В душе все оборвалось, когда оборвалась связь, которая помогала понять где она и что с ней или с ним. Его заполнила пустота и он, полностью ударился во тьму, топя боль, разрывающую его изнутри, в убийствах. Абрахам лишь был пустышкой, льдом, и только Максим заставил согреется слегка сердце, и он снова мог любить. Теперь снова себя чувствовал целым и очень рад был, что сестра смогла полюбить и остаться со светом. Ведь ей было так же плохо, и хорошо, что никто не стал искать пути смерти. Хотя, как на это смотреть. Но вернемся в настоящие. Эльф грубо ее оттолкнул и ударил.

— Не вмешивайся, женщина. — Абрахам с трудом удержался, чтобы не придушить его, ведь это не повод для убийства. А тот посмотрел на него с победным наслаждением, но осекся, наткнувшись все тот же бесстрастный взгляд и каменное лицо, а он надеялся вывести его из равновесия и заставить броситься, тогда мир теней его убьет, сам знал он, какую Абрахам дал клятву феям, но Нарин просчитался — ни одной эмоции не проскочило на лице мага, и ни один мускул не дрогнул. Нарин наконец понял, что его бесило в нем. Верно — вечное его бесстрастное выражение лица никогда нельзя было прочитать и понять, что он чувствует. Он прекрасно знал про их связь, и в этот раз Абрахам снова был магом сумрака, судьей-хранителем равновесия, вечно невозмутимым, принимающим взвешено решения, отметая эмоции, если он вообще умеет их испытывать. А Ария чувствовала, какой гнев бушевал в душе брата, сметая все на своё пути, и чувствовала, как сила перетекала в руки Абрахама. Она рыдала, но не желала остановить Абрахама, если тот решится на убийство. А он, убрав оружие, сказал:

— Садись есть, с дороги ты, наверно, устал. — Он смотрел на Нарина, а потом, заняв стол, стал невозмутимо пить чай. Эльф растерялся, не веря своим ушам, и ярость, и ненависть — все куда-то ушло. Он подошел к столу и стал накладывать еду, которая тут была в обилии. Потом подошла сестра, он хотел ее обнять, успокоить, но война не просит показывать свои чувства. Ария коснулась его руки и, тепло улыбнувшись, прошептала на грани слышимости:

— Все хорошо. — Он кивнул едва заметно и продолжал невозмутима пить чай, не смотря, что в душе бушевала буря. Небо приветствовало их своим цветом расплавленного золота. А фея с облегчение выдохнула, когда конфликт временно улегся.

========== Глава 17. Сумрачный маг. ==========

Вскоре и Морфей пожаловал в дом феи, и все отправились спать, вот только Абрахама мучили какие-то сновидения, он то просыпался, то снова засыпал. Казалась, что его зовут куда-то в пустоту, прочь из мира. Он открыл глаза и просто онемел, к его горлу было представлено оружие, и Леонид смотрел на него свысока и усмехался.

— Привет, коллега. — Прошипел он. Его голос был скрипучим, такое ощущение, что пришла смерть, хотя в этом не стоило сомнётся, одно движение и он покойник. Липкий пот выступил от страха, и пересохло горло, а он продолжил:

— Ты меня искал, неправда ли? — кривая улыбка и было в ней что-то зловещее. Абрахам лихорадочно соображал, что делать, он прохрипел:

— Пришел убивать — да убивай. — Его голос был хриплым, а Леонид зловеще рассмеялся:

— Не спеши умирать, ты мне нужен живой. — Внутри что-то сжалась, и он подумал о детях.

— Твоих деток никто не тронет. — Пообещал он, прочитав мысли Абрахама. Абрахам пожал плечами и сказал:

— Мне все равно. — Ему не привыкать было видеть смерть детей и даже убивать самому. Но как не хотелось уйти, именно сейчас душа вопила, паниковала, но Абрахам сжал эмоции в кулак, вот еще не хватало, чтобы проснулась сестра, в этот миг Абрахам молил мир теней не передать через связь его чувства и эмоции, на сегодня с нее хватит стрессов, будет на то воля избранного и мира теней, он увидит племянников. Но холодное лезвие у горла не давало покоя, все нервы напряглись, натянулись, как струна, он искал пути спасения, обегая беглым взглядом помещение, но будь все проклято, ничего не было в поле досягаемости.

