, что мама Майкла продолжительное время не могла работать. Родственников, видимо, у них нет, которые бы позаботились о двух детях. Интересно, как им удалось обойтись без прихода социальной службы, учитывая, какие болтливые в Сентфоре соседи.

Внезапно вспомнила слова Кэнди после Хэллоуина:

«— Майкл мне понравился ещё до того, как изменился, — продолжила Кэнди разговор, когда, казалось бы, мы вновь будем идти в тишине.

— Изменился? Что это значит? Когда?

— После смерти папы».

Мне не хотелось спешить с выводами, но повышенная агрессия теперь вполне вписывалась в картину. Майкл чуть не потерял двух родителей разом.

Отлично. Меня накрыло волной сочувствия к нему. Как будто почувствовала всю боль, что он испытал. Съедало ощущение того, что я просто обязана ему помочь.

Вот это внезапное открытие и оказалось знаком: я не могла усидеть на месте и постоянно думала об этом. Прости, Майкл. Я пойду напролом. Знаю, что ты, возможно, и не очень хочешь моей помощи. А ты, когда мне помогал, спрашивал, нужна ли мне твоя помощь? Вот и всё.

Если я этого не сделаю, то себя изведу. Никаких романтических мыслей, лишь то, что я должна тебе. Взаимная поддержка. Приготовься учиться, Тёрнер.

Комментарий к 28. Desiring to help you

Вот и добрались мы до переломного момента, ребята! Вернее сказать, дожили 😂 (особо поздравляю “старичков” работы, потому что ждать пришлось долго)) Эта глава небольшая, но она полностью компенсируется достаточно объёмной 29 главой от лица Майкла (ураа), где мы познакомимся с его прошлым: узнаем, что там случилось после смерти его отца, как начались отношения с Адель и про его отношения с полицией :D :D А ещё узнаем, чего это он девочку послал дз делать XD Да и просто увидим, как он относится к разным вещам, в общем, пошаримся немного в его голове))

P.S. Спустя четыре месяца, наконец, можно писать отзывы в нормальной форме без всяких звёзд XD (пока, раздел “жду критики”))

Тем временем пишу ещё один фф по Майклу/Саре https://ficbook.net/readfic/9707289, буду рада и вас там видеть)

========== 29. Narrating by Michael ==========

Не мог представить, как всё сильно изменится со смертью папы. В груди теперь была сплошная непроходящая тоска, помимо этого я никуда не мог деть агрессию, которой стало в десятки раз больше.

А хуже всего было происходящее с мамой. Она тяжело переносила потерю. Повлияло и то, что прямо перед аварией ситуация в семье была шаткой, чуть ли не на грани развода. Судьба всё решила сама. Папа попал в автокатастрофу.

Мама призрачно улыбалась и поначалу старалась держаться. Я же в первые недели постоянно находился на баскетбольной площадке, когда никого рядом не было, вымещал всю злобу, как только мог. Иногда стены дома бил. Немного помогало.

Мама долго не выдержала. Через пару недель её сократили на работе, это стало последней каплей. Мама слегла. Уже тогда я понимал, что теперь мне однозначно нужно что-то делать. От родственников мало толку было. Они все были далеко, хоть в первое время присылали деньги, но мало. Её сестра приехала один раз издалека, пожалела нас, помогла по дому. Однако мы прекрасно понимали, что вряд ли она нас к себе на другой конец штатов повезёт, да и у неё без того двое приёмных детей. Куда больше-то.

Маме назначили антидепрессанты, поставили диагноз тяжёлая депрессия. После визита врача мы с Бобби сидели за столом, я сильно пригрузился сказанным. Брат себе места не находил, и так всё время ходил поникший, а теперь и вовсе пребывал в истерике. Врач сказал, если вдруг у мамы начнутся суицидальные мысли, то сразу же звонить ему, чтобы её положили под надзор в психлечебницу.

И мы совершенно не хотели, чтобы маму забрали в психбольницу.

Бобби сидел зарёванный, мне тоже хотелось рыдать, но знал, что сейчас это недопустимо. Не можем мы ведь вдвоём сидеть и плакать?

— Это ещё про нас опека не узнала, — сопя, произнёс он. — Майкл, я не хочу в чужую семью. Тебе ладно, уже шестнадцать, ещё два года и всё. А мне… Почему мама так с нами.

— Бобби, прорвёмся. Всё наладится, маме станет лучше. А насчёт денег… я теперь главный мужчина в доме. Заработаю, — пытался я говорить оптимистично, но самому слабо верилось.

— Ага, много ты заработаешь. — Брат мне не поверил, и я понимал почему.

— Хоть что-то. Мама не специально так с нами. Ей просто очень больно. — Я правда старался понять её, но и мне было сложно.

Бобби продолжал плакать, я вскочил со стула и побежал смотреть объявления о работе.

***

Моё горе от потери отца перешло в крайний трудоголизм. Я брался за всё, что попало. По учёбе через пару месяцев полностью съехал, хоть Бобби и делал за меня домашнее задание.

С мамой за это время разговоры не удавались. В очередной раз я приготовил нам ужин (теперь готовил только я, мы с Бобби разделили работу по дому) и отнёс маме наверх. Она почти всё время молчала. Мне было больно видеть её такой. Поначалу мама выполняла мелкие домашние обязанности, ходила в магазин, мыла посуду, однако делала всё словно на автомате, с каждым днём становилось только хуже. И в какой-то момент, видимо, её покинули силы.

— Мам, ты поешь, пожалуйста. Готовлю я отвратительно и ни разу не так вкусно, как папа, но уж как получается, — поставил я тарелку с пастой на тумбочку, которую уже давно пора было подкрасить. — Мам, давай поговорим. Я тебя люблю. Не хочу терять тебя. Да, папы теперь нет, но мы всё ещё нуждаемся в тебе, — я говорил и чуть не заплакал. Мама повернулась ко мне, совсем безжизненная. Почему я никак не могу исправить ситуацию? Как помочь ей?