Он прекрасен таким, какой он есть: весёлый, искренний, порой нетактичный, но с огромным сердцем и душой. Сильный и одновременно неуклюжий. Куда ему меняться? Это будет уже не Тор. Джейн может забрать у него парня, но она не заберёт брата. Брата, который всегда просил помощи с математикой. Брата, который опоздал на годовой срез из-за тренировки по лапте. Брата, который в шесть лет оставил на столе Локи записку: «НЕ УХОДN Я ПОДЧЕНNЛ ЗАМОК».

Все буквы «и» не в ту сторону, но и черт с ним.

У Тора были недостатки, но у кого их нет? Это не камень преткновения, не повод лежать без сна до двух ночи в попытках понять, в какой момент все пошло не так.

Локи отложил телефон, снова обернулся на Тора, который обнимал руками колени, лёжа на мятом покрывале прямо в джинсах. Потом подошёл к пустой кровати Питера, стянул с неё одеяло и накрыл Тора по пояс. Тот, почувствовав во сне тепло, потянул его до самой шеи и глубоко вздохнул.

«Когда-нибудь кто-нибудь полюбит тебя таким, какой ты на самом деле — подумал Локи. — Кто-нибудь ещё».

Напряженное лицо Тора постепенно расслабилось. Если бы не опухшие глаза, можно бы было подумать, что у него все хорошо, и вожатый просто отдыхает после насыщенного событиями дня.

Тор спал очень крепко, наверняка утомлённый горем, и вряд ли его добудишься до утра. Локи замер.

А потом нагнулся и поцеловал его в висок, быстро, едва касаясь соленой от пота кожи. Немного испуганно посмотрел в глаза. Никакого эффекта. Тор спал как убитый.

Локи с некоторым интересом и даже нетерпением глянул на губы — сердце колотилось как бешеное, — но тут же одернул себя, с усилием отвернулся и вышел.

*

В коридоре было прохладно. В куче обуви в углу стояла гитара. Локи забыл её в соседней комнате, когда репетировал номер на завтра, а дети вернулись с дискотеки и выставили в коридор. Хотя бы в чехол положили, и то ладно.

Вожатый застегнул сандалии и тихонько отпер дверь ключом, который они оставляли на ночь прямо в замке. С улицы дохнуло холодом.

Локи вышел, прикрыл дверь и, засунув руки в карманы, спустился на асфальтированную дорожку. Вдоль бордюров темнели пятна влаги, в траве блестела роса.

Пройдя несколько шагов, он свернул с дорожки. Ноги мгновенно намокли, но Локи не обращал на это внимания. Холодная роса — то, что нужно, чтобы успокоить мысли.

Локи встал посередине полянки, в окружении сырых елей, и задрал глаза к небу. Чистое, без единого облачка. И звезды мерцали, как в каком-то романтичном фильме.

На сердце скребло что-то непонятное, противное и совершенно неуловимое. Отчасти связанное с Тором. Но было и что-то ещё. Локи не мог это поймать, как будто образ Тора заслонял полный спектр мыслей. Отрастил себе широкие плечи и заслонял! Уж и подумать о другом нельзя.

Стоял себе у него в мыслях с битой, отбивал все лишнее. «Зачем тебе звезды? Зачем тебе ночь? Зачем тебе всё это, когда есть я? Думай обо мне. Только обо мне. Только…»

Тут в кармане Локи завибрировал телефон, отрывая его от внутреннего диалога. Он посмотрел на экран. Сообщение от Питера.

— Да ладно, — грустно усмехнулся Локи, глядя то на время, то на иконку переписки.

Внутренний Тор куда-то исчез.

Плюнув на всю эту природную идиллию, Локи направился обратно к крыльцу, на ходу читая сообщение.

Питер: Привет, Локи, как дела? Меня доставили в больницу в три часа, но телефоном пользоваться не разрешили, поэтому я не написал раньше. Всё хорошо, голова болит немного, но доктор сказал, что сотрясение несильное. Может, через день уже вернусь.

Локи протёр крыльцо рукой и сел, набирая ответ.

Локи: Привет, ты почему не спишь?

Питер: Не спится.

Сообщение пришло практически мгновенно. Локи улыбнулся.

Локи: Если врач сказал не брать телефон, значит, не надо его брать.

Питер: Я спал с трех до девяти, больше не хочется. И вообще, кто напишет вам, если мне нельзя брать телефон?

Локи: Ох, так ты заботишься о нас с Тором? Как благородно!

Непонятное-противное в груди у Локи начало потихоньку отпускать.

