–Ты посмотри на эту кралю? Костян, фигурка ништяк. Море, баба и секс. Ты как? «Я запал, хочу», – сказал один из них.

– Ниче так. Темно, не видно, да для такого и не надо чтоб видно, обстановка располагает, да, братан? – прокомментировал второй и посмотрел на третьего.

– Нас трое, она одна, маловато пацаны, – пьяно и вяло отозвался третий.

 Этим сосункам было лет по 20-25, они себя чувствовали героями, считали, что море для них по колена, особенно сейчас. Стоит сказать, что на отдыхе, то ли воздух, то ли окружение, но все отдыхающие делают много того, чего ранее в своей жизни не делали. Кто-то пьет ночи напролет, кто-то идет в загул, ища временный флирт, кто-то проигрывает бешенные деньги, которые копил весь год, ну а кто-то ищет приключений на свою голову. Вот и эти, решили пощеголять один перед другим. Они не понимали, что пьяная похоть может привести к тяжким последствиям. А может все и всегда сходило с рук, родители закрывали все погрешности деньгами, связями, и не замечали, что души их детей тонут в море дерьма и скоро они сами станут просто дерьмом. Вдруг один резко подошел к женщине и хватанул ее за обе груди. Олег, еще находился в своих мыслях, увиденное безобразие медленно застучало в его мозг, замер и, только хотел ринуться, как увидел …

 Это было нечто, даже можно сказать красиво, если бы не ситуация. Женщина, почувствовав чужие прикосновения, но не слыша их, так как была в наушниках, сделала резкий выпад, ударила наотмашь. Парень отлетел в темное нежное море, которое встрепенулась и возмутилось, обрызгав всех рядом стоящих. Друзья ахнули и кинулись, они вдвоем кинулись на женщину, но та уже стояла в борцовской стойке, готовая ко всему. Да, она была готова и, даже в темноте было видно, что Елена не испугалась, не кричит истерически, как это логично должно было бы быть, поза говорила об уверенности. И сразу все началось, как в каком-то боевике. Олег стоял замерев, но потом ринулся в гущу событий. Парни, ругаясь и охая падали и падали от четких ударов женщины. Они корчились, кричали уже от боли, но не отступали. Их же трое, а она одна! Они еще надеялись справиться, но тут подбежал мужчина и стал бросать на них не менее сокрушительные удары. Стоит заметить, что эта борьба была красивой, маленькая женщина, с босыми ногами, дралась грациозно и, наверное, безжалостно. Мужчина пылал той яростью защитника, которая оберегает свою собственность. Олег воспринял ситуацию так: делают больно его женщине. Почему он так думал, он и сам себе не мог в тот миг, признаться. Парни, поняв исход боя, стали убегать. Возле кромки моря лежал мольберт и стояли мужчина и женщина. Они тяжело дышали. Елена нагнулась, держась руками за свои колени и пыталась восстановить свое дыхание. Олег все еще сжимал кулаки и тоже пытался успокоиться. Женщина тихо сказала:

– Спасибо, но я сама могла бы, не стоило пачкаться об эту мразь. – Она говорила и не смотрела ему в глаза. Это задело эго мужчины, и он резко ответил:

– Вам нравятся мужчины-наблюдатели? Какого черта вы одна в это время здесь? Я понимаю, что вы умеете, но это безрассудно, их больше, и всякое могло быть. Почему не кричали, не звали на помощь? – он был зол не только на отморозков, но и на нее. Почему? Может потому, что в этом городишке он знал только ее. А может есть другая причина? Олег не мог здраво думать. В этот момент он уловил ее аромат, ветерок с моря донес такую нежность, что и не смог бы Олег сказать, что это за запах, сейчас не смог. Потом он обязательно узнает, прочувствует. В этом мужчина был сейчас уверен, так как он этого хотел.

 Женщина молча и медленно собрала свои вещи и тихо сказала:

– Я все могу сама. Но спасибо, что рядом был не наблюдатель. – она стала уходить, даже не посмотрев на него. Олег пошел рядом, он хотел предложить помочь нести мольберт, но не решался. Так они дошли до отеля, зашли в фойе, и женщина повернулась к нему. Она хотела сказать что-то другое, но увидев кровоточащие ссадины на лице Олега тихо сказала:

