— Я не знаю.
Рюдзаки опешил.
— В смысле… не знаю, когда это случилось и почему, — быстро добавила я. — Поначалу я тобой восхищалась, твоим умом, твоей смелостью. Меня покорила твоя доброта. Мне хотелось заботиться о тебе, веселиться с тобой, делать тебя счастливым. И я просто хотела, чтобы ты чаще улыбался, потому что у тебя всегда был такой взгляд… Я думала, что ты, должно быть, очень несчастлив, и мне хотелось это прекратить.
Рюдзаки слегка приоткрыл рот от изумления.
— А ещё именно ты помог мне поверить в то, что справедливость существует. До встречи с тобой, Рюдзаки, я не верила в это. Мне казалось, что нет на свете ни справедливости, ни добра, ни света. Есть только люди, зло и смерть. Я смотрела на этот мир с ненавистью и презрением, думая, что весь он прогнил насквозь.
Я посмотрела на детектива.
— Ты доказал мне своим примером, что это не так. Ты научил меня смотреть на мир по-другому, научил верить. Теперь я ничего не боюсь, даже смерти, потому что, благодаря тебе, верю в добро и справедливость. Спасибо тебе за это, Рюдзаки.
Я с любовью посмотрела на детектива, слегка улыбаясь. Он таращился на меня какое-то время, а потом снова наклонился ко мне. Я думала, что Рюдзаки хочет меня обнять, но вместо этого он внезапно обхватил меня за талию и покрывая лицо жадными поцелуями, мягко, но настойчиво склонил на кровать.
— А… — выдохнула я, настолько пораженная происходящим, что даже не подумала сопротивляться.
Рюдзаки заткнул мне рот поцелуем, придавливая меня к подушке и до боли сжимая в объятиях, затем начал исследовать губами мою шею и ключицы, ухитряясь при этом ласкать моё тело, прохаживаясь пальцами по бедрам и талии. Я оцепенела, чувствуя, как детектив внезапно задирает на мне рубашку, явно решив снять её полностью.
— Рюдзаки…
Мой возглас задохнулся, потому что в этот момент он начал целовать моё ухо, и я еле сдержала стон удовольствия.
О, Господи, что он делает?! Это так на него не похоже! Неужели он хочет… Неужели сейчас?! Но я не готова! И он тоже! И что потом будет?! Ведь он же в любом случае не останется со мной. Он не сможет, а мне потом как жить, когда он уедет навсегда?! Нет, я не хочу, чтобы всё случилось так!
Когда я почувствовала, как Рюдзаки начал расстегивать на мне рубашку, то не выдержала. Взбрыкнув, я взмахнула руками и ногами, и в следующий момент детектив слетел с кровати, нелепо приземлившись на пол.
Я вскочила, глядя, как он садится, опираясь на руки и согнув колени.
— Ты…Ты что делаешь?! — в шоке воскликнула я, быстро и нервно застегивая рубашку. Рюдзаки смотрел на меня во все глаза.
— Понятно, — немного растерянно сказал он. — В реальности всё совсем не так, как на видео, но думаю, теперь я понимаю…
Я зависла. Что он городит?! Что ещё за видео?!
Детектив, по-прежнему сидя на полу, сжал руками колени.
— Прости, — виновато сказал он, — я думал, что тебе это понравится.
— А?! — обалдела я.
— По крайне мере, на видео, которые я изучил, участники были довольны происходящим, но ты, похоже, испугалась.
— Что ещё за видео?! — в ужасе спросила я.
— Документальное, — растерянно сказал Рюдзаки. — Я хотел изучить нюансы физиологических отношений между двумя партнерами, включая технику поцелуев и обычной прелюдии…
— О, Боже, — сказала я, закрывая глаза.
— Обычно, такими знаниями я пренебрегал, потому что они не требовались в моей работе, — невозмутимо произнёс Рюдзаки.
Я смотрела на него в шоке.
— Я сделал что-то не так? — спросил он. — Но ведь у всех влюблённых наступает такой период.
— Какой период? — растерянно спросила я.
Рюдзаки задумчиво приложил большой палец к губе и поднял глаза к потолку.
— Согласно статистике, восемьдесят девять процентов влюблённых из ста приступают к интимным отношениям сразу после признания своих чувств. Я просто решил следовать заданной схеме, потому что, если честно, не знал, каким образом ещё поступить. — Детектив взглянул на меня. — Но, похоже, я ошибся в своих выводах. Ты испугалась моих действий.
