Я принесла воды и осторожно брызнула ей в лицо. Слава Богу, глаза сразу открылись. Я еще немного побрызгала на нее, потом намочила тампон холодной водой и протерла ей лицо, шею и грудь. Она окончательно пришла в себя и прошептала:

– Какой ужас!

– Да уж, – согласилась я. – Сейчас ни о чем неприятном не думайте, постарайтесь заснуть. Сон – лучшее лекарство от всех бед и болезней.

Я погладила ее по голове, она прикрыла глаза, и вскоре ее дыхание стало спокойным и ровным.

– Да вы волшебница, – прошептал Денис.

– Я присмотрю за ней. Идите, узнайте, в чем там дело. Потом и нам расскажете.

Он бросил взгляд на Вику, затем улыбнулся мне и удалился. Вскоре он вернулся с Викиной сумочкой. Затем уже удалился надолго. Он отсутствовал около трех часов. Почти все это время Вика спала. Она проснулась незадолго до его появления. И первый ее вопрос был о Денисе:

– А где Денис?

– Общается с трупом.

– Как вы циничны, – неприязненно произнесла она и, прихватив сумочку, отправилась в ванную наводить красоту.

Она даже не поблагодарила меня за то, что я ее приютила и позаботилась о ней. Вика мне совсем разонравилась, а ведь поначалу произвела приятное впечатление – простая девчонка из провинции, желающая чего-то добиться в жизни. Оказывается, та еще стервочка. Наконец, Денис вернулся. Выглядел он усталым и раздраженным, но, взглянув на Вику, улыбнулся.

– Вижу, ты окончательно пришла в себя. Надеюсь, не забыла поблагодарить Ксению за заботу?

– Ой! – Для убедительности она даже руками всплеснула. – Забыла! Так обрадовалась, что вернулась к жизни… Ксения, спасибо вам за все! Вы прямо, как мать родная.

Наверное, нужно было ответить, что такая малость не стоит благодарности, но я промолчала, так как прекрасно поняла подтекст. Во-первых, она давала понять, как незначителен сам факт моего существования, мало ли кто о ней позаботился, это не имеет значения. Во-вторых, хотела обратить внимание на существенную разницу в возрасте. При ближайшем рассмотрении я обнаружила, что Вика не такая уж и юная. Думаю, ей лет двадцать шесть, а то и двадцать семь, так что в матери я ей не гожусь, а ведь она именно на это намекала. Уверена, эта тирада предназначалась, в первую очередь, для Дениса. Вот пусть он с этим словоизвержением и разбирается. Меня же такими мелкими уколами не проймешь. Зато я окончательно убедилась, что она небольшого ума и довольно злобная.

– Ну, что, дамы? Хотите выслушать мой отчет?

– Разумеется. Сейчас чайник включу. Буду ждать вас на кухне.

Я удалилась, оставив голубков наедине. Не уверена, что они ворковали, так как, хотя голоса и раздавались, на любовное щебетание было не похоже. Я заварила чай, достала коробку конфет и свои лучшие чашки, только тогда они появились. Стол стоял одной стороной к стене, и я поставила по стулу возле каждой из оставшихся сторон. Но Вика быстро переставила свой стул так, чтобы сидеть рядом с Денисом. Он недоуменно на нее посмотрел, но ничего говорить не стал. Атмосфера за столом была непонятной. Троих малознакомых людей объединило неприятное происшествие. Никто из нас не имел к нему никакого отношения, но оно произошло в непосредственной близости от наших жилищ, что не могло нас не затронуть. Что это было – преступление или несчастный случай? Если произошло убийство, то я в это время находилась за стеной, так как в последнее время редко выходила на улицу. Неприятненько как-то.

– Прекрасный вкус! – восторженно воскликнул Денис, отпив пару глотков чаю. – Из каких дальних далей его привезли?

– Не из таких уж дальних, – улыбнулась я. – Подруга недавно в Грузию ездила, вот и одарила меня несколькими пачками.

– Грузинский…, – протянула Вика. – Я предпочитаю более изысканные марки.

– Какие именно? – тут же уточнила я, так как в чаях неплохо разбираюсь.

– Ну, разные, – после небольшой паузы выдавила она.