Локи: Как самочувствие?

Питер: И кстати, почему ТЫ не спишь?

Питер: Нормально.

Локи задумался, глядя на предпоследнее сообщение. Он несколько раз набрал и стёр ответ, а потом все же отправил:

Локи: Не спится)

Питер: Сейчас же два часа ночи!

Локи: У тебя столько же.

Питер: Так я ведь спал сегодня.

Локи: Это было не сегодня, а вчера.

Питер: -_-

Локи: Ладно, я просто не хочу об этом говорить. Годится?

Питер: Ну ладно… Тогда расскажи про лапту. Мы победили?

Локи: Да.

Питер: Ураааа!

Локи: Старк очень волновался за тебя. И Шури спрашивала, когда ты вернёшься.

Питер: Скажи ей, что я буду через два дня максимум.

Питер Паркер печатает — выдала иконка сверху. Потом исчезла. Потом снова появилась. И так несколько раз. Что-то Питер не мог сформулировать.

Питер: А в общем как? Что-то новое есть? Ну там… Кто из вожатых где победил? Четвёртый отряд не сильно расстроился?

Локи: Да ничего интересного. Стив первый в отжиманиях, Наташа в гибкости третья, Брюс в шахматах. Я занял шашки.

Питер что-то напечатал, стёр, потом отправил.

Питер: А другие?

Локи: Клинт вроде какое-то место по меткости занял, может, даже первое. А Шури лучше всего лагеря проскакала на скакалке.

Питер: М.

Локи: Четвертый отряд бесится. Клинт подходил, просил как-нибудь взять реванш, когда мы будем в полном составе. Ну ты понимаешь) Ждём тебя.

Питер: Здорово, спасибо) Кто-нибудь про меня спрашивал?

Было видно, что Питера не очень интересует вся эта информация, но Локи, который уже догадался, чего пытался тот добиться, старательно делал вид, что ничего не понимает.

Локи: Наташа спрашивала. Просила передать, что уже соскучилась. Шури, конечно. Пара ребят из отряда.

Питер: А кто-нибудь ещё?

Локи: Сероволосый парень из четвёртого отряда. Его Пьетро зовут, может, знаешь?

Питер: Да, знаю. Я имею в виду вожатых. Кто-то из вожатых про меня спрашивал?

Локи прикусил губу и улыбнулся.

Локи: Вроде нет. Не помню. А что?

Питер пару раз стёр сообщение, но все-таки сдался:

Питер: Что, даже Тони?

Локи: Тони спрашивал. Просидел с тобой в медпункте почти полчаса, до приезда скорой, потом весь день ходил хмурый. Разговаривал со Стрэнджем, наверное, про тебя. Когда узнал счёт, сказал, что все честно, и дал подзатыльник одному придурку, который пошутил, что тебя надо было раньше вырубить. За соревнования, кстати, почти ничего не получил, только в командном, за волейбол, мыльные пузыри.

Питер какое-то время молчал, а потом спросил:

Питер: Ты специально ждал, пока я прямо спрошу?

Локи: Что? Конечно, нет, заняться мне больше нечем.

Питер: ЛОКИ!

Питер: Блин, ты… Ааааааа!

Локи: ))))

Питер: Это не смешно. Я вообще-то тут помираю!

Локи: Да ладно, есть же у тебя силы такими окольными путями узнавать про Старка.

Питер: Ты очень нехороший человек, знай это)

Сказана фраза была в шутку, но улыбка почему-то сошла с лица Локи.

Локи: Ты правда так считаешь?

Ответа не было долго. Потом пришло:

Питер: Да нет, шучу, конечно

Локи задумался, глядя на их переписку. Поблекший сначала комок в груди снова дал о себе знать.

Локи: Слушай… Как ты думаешь, радоваться, когда другому плохо, это ведь не очень хорошо?

Питер: Вообще нет. А что случилось?

Локи постучал ногтями по экрану и решил все-таки рассказать.

«В общем, Тора бросила Джейн. Он очень расстроен, из комнаты вышел только на сбор, даже ужин пропустил. И мне, как брату, должно быть его жалко, но я понимаю, что больше радуюсь. Мне так паршиво от этого».

Локи скептически посмотрел на последнее предложение, стёр его и отправил сообщение.

Питер: СЕРЬЕЗНО?

Питер: И ТЫ НЕ СКАЗАЛ СРАЗУ?

Локи: Хватит писать капсом.

Питер: Блин, это здорово с одной стороны, но Тора мне жаль.