Интеллект: 52

Сила: 60

Скорость: 65

Физ. подготовка: 57

Навыки: кендо (72), фанатизм (76), ораторские способности (72), пламя (47)

Показатель симпатии: 99

Показатель любви: 81

Предупреждения

Персонаж приобрел отрицательный эффект: «идолопоклонничество». Вас возвели в идолы, в глазах данного человека вы кажетесь высшим существом.

Ых, это довольно кошмарно. Удивительно, но самым интересным были не навыки и показатели, а самые первые строчки. Ланчия, даже не являясь целью, умудрился выделиться своим профилем и предупреждениями. У Мочиды не лучше, конечно. Идолопоклонничество? А что за организация такая «Nel nome della Dea»? Переводится как «Во имя Богини»… Только не это, сложить два и два не сложно, а если вспомнить реакцию этих двоих, то все становится почти кристально ясно.

Так, отменяем операцию, не надо искать их, а то кто знает, что случится, если Тсуна останется с ними наедине.

– Тсунаеши-сама? – раздается сзади.

– Хииии! – Савада подскакивает на месте и оборачивается. Лицо Мочиды меняется с удивленного на счастливое.

– Могу чем-то помочь? – и ожидающий взгляд, полный надежды.

★Давай поболтаем

★Нет, я уже ухожу, важные боссьи дела

★Помочь мне могут только всевышние силы

Ну, последний вариант очень даже правдивый. Разве есть такое слово «боссьи»? Ах, неважно.

Тсуна шумно вдыхает воздух. Было немного страшно, но чтобы узнать правду, нельзя прятаться, нужно искать улики. Возможно, информация о деятельности этих двоих поможет с квестом «Вина и тайна».

– Я просто прогуливалась, – ага, по унылой однотипной базе с серыми стенами очень весело гулять. – К-классно, что мы столкнулись, эмм, я бы хотела поговорить. – Девушка старается растянуть губы в улыбке.

– Это честь для меня – иметь возможность пообщаться с вами, – Савада еле как удерживается от того, чтобы нахмуриться. Он говорит так, будто она королевская особа, а сами они живут в другом веке.

– Мхм, да, и с Ланчией бы тоже…

Кенске кивает, выглядит он серьезно, но глаза как-то странно блестели радостью. Парень протягивает ей руку, Тсуна растерянно смотрит на конечность, но все же берется за нее. Мочида склоняет голову к ладони девушки, берет ее под руку и ведет. Нет, правда, почему это выглядит как прогулка аристократов? Они оба японцы, странно так себя вести. Подобное нравилось ее будущей версии? Савада решает не думать об этом, неважная же деталь.

Ведут ее на нижний этаж, Кенске спокойно кивает на просьбу пройтись по лестнице, а не на лифте, не акцентируя внимания на странном предложении. Ланчия находится в зале с ресурсами, оружием, едой, судя по всему, они готовились к выходу наружу.

Мужчина поднимает голову, собираясь поторопить Мочиду, но натыкается глазами на Тсуну, быстро встает на колени, как и утром. А ей реверанс делать, что ли?

– Йо, – девушка специально выбирает такое приветствие, чтобы подчеркнуть более простое общение, возможно, они смогут перестроиться и отвечать также. Это их официальное обращение немного напрягало.

– Тсунаеши-сама решила провести время с нами перед отъездом, – поясняет Кенске другу, который не решался задать вопрос, но так и сиял, кидая взгляды на Десятую.

– Это очень великий жест с вашей стороны, – Ланчия чуть ли не целует пол, так низко он склонился.

– Эээ, давайте будем проще, не стоит так… серьезно себя вести, хахах, – Тсуна ерошит волосы, портя сравнительно аккуратную прическу.

– Как мы можем посметь, Савада-сама, – Ланчия встает. Как же неловко.

– Ладушки, – спорить она не собирается, вероятно, это гиблое дело. – Так, хм, чем занимаетесь?

Глупый вопрос, она уже и сама поняла, что они делают, но пусть сюда Тсуна шла с уверенностью расспросить про будущее, про странные статусы в их листах, теперь она не может это сделать. Вообще, если судить по их поведению, этот дуэт очень… привязан, если выражаться мягко, к боссу, так что они, наверное, рассказали бы все, что знали. Но… хочет ли она узнавать правду от них? А не от друзей, которые ведут себя более нормально? Ну и еще Ланчия с Мочидой пугали куда больше остальных.