Я не стала дальше до нее докапываться, с ней все ясно. Она почему-то меня невзлюбила и старается досадить.

– Сначала попробуйте, – примирительно сказала я, – потом выскажете свое мнение.

Денис вмешался в разговор.

– Ксения, кстати, почему мы до сих пор на «вы»? С Викой мы с первого дня обращаемся друг к другу на «ты».

– Но это же совсем другое дело, – вякнула Вика, но Денис так на нее посмотрел, что она примолкла.

– Ничего не имею против, – весело заявила я.

А ведь я тоже не лишена вредности. На самом деле, мне было совершенно безразлично, как к ним обращаться, я вообще в будущем не собиралась с ними общаться, разве что здрасти – до свидания.

– Кажется, мы отвлеклись от главной темы, – прервала я пустые разговоры, – Денис, рассказывай, что удалось узнать.

Оказывается, большая часть времени ушла на ожидание бригады экспертов, те были заняты в другом месте, следователь подъехал еще позднее. Всё осмотрели, сфотографировали, сняли отпечатки пальцев и так далее, потом провели обыск. Ничего интересного не нашли. Он присутствовал при обыске в качестве понятого.

– Почему меня не позвали?

– Решили не травмировать психику чувствительных дам. Потом протокол подпишешь.

– Какая чушь! – возмутилась я. – Я не кисейная барышня и не собираюсь подписывать то, в чем не уверена. Я теперь ученая.

– Да, ты крепкий орешек. А я заверил следствие, что ты не будешь возражать. Признаться, зрелище было не из приятных, да и от запаха наизнанку выворачивало. Тело уже увезли, но от этих ароматов еще долго будет не избавиться. Сейчас они делают кое-какие записи, но протокол оформят завтра, так как уже поздно, и все устали. Завтра нужно будет подъехать в отделение, чтобы расписаться. Я тебя подвезу.

Я его прервала.

– Я уже говорила, что ничего подписывать не буду.

Он продолжил свой рассказ, будто я его и не прерывала.

– Когда закончат, квартиру опечатают. Обещали завтра прислать уборщиков, потом слесарь вставит новый замок.

Похоже, Денис решил обойтись минимумом информации, меня это не устраивало. Мне было важно знать, что произошло у меня за стеной, да и профессиональное любопытство присутствовало.

– Смерть естественная или насильственная? – спросила я.

– Насильственная, – нехотя отозвался Денис.

– Ножевое ранение?

– Почему ты так решила? – насторожился он.

– На огнестрельное не похоже, конечно, могли просто стукнуть по голове, но я так не думаю.

– Ксения, ты случайно не работала в полиции? – вылупился на меня сосед.

– Нет, в полиции не служила, но некоторое время работала криминальным репортером, так что приходилось выезжать на место преступления. Личность убитого установили?

– Нет, никаких зацепок. Сняли отпечатки пальцев, надеюсь, это поможет.

В это время раздался звонок в дверь. Мы переглянулись, и я пошла открывать, Денис последовал за мной. На пороге появился мужчина лет сорока с приятным, но очень усталым лицом. Он поздоровался, потом обратился ко мне.

– Как я понимаю, вы вторая понятая, кажется, Новикова? А я следователь – Виктор Александрович Клочков.

– Очень приятно. Да, я Новикова, но никаких протоколов подписывать не буду, потому что при обыске не присутствовала.

Клочков недоуменно уставился на моего соседа.

– Денис, ты утверждал, что никаких возражений не будет.

– Ошибся.

– И что теперь делать? Я уже с ног валюсь.

– Чаю хотите? – спросила я.

– Не откажусь.

Мы прошли в кухню, и Клочков, окинув одобрительным взглядом Вику, представился, только потом спросил, кем она является.

– Меня зовут Виктория, я соседка из двадцать восьмой квартиры, – кокетливо ответила девушка, стрельнув глазами в следователя.

Тот усмехнулся.

– Ну, и везунчик ты, Колосов! Никто бы не отказался от таких соседок.

Я тем временем заварила свежий чай и достала еще одну чашку. Клочков сделал глоток и от наслаждения прикрыл глаза.

– Как раз то, что нужно. Может, даже не усну за рулем, когда буду домой возвращаться. Вы спасли мне жизнь.