Литмир - Электронная Библиотека

Мари Рейн

Дом, в котором никто не живет

Введение.

Бывают такие дома, из которых хочется сбежать, которые тебя не принимают и остаются чужими.

А бывают теплые дома, родные, которые рады тебе с первой секунды пребывания в них.

В мире, где живёт Элизабет, всё меняется с ног на голову.

Дом, который изначально пугал, спустя время оказался самым безопасным местом на земле.

* * *

Все события являются вымышленными, как и персонажи. Любое совпадение случайно. Истории, диалоги и происшествия являются плодом авторского воображения. Посвящается всем деткам.

Предисловие.

У Саймана было всё: свой дом, уютная комната, много внимания, заботы и любви.

* * *

Сайман Миллер жил в небольшом штате Америки, в свои девятнадцать лет имел свой бизнес по продаже дорогих часов. Тогда, в 90-е годы он легко заработал первый миллион, обзавелся семьей, недвижимостью и спокойно ушел на пенсию в 63 года.

Теперь бизнесом занимались его сыновья: Джаред и Генри. Один был старше другого на пять лет, но это не помешало младшему – Генри, завести семью раньше брата. У Саймана подрастала красивая внучка Ребекка, её назвали в честь бабушки, жены Саймана.

Со своей Ребеккой он познакомился, когда сам стоял за прилавком магазина, высокая шатенка с небесными глазами сразу покорила сердце мужчины. Он пригласил её вечером на чашечку чая, а позже и замуж. Это была взаимная любовь с первого взгляда. Девушка даже дождалась парня с армии, он служил во флоте, хотя на место возлюбленного претендовало всегда много мужчин.

Ребекка была очень чувственной женщиной, хранительницей семейного очага, постоянно придумывала дома идеи для праздников, необычных подарков, работала по специальности – юристом, но душа тянулась к творчеству. Поэтому, спустя время, она ушла из органов власти в частный бизнес организации праздников.

Свою старость они проживали в большом доме, который Сайман успел построить в лихое время. Он спокойно существовал в своем мире. До трагедии.

Ему пришлось бросить всё, куда-то пытаться убежать, но поглощающая тьма гналась за ним, некое облако непроглядной пыли. Впереди он увидел неяркий свет, побежал туда, как мог; затем, вокруг него все завертелось и закружилось, неожиданно, Сайман оказался в совершенно незнакомом месте. Он оказался в теле неизвестной ему девочки. Вернее в её голове.

Глава 1.

«Точка, точка, запятая»

Элизабет сидела неподвижно на полу уже длительное время. Она уставилась в одну точку и молчала.

Её выдернули из привычной жизни и поселили в непонятный дом. Одну. В комнате она тоже была одна. Дверь запирали и следили, чтобы девочка оттуда не выходила без разрешения. Лиззи и не пыталась. После перенесенного стресса, замкнулась в себе, будто оглохла и ослепла одновременно. Прошлые родители не выдержали странностей девочки и отправили в дом душевнобольных людей.

Шли недели, Элизабет плохо питалась, не набирала в весе, она начинала отставать в развитии от своих сверстников. Дошло до того, что в животе у нее появилась трубка, доставляющая пищу прямиком в желудок. Трогать и выдергивать которую было категорически запрещено.

На окружающее её пространство девочка по-прежнему не реагировала. Но она была живая. Просто вокруг неё существовал свой собственный мир. Мир, наполненный светом, от которого исходило тепло. Где Лиззи качалась на качелях, купалась в кристально-чистой горной воде, вокруг неё бегали животные и летали огромные птицы. Мир, который был безопасен.

***

Сайман не ожидал, что попадет в такую передрягу, или его дети отдали тело на опыты? Что произошло? Почему теперь он в голове у этой странной девочки? Было приглушенно и в тоже время шумно. Постоянно какие-то звуки, похожие на сердцебиение, а ну, да. Он же в голове. Надо что-то делать, как-то отсюда сбежать, но как? Эту головоломку ему ещё предстояло разгадать. А так же понять, каким образом он сюда попал.

***

Спустя пару недель тепличного нахождения, Элизабет проснулась. Девочку всё это время оберегали, как самый дорогой хрусталь в мамином буфете, не позволяли делать лишних движений, кололи сильные успокоительные и антидепрессанты.