Так что Тсуна просто с улыбкой болтала с парнями, говорили они мало. То есть на вопросы отвечали кратко, но информативно, будто отчитывались боссу. Зато слушать ребята умели, задавать вопросы тоже. По их лицам было видно, какой кайф они ловят от разговора с Савадой, что заставляло девушку смущаться и тревожиться, какого чувства в ней было больше, она и сама не понимала. Аура ангела активировалась весьма некстати, уж больно сильно залипали на ней собеседники. А ведь за десять лет ее навыки должны были прокачаться, жутко представить, как они реагировали на ее старшую версию.

За полчаса, в которые Тсуна рассказывала забавные истории, шутила, ей удалось больше понять парней. Ланчия слишком серьезный, тихий и аккуратный, на ее вопрос он ответил, что это привычка с его работы телохранителем. Данный факт не был удивительным, в статусе девушка видела эту информацию, но почему бывший? Его уволили? На этот вопрос Ланчия сказал, что в связи с войной с Мельфиоре, нужны были люди для заданий, а совмещать это с охраной сложно. Но интуиция тихо звякнула, что это ложь. То, что взгляд мужчины был слишком восхищенный, Тсуна уже говорила, ничего не изменилось. Ланчия ловил глазами все ее движения. Странно, что он не цель, это можно было бы списать на любовь, но, кажется, причины в другом. Хм, из-за идолопоклонничества, да?

С Мочидой было проще, более активный, общительный, он, очевидно, пытался повторять за Ланчией, но до конца не получалось. Кенске мог проявить эмоции, иногда вел себя фамильярнее, почти все вопросы задавал он, не боясь лезть не туда. Возможно, сказывалось то, что они учились вместе?

Про ее смерть они сказали не больше остальных, ушла на встречу с Мельфиоре, была убита. И говорили они очень спокойно. Из-за этого девушка вдруг вспомнила одну вещь. В профилях этих двоих не было «траура», и их поведение заметно отличалось от остальных, будто ее смерть не так сильно их задела.

– Мы знали, что вы можете воскреснуть, – сказал ей Мочида, пожав плечами, когда она тактично спросила об их реакции на ее возвращение.

Савада немного не поняла фразу, они думали, что она может вернуться из-за базуки? Она бы даже начала их подозревать в том, что они стали причиной ее застревания в этом времени, если бы не их утренняя реакция.

– Бог никогда не оставит своих людей, – неожиданно вставляет Ланчия. Тсуна вздрагивает из-за мурашек, побежавших по коже. Бог… ее теория получила еще одно доказательство, осталось окончательно убедиться.

– Бог? – как можно будничнее спросила она, замирая в предвкушении, чувствуя, что ответ скоро прозвучит и на одну тайну станет меньше.

– Десятая? Какого черта вы, мусор, с ней тут разговариваете? – Хаято, от которого отчетливо пахло сигаретами, берет Тсуну за локоть, мягко и аккуратно стоит отметить, и отодвигает ее.

Мусор? Кто-то много общается с Варией.

– Хм, Тсунаеши-сама тянется к нам, ее последователям, – с усмешкой говорит Мочида. Да, пусть он вел себя адекватнее по сравнению с Ланчией, но в таких спорах Кенске действовал агрессивнее, чуть ли не крича, что готов драться.

– Тц, – больше Гокудера ничего не произносит, он бы выбил дерьмо из этих ублюдков, но они нужны в данный момент. Что ни говори, а приказ по сопровождению и просьбу Тсуны присмотреть за Ханой они выполнят идеально ради Десятой. – Пойдем, – это он говорит в разы мягче, берет девушку за плечи и ведет к выходу, провожая до комнаты.

Перед дверью они замирают, каждый по своим причинам. Просьба Хаято о том, что девушке не стоит приближаться к ним, так и не прозвучала.

– Спасибо, – Савада улыбается почти радостно. Только отойдя от Мочиды и Ланчии и оказавшись рядом с Гокудерой, она поняла, что рядом с Хранителем чувствовала себя лучше. Хотя и избегать тех двоих не хочется, они же в одной семье, вот Ланчия присоединился из-за нее, насчет Кенске пока не ясно. Так что она несет за них ответственность.