– Надо обработать. У меня в номере есть все для этого. Пойдемте. – И пошла, не оглядываясь, как будто была уверена, что он пойдет. А Олег, тоже не о чем не сказал, молча пошел за ней. Он именно это сейчас и хотел. Хотел побыть с ней еще чуть-чуть, чтобы узнать, чем же она пахнет? Шел и думал, может это то место, время и та единственная о которой говорил когда-то дед? Ему все больше нравилась эта загадочная незнакомка. За пару часов, она затронула в его душе те струны, о которых он и не догадывался. Придя в ресторан, хотел просто поесть и пойти выспаться перед завтрашней встречей. Потом уехать домой, в свою обитель, где его никто не ждет. Но ждет работа, много обязанностей, не решенных вопросов. И все. А теперь он никуда не хотел уходить, желал быть рядом, причем просто рядом. О сексе с ней даже пока и не думал. Олег встряхнул головой, как бы отгоняя не нужное, и шел, глядя на ее спину, волосы. Ничего особенного в ней нет. Простые шорты, рубашка, шлепки, не очень длинные волосы, прыгающие по ее плечам при ходьбе. Фигура со спины такая, которая не даст возможности угадать возраст. А вот возраст Олегу был совсем не важен, сейчас не важен. Он просто шел и понимал, что сейчас ему хорошо. Его одинокая душа наполняется тем, чего так не хватало.

 Ее номер был скромнее его, но все в нем было чисто. Мужчина даже отметил, что ничего не разбросано, все вещи на своих местах, не так как у него. Он, придя в свой номер, снял костюм и кинул его на кровать, в углу поставил свой чемодан, на столе пил воду и тоже все оставил. Здесь же царил порядок. Он осмотрелся еще раз, как бы не понимая, что он здесь делает. А она, все так же тихо поставила мольберт, достала все необходимое, подошла к нему и сказала, нет попросила:

– Олег, присядьте, я обработаю. – И Олег подчинился, сел и предоставил себя ей. Она тщательно все протирала, причем касалась его лица нежно и невесомо. Ему почему-то стало очень уютно, да, именно так, уютно и хорошо. Когда раны были обработаны, Олег почувствовал, что ему не хватает ее прикосновений. Он пристально посмотрел на нее, увидел сбитые костяшки ее красивых рук, и взяв ее за локоть, немного грубо прохрипел:

– Теперь я, – молча взял ее руку и посмотрев сказал, – это не женское дело.

 Их взгляды встретились, первый раз за время их знакомства встретились так заинтересовано и удивленно. Он не так нежно протер ее руку, он не мог без какого-то трепета это делать. Вдруг, она тихо вскрикнула и отдернула руку от него. Олег испугался, но не дал ей освободиться, а стал нежно дуть на царапины. Ему это нравилось, он не мог передать свое состояние и то, что он сейчас ощущал. Потом он медленно встал и сделал то, что сам себе не смог бы объяснить. Он притянул эту необыкновенную, как он уже для себя понял, женщину, женщину-загадку, и прикоснулся к ее губам. Прикоснулся тихо, но властно. Стал медленно раскрывать ее губы, гладить их своим языком. Он почувствовал на этих губах свежесть моря, дождя и еще чего-то цветочного. Какой же это упоительный ее аромат! У него начиналось зарождаться желание, с начало лениво медленное, потом оно нарастало как ком и окутало Олега, отгородило от всего, мысли улетели, а осталась только она, с ее одурманивающими губами. Он не спросил у нее поцелуя, а просто взял сам так, как ощущал в ту секунду.

 Елена, как в медленной съемке, когда к ней прикоснулась губы чужого мужчины, почувствовала, что это именно то, что ей сейчас надо. Она устала и не хотелось ни о чем думать. Были только его нежные касания губ. Неужели губы могут так касаться? Она стояла завороженная как статуя, не могла даже дышать. Когда мужчина своим языком вошел в ее рот, она дала ему такую возможность, но сама была только наблюдателем, которому это нравиться. А он, просунув язык, стал исследовать территорию, гладить, посасывать и его действия ставали более настойчивыми. Он хотел, нет заставлял ее, чтобы она тоже стала участником этого безумия. И она ответила. Женщина легко погладила своим язычком его нижнюю губу и замерла, как будто не знала, что делать дальше. Олег притянул ее еще ближе к себе и стал неистово терзать ее ротик. Он, как воронка, втянул его в этот танец языков, и их поцелуй стал простым безумием. Они, как два соперника, два бойца отвоевывали для себя территории. А потом началась настоящая война, война любви. Они срывали одежду друг с друга и когда были уже голыми, остановились, посмотрев немного здраво. Но поле войны за любовь уже держало их в своих тисках, и они начали действовать.