Зрение, после перенесенного стресса, так и не вернулось, она видела солнце через призму закрытых глаз. И поглядывала на комнату сквозь тонкую пелену сосудистого рисунка.

«Это теперь мой дом?» – подумала она.

Комната явно требовала ремонта: отвратительно грязно-розовые стены, обшитые старым поролоном, непонятной формы кровать, у которой отсутствовала подушка, чересчур мягкий пол, не дающий твердо стоять на ногах, потому, что они проваливались куда-то вниз. И аквариум. Последнее порадовало девочку больше всего. У нее никогда не было аквариума. И живых рыб.

Глава 2.

«Вторжение»

Элизабет, наконец-то, начала есть. По чуть-чуть. К ней вернулась очень слабая мышечная активность. Девочка всё так же плохо видела розовую комнату, через тонкую пелену, но у неё усилились тактильные ощущения и слух. Теперь можно потрогать окружающие предметы. Кровать была обита нежным шелком, потолок и стены дорогим вельветом, правда он со временем истрепался и стал напоминать тряпку из бабушкиного сундука.

От былой роскоши остался лишь огромный, почти во всю стену, аквариум.

Лиззи казалось, что она на морском дне. Только от глубины может так закладывать уши. Да и рыбки в аквариуме то исчезали, то появлялись, у них точно не было хозяина. Одна стала частой гостью. Желтая, наверное, золотая рыбка приплывала каждый день. Самая умная. Самая красивая из всех. Подолгу рассматривала девочку со своей стороны, игралась так или строила рожицы, а потом уплывала.

* * *

Сайман был полностью согласен с девочкой, стены такого цвета давили на психику, в отличие от неё, у него был аквариум с рыбками. Они с Ребеккой купили его как раз перед выходом старика на пенсию. Действительно, успокаивает нервы. Только, похоже, эти рыбки жили за пределами дома.

***

Элизабет не знала кто теперь её родители, в прошлый раз она выбирала их сама, переехала к ним, успела обжиться в доме. Первая детская отличалась от этой. Там была новая подготовленная комната. Стены, конечно, тоже были ярко-розовыми, но их цвет разбавляли забавные рисунки. А потом, без объяснения причин, её выселили из дома и вернули к истокам. Те родители испугались ответственности за особенного ребенка, испугались, что девочка будет мешать, испугались осуждения.

Лиззи до сих пор помнила холодные руки тех, кто с силой выталкивал её с прошлого дома. Глаза девочке завязали, боясь, что она может вернуться сюда снова, а руки тяжелыми железками закрепили сзади спины, чтобы ребенок не двигался, дальше её волочили по узкому коридору. Она пыталась зацепиться ногами, и тут же получала сильные удары по пяткам. После, её поместили в холодную машину и скорее всего, отправили сюда. В этот зловещий и пугающий пансионат для душевнобольных детей.

* * *

Дверь в комнате постоянно была закрыта. Кормили чаще всего через зонд, когда Лиззи отдыхала или спала. Но она успевала почувствовать тепло рук, которые её трогали. Было что-то в этих руках родное. То, что располагало девочку довериться врачам.

Спустя время, Элизабет почувствовала себя гораздо легче, и решила ещё раз осмотреть комнату, в которой жила. Узнать точнее: в какой дом она попала, кто теперь её семья, и есть ли она. Может, это интернат для душевнобольных? Лиззи иногда преследовали панические атаки и голоса в голове.

Панические атаки всегда вызывал сильный стресс. Девочка могла весь день спокойно играться, но ближе к вечеру, когда организм расслаблялся, накопленный за день адреналин выходил в панику. Начинало гореть в животе, словно ты проглотил кусок раскаленного железа, и этот горячий металл растекается по всему телу. Затем доходит до горла, резко учащается сердцебиение, не хватает воздуха, организм понимает, что он сейчас умрет. Всё тело горит, становиться ватным, дыхание тут же учащается, начинается сильная тряска. Длиться паническая атака 5-7 минут, зато после неё ты ощущаешь себя выжатой, как лимон. Не хватает сил пошевелиться.

1
{"b":"732385","o":1}