Что он искал, он сам не знал, но время текло, сминая и стирая секунды, потом минуты, и хотелось бежать, но нет, некуда или драться. Но только легкое колебание, и лезвие давило, образуя красную линию.

— Что ты хочешь, Леонид? — поинтересовался Абрахам после того, как сосчитал до десяти и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов.

— Вот это уже другой разговор. — А Абрахам все пытался понять, почему его не услышал, ведь он спит чувствительно, в какой момент его вырубило или на него было наложено заклятие Морфея? Он стал высматривать плетения, и да, оно было и вплетено давно. Он скрипнул зубами. «Неужели эти феи нарушили клятву?» — в это верить не хотелось, но больше ничего не шло в голову.

— Ты сейчас медленно встанешь… — произнес тихо Лионид, — оставишь сестре записку, что ушел по делам. — Абрахам обдумывал его предложение, хотя выбора не было. Он кивнул.

— Что ты хочешь со мной сделать? — снова смех.

— Боишься за свою шкурку? — сказать нет — тоже самое солгать, а сейчас он почувствует ложь.

— Есть немного, ведь она мне долго служила. — Губы мага искривила ухмылка.

— Вставай плавно, хоть одно резкое движение или колебание силы — ты покойник. — Пообещали ему. Он подчинился, Абрахам прислушался, но в доме была мертвая тишина.

— Тебя не услышат, не надейся. — Сказал Леонид.

— Не случится чудо, тебя не спасут. — Абрахам давно не верил в чудеса и привык полагаться только на себя и ни на кого больше. Леонид подал ему карандаш, и Абрахам набросал несколько строчек. «Ария, мне срочно надо уйти, присмотри за детьми. Я нужен миру теней», — ложь, но так она хоть будет спокойна, она никогда не лезла в дела мира теней и принимала покорно все его исчезновения.

«Морфей должен на время блокировать связь, а точнее — ослабить ее так, что пока не наступит утро, она ничего не почувствует», — они потихоньку покинули комнату, идя на цыпочках Леонид следил за каждым его шагом. Одно неверное движение и оружие напоминало о себе, касаясь спины Абрахама. Мага теней не покидало чувство дежавю.

Лес встретил их прохладой под ногами, у магов не хрустнула ни одна ветка. Они передвигались с грацией тигра, два война, но один безумен. «Странно, почему с Леонида не взяли клятвы о неприкосновенности жителей?» — думал Абрахам, послушно повинуясь тычкам меча. Вот ветки стали хлестать по лицам, но они этого не замечали. Они подошли к какому-то дому, и фея гостеприимно распахнула двери. Абрахам не поверил своим глазам, но покорно вошел. «Что за чертовщина здесь творится, неужели заговор? Или мои враги решили до меня так добраться?», — в душе накатывала смутная паника, но он ее гасил, стараясь оставаться бесстрастным не только внешне, но и внутренне, это было не просто.

Они вошли в светлую залу, и когда он ступил на пол, то резко провалился и полетел вниз. Смех Леонида было последнее, что он слышал, потом — тьма, но прежде — долгое падение удар и спасительная тишина.

Он очнулся прикованный к креслу, и Леонид что-то водил ему через шприц. Увидеть его в докторском халате было забавно.

— Что ты делаешь? — он улыбнулся

— Ничего смертельного, пока. — Сказал он, но вот верилось мало. Руки были прикованы ремнями, он дернулся, но ремни держали крепко. Он нащупал мир теней, магия еще пока была при нем.

— Не брыкайся или будет хуже. — Сказал Леонид. Потом Абрахам почувствовал, как расслаблялись мышцы, и создавалось ощущение, что остановится сердце. В зале весела куча артефактов и каких-то приборов не из их мира. Он где-то их видел. Ярость заполнила его душу и страх, он рванулся силой, но безуспешно, а Леонид смотрел насмешливо, но до тех пор, пока позади не раздался звук, и Леонид пронзительно закричал.

За спиной у него была сумеречная тварь: большие глаза, горящие огнем, тонкие ноги с когтями и гибкое струящиеся тело, и вокруг него витала тысяча существ. Абрахам с перепуга вызвал самую сильную тварь сумрака, она рвала плащ Леонида. А Леонид метался, а вот Абрахам направлял все силы на управление сумеречной тварью. Цвета она была серого, ближе к черному. «Угораздило меня вызвать Вейра, как бы контроль над ним не потерять, тогда вместо одного трупа будет два».