Раз никто не стал возражать против гномьего пойла, я тоже промолчал и после двух тостов за возвращение демонёнка набрался смелости и уточнил у него очень тревожный для меня момент: – Илвус, что ты намерен делать с Мариэн?
Парень непонимающе на меня посмотрел, а потом догадался о сути разговора: – Ты про её письмо правителю их зелёного заповедника? Санкции в отношении эльфийки я вводить не собираюсь, – и, видя непонимание его словечек на моём лице, пояснил: – Таврон, твоя ушастая так же остаётся в нашей команде и может рассчитывать на нашу поддержку. Быть женщиной очень трудно – никогда не знаешь, в какой момент накроет очередной припадок, тем более у беременной. Ничего критичного она не сделала, и, вообще, не пытайся понять женщину, она сама и половины не понимает из того, что творит, – улыбаясь, отшутился он, – И запомни! Думать надо головой, любить сердцем, а чуять жопой. Главное ничего не перепутай. Это я к тому, что ты должен предугадывать, что у твоей женщины на уме. В следующий раз, если Мариэн выкинет подобное, то я спрошу с тебя и спрошу строго! А сейчас пылинки с неё стряхивай своими ресницами. Она – мать твоего будущего ребёнка!
– А почему ресницами? – не понял я.
– Чтобы случайно не сломать кончики её ушей своими оглоблями! – заржал Илвус, а потом обратился ко всем за столом: – Кстати, Виола тоже беременна.
После недолгого замешательства все начали его поздравлять, хлопая по плечу, а у меня сразу отлегло. Во-первых, претензий к Мариэн он не имеет. Хотя, наверное, было странно со стороны смотреть, как молодой парень поучает взрослого мужика в делах любовных, и это если учесть, что я прошёл процедуру омоложения. А во-вторых, у меня появилась уверенность, что Илвус не даст этому миру сгинуть в небытие. За свою вампиршу и будущего ребёнка он любому кишки на уши намотает, даже богу. В этом я не сомневался, по крайней мере, я в него верил.
А дальше началась банальная пьянка. После трёх тостов за наше с демонёнком будущее потомство Лаконт поинтересовался у Воя: – А ты почему не пьёшь?
Волколак как-то замялся и неуверенно ответил: – Мало выпью – мне не будет весело, а много выпью – не весело будет вам.
За столом поднялся ржач, и ему объяснили, что тут все поголовно такие, и уже подвыпившие вампиры чуть ли не силком залили в него пол стакана. Все расслабились, и будущие проблемы отступили на второй план. Илвус частично рассказал о своих приключениях в мире Сестёр Близнецов. А после истории, как они с Киронием напились до скотского состояния, и действующий глава безопасности отгрыз ухо одному из троих местных головорезов, у которых случился приступ смелости, и они решили ограбить безобидных на вид прохожих, ржали все до слёз. Но гном переплюнул всех, он скатился под стол, издавал звуки подвизгивающего молодого поросёнка и, не сдержавшись в порыве хохота, громко выпустил газы. А я, просмеявшись, как ни старался, не мог представить грозного главу безопасности в пьяном угаре с окровавленным ртом и откусанным ухом в зубах, которое позже он положил в карман и успешно о нём забыл.
– Кстати, надо ещё получить плату, обещанную императором за поездку в Мирзанию, – уже чуть заплетающимся языком вспомнил Илвус.
Умарт засомневался: – А он заплатит? До Мирзании мы так и не доехали.
Но ответить демонёнок не успел, его опередил Горелая Борода: – У моего народа есть на эту тему поучительная история. Однажды один король собрал всех придворных и задал вопрос: почему налогов всё больше и больше, а денег в казне всё меньше и меньше? Тогда придворный шут взял кусок льда и пустил по кругу через все руки, и до короля дошла лишь капля.
Все задумались над знакомой всем жизненной ситуацией, а гном с ехидным лицом, выдержав паузу, закончил мысль: – И тогда по кругу пустили шута, ибо не надо было умничать!
Гогот наших глоток сотряс стены трактира, но хорошее настроение и веселье испортили три хмыря, сидевшие за столом через проход напротив.
– Эй, деревенщины, заткнитесь или валите в свинарник, там как раз подходящая для вас компания. Не мешайте приличным людям отдыхать! – заявил самый здоровый из троицы.