— Ещё бы я не испугалась, ты ведь буквально набросился на меня, — растерянно сказала я. — И… эм-м… Рюдзаки, ты прости, конечно… но, если честно, до периода срывания друг с друга одежды нам с тобой, как до Луны на велосипеде…
— Я не настолько безнадёжен, — понуро сказал детектив, — и я знаю, что тебе понравилось то, что я делал сейчас.
Я густо покраснела.
— Да, мне понравилось. Но… Давай немного сбавим обороты? Я не думаю, что мы вдвоём готовы к этому…
Рюдзаки почесал макушку, пытаясь скрыть смущение.
— Согласен, — задумчиво сказал он. — Я, наверное, немного поторопился…
— Но я не хочу, чтобы ты сейчас уходил, — быстро сказала я. — Пожалуйста, останься со мной сегодня, хорошо?
Детектив взглянул на меня исподлобья.
— Ты правда этого хочешь?
— И откуда ты такой взялся на мою голову? — со вздохом спросила я, затем подошла к Рюдзаки и, взяв его за руку, отвела к кровати. Лёгким толчком ладони заставила его сесть, а потом умастилась рядом. Рюдзаки всё это время внимательно следил за мной, поджав ноги.
— Ты опять не высыпаешься, — сказала я, касаясь пальцем его щеки и обводя круги под глазами.
— Да… Это не страшно, учитывая сложившиеся обстоятельства, — пробормотал детектив, наблюдая за мной.
— Сегодня ты будешь спать. И никаких возражений, — сказала я.
— Хорошо, — довольно сказал Рюдзаки, улыбаясь совершенно по-мальчишески. — Тебе лишний сон тоже не повредит. Ужасно выглядишь.
— Что?! — возмутилась я, и он беззвучно рассмеялся, а затем внезапно обнял меня крепко, почти отчаянно, словно собирался сейчас прощаться.
— Не понимаю, чем я заслужил всё это, — тихо прошептал Рюдзаки, — чем я заслужил тебя… А самое ужасное то, что я не смогу с тобой остаться.
Я оцепенела от ужаса. Господи, ну вот. Он сам поднял эту тему. Значит, он уже всё для себя решил? Он не останется со мной.
Детектив, между тем, отстранился.
— Ты ведь это тоже понимаешь, правда? — спросил он, печально глядя на меня.
Я сглотнула и выдавила почти спокойным тоном, не глядя на него:
— Да, понимаю. Конечно, я понимаю…
А на что я надеялась, дура? Что L всё бросит ради меня?! Можно было сразу догадаться, что мои надежды несбыточны.
Я опустила голову, пытаясь сдержать накатившую грусть.
— Я пойму, если ты сейчас захочешь прогнать меня, — тихо сказал Рюдзаки.
Я покачала головой.
— Нет. Всё в порядке. Я знала, что так и будет. Не уходи, ладно?
Рюдзаки приподнял пальцами мой подбородок.
— Не уйду. И поверь — больше всего на свете я хотел бы… всегда хотел бы быть с тобой. — Он нахмурился. — Но я - L. А L не имеет права на обычную счастливую жизнь. Не имеет права безрассудно влюбляться и привязываться к кому-то, потому что близкие ему люди в конечном счёте могут пострадать по его же вине.
Я с удивлением взглянула на Рюдзаки. Тот сжал губы, спрятав выражение глаз за густой чёлкой.
— У меня очень много врагов, Харука. Если они о тебе узнают, мы вместе будем обречены… И оставить свою работу я тоже не могу. Я нужен этому миру, потому что я — справедливость.
— Да, — выдавила я, качая головой.
— Но давай сейчас не будем говорить об этом, — попросил Рюдзаки, слегка сжимая мою руку. — Я не хочу портить этот вечер подобными темами. Сегодня я просто хочу быть рядом с тобой и наслаждаться этим. Пока мы живы и с нами всё хорошо. Ты согласна, Харука?
— Да, — кивнула я, пытаясь не обращать внимания на боль в области сердца.
Не хочу сейчас думать об этом. Нет, пока Рюдзаки рядом и пока он меня ещё не бросил. У меня ещё будет время на истерики, грязные ругательства и уничтожение всего, что попадется под руку. Но не сейчас.
Детектив немного неловко забрался в кровать, накрывая нас обоих одеялом. Он устроился в своей привычной позе, согнув колени и прижав руки к животу, а затем задумчиво посмотрел на меня. Я слегка улыбнулась ему, заворачиваясь в одеяло и устраиваясь на боку. Какое-то время мы просто лежали друг напротив друга в полном молчании и лишь держались за руки, словно были детьми. Тёмные глаза Рюдзаки внимательно изучали меня и светились нежностью и грустью. Я мягко улыбалась ему, чувствуя, как начинает одолевать меня сон, прогоняя боль и печаль.