Гном и рядом с ним сидящие Умарт и Везунчик начали подниматься с явным желанием согнуть пополам этих умников, чтобы заставить их вылизывать собственные задницы, но демонёнок рявкнул на вампиров, чтобы те сели на место, и попросил всех вести себя потише, мол, мы своим гоготом, действительно, мешаем окружающим.
Троица жлобов была явно дворянского происхождения, об этом говорил не только их надменный взгляд на всех окружающих, но и изысканная одежда, дорогого пошива и только что с иголочки. А рукоять клинка одного из них, лежавшего напоказ на столе, была украшена россыпью мелких драгоценных камней, стоимостью, как десяток таких трактиров. Ни один воин, побывавший в серьёзной схватке и испытавший на себе дыхание богини смерти, не будет на свой меч лепить побрякушки. Меч – это продолжение руки, и от того – насколько удобно он лежал в ладони, порой зависела жизнь. Даже я, будучи магом и редко пользуясь оружием, это понимал.
Мне тоже хотелось намять бока этим пижонам, видимо, одурманенная крепким алкоголем голова требовала приключений, но авторитет Илвуса был непререкаем. И тут наше внимание опять привлекли эти три гаврика. Один из них вскочил из-за стола и, отряхивая штаны, возмутился на рядом стоящую подавальщицу: – Ты что творишь, курица безрукая?! Да тебе в жизнь не расплатиться за этот костюм!
И тут он сделал самую большую ошибку в своей жизни – наотмашь ударил ладонью девушку по лицу, а когда та упала, добавил ей с размаху ногой в живот. Вой тут же одним ловким движением скинул короткую куртку с рубахой и моментально начал изменения тела. Череп деформировался, морда вытянулась, конечности неестественно вывернулись, в одно мгновение всё тело покрылось густой чёрной шерстью, и в сторону троицы прыгнул здоровенный волчара, сбив с ног обидчика девчонки. Оба вампира по кивку парня ушли в ускорение и обезвредили двух его дружков, уткнув в их шеи ножи и уперев их рожами в стол.
Демонёнок выкрикнул: – Никого не убивать!
Остальные немногочисленные посетители, узрев живого волколака, которые долгое время считались вымершими, жались к стене и чуть ли не дрожали от страха. Илвус спокойно встал, подошёл к лежащей на полу девушке, помог подняться и сеть на лавку соседнего стола.
Зная характер парня, я уже знал, что просто побоями эти разбалованные аристократишки не отделаются, и начал гадать – какие моральные унижения их сейчас ожидают, но при всём моём воображении дальнейшего развития событий я предугадать не мог.
Подойдя к зачинщику, над которым, рыча и капая слюной из пасти тому на лицо, нависал волколак, Илвус присел на корточки и, демонстративно выпустив когти на одной руке, спокойным, но от этого не менее пугающим тоном заговорил: – Уважаемый, позвольте представиться! Меня знают под именем демонёнок или Демон – это уж как кому нравится. Твоих товарищей сейчас под ножами держат два вампира, а за нашим столом сидит тёмный маг смерти, наёмный убийца и очень неуравновешенный пьяный гном. Волколака представлять не буду, вижу, что вы уже познакомились. Так вот, пингвин расфуфыренный, когда кто-то из нас видит, как здоровенный подонок бьёт беззащитную девушку, то мы сильно негодуем, а я при этом ещё и теряю аппетит.
Илвус сделал паузу, а вся троица в буквальном смысле побелела от страха, каждый еле сдерживался, чтобы не обделать штаны. Расстроить любого из тех, кого перечислил Илвус – надо быть полным идиотом, а уж разозлить всех сразу – надо быть первоклассным чемпионом среди неудачников. Я невольно представил себя на месте любого из них, и мне самому стало жутковато. А посторонние зрители завтра запустят новые слухи про демонёнка, хотя про него и так уже мифов напридумывали.
– Мой отец заплатит любые деньги! – озвучил, как ему показалось, здравую мысль сидящий за столом, которого держал Везунчик.
– Да ты прямо эталон оптимизма! А сколько твой отец заплатит за яйца любимого сыночка? Если они у вас, вообще, имеются, потому что мужчинами вас назвать – язык не поворачивается! – усмехнулся демонёнок и, изменив тон, приказал: – Лаконт, опустоши кошели этих мажоров и все деньги отдай девчонке. Я сейчас вернусь, а пока меня не будет, попинайте этих недоумков, но только не увлекайтесь, чтобы синяков не было, и кости не ломайте, им ещё ножками топать.