– Светлана Марковна?! – Иннокентий ещё мог говорить, но уже не был в состоянии пошевелить прижатыми к внешним сторонам бёдер руками, лишь крутя головой в попытке проследить за перемещением кружившей вокруг его тела директора агентства. – Я… – он начал задыхаться от сдавивших его грудь мощных холодных объятий, когда краем глаза увидел её лицо рядом со своим и почти явственно почувствовал леденящий душу холодок змеиных чешуек.
– Тшш! – щека Светланы Марковны почти касалась его щеки, донося до слуха Иннокентия змеиное шипение. – Ах, маленький, вкусный, Недоиннокентий! Как жаль, что я дала твоей бабушке обещание приглядывать за тобой! Но как же мне хочется сейчас проглотить тебя целиком! – молодой человек увидел вблизи своего лица разверзнувшуюся надвое широкую змеиную пасть с двумя рядами острых, загнутых внутрь глотки зубов, которая, чуть помаячив перед его глазами, медленно и нехотя отступила прочь, после чего хватка вокруг его груди ослабла, что позволило Иннокентию начать учащённо вдыхать воздух лёгкими.
– Вы сама щедрость! – лишь произнёс молодой человек то, что первым пришло ему на ум, когда руки и ноги «освободились» от мёртвой хватки изголодавшегося «питона».
– Благодарю! Я знаю! – уже более спокойным тоном, как ни в чём не бывало, ответила на его реплику Светлана Марковна, слегка кокетливым движением поправляя чуть растрепавшиеся собранные в «пучок» длинные волосы. Она изящной походкой прошла до своего рабочего места и с неподдельной безмятежностью уселась в ожидающее её кресло.
Тем временем Иннокентий опасливо посмотрел на стул возле её стола, в который ему не удалось удачно приземлиться с первой попытки двумя минутами ранее, но, увидев одобрительный выразительный жест, сделанный директором агентства одними глазами, он совершил вторую попытку, с облегчением выдохнув из своих лёгких почти весь запас воздуха.
– Итак, наше юное дарование, я внимательнейшим образом вслушиваюсь в каждое произнесённое тобой слово оправдания той непростительной пассивности, свидетелем которой является всё многоуважаемое трудолюбивое общество коллег нашего славного агентства! – Светлана Марковна озвучила витиеватую многосложную тираду, не сводя с Иннокентия своего гипнотического взгляда и ожидая от нерадивого подчинённого вразумительных объяснений.
– Тук, тук! – послышался спасительный стук в дверь, и словно все ангелы слетелись к Иннокентию, когда он услышал еле слышный голосок Софи, боязливо сообщившей директору агентства, что на пороге офиса в неведомом ожидании томится очередной новоявленный соискатель сильных впечатлений. – Светлана Марковна, к Вам соискатель!
– Иннокентий, кажется, нам придётся на время отложить эту приятную беседу?! Ты же не против?! – Светлана Марковна чуть повернула набок свою голову, с нескрываемым сожалением прерывая передачу профессионального опыта более молодому коллеге и наблюдая, как тот учащённо искренне кивает ей в ответ собственной головой. – Свободен! Пока…
***
Всё вышесказанное могло показаться полной, несуразной, а местами и банальной ерундой, если бы не одно «но», знание коего расставляло все элементы декорации «по своим местам»: Светлана Марковна вовсе не была обыкновенной стервой, как могло это кому-то показаться, отрывающейся за свою несостоявшуюся личную жизнь на подчинённых или втайне влюблённой в простака-Иннокентия, который по наивности не замечал её чувств. И, конечно, агентство, которое принадлежало ей,вовсе не оказывало случайным посетителям «непонятных» услуг. Наоборот, клиенты агентства знали Светлану Марковну лично, и только тщательный отбор, подкреплённый надёжной рекомендацией, позволял немногим избранным обратиться к ней с деликатной просьбой, щедро заранее оплатив бесценный дар, коим великодушно делилась директор агентства, оказывая им весьма специфичную помощь.
Дело в том, что Светлана Марковна была потомственной колдуньей, горячо любящей своё дело и без остатка отдающей всю себя тому ремеслу, которому решила посвятить свою жизнь.
– Софи, запускай! – последовал короткий приказ Светланы Марковны, когда Иннокентий, в спешке покидая кабинет директора, не закрыл за собой дверь, в проёме которой показалось хорошенькое личико её секретаря, взволнованной предстоящим событием.
И в этот момент уже весь офис агентства, узнав о визите очередного соискателя, замер, побросав «срочную» работу, в ожидании того, что неминуемо должно было свершиться с молодым высоким брюнетом-щёголем, появившимся в дорогом деловом костюме на его пороге и беспечно отмахнувшимся от, как ему показалось, безделушек, свисающих с потолка крохотного коридора тройной развилки офиса непонятными иероглифами. Щёголь, изучая незнакомую местность, остановился в коридоре, сначала повернув голову налево, где в конце ответвления коридора увидел вышедшую к нему длинноволосую яркую блондинку.
– Налево гульнёшь, коня потеряешь! – чувственным и одновременно полным коварства голосом запела Светлана Марковна, наблюдая по монитору видеокамер, как блондинка томно улыбнулась щёголю, словно играя с ним и «сиреной» заманивая его к себе, едва заметно указательным пальцем левой руки пригласила его в свой кабинет и сама возвратилась внутрь.
– Вправо шагнёшь, рога обломаешь! – почти в рифму продолжала петь Светлана Марковна, одновременно наблюдая шараханья по коридору щёголя, когда распахнувшаяся дверь уже справа по коридору остановила, казалось, неминуемый его уход к блондинке, и оттуда выглянула рыжеволосая красавица, задорно смеявшаяся над чьей-то шуткой и лёгким движением расстегнувшая две верхние пуговки своей белоснежной блузки, вызывающим взглядом зелёных и чуть бесстыжих глаз поманив соискателя в свой кабинет.
– А прямо пройдёшь, на обед попадёшь! – Светлана Марковна лёгкой походкой выскочила из своего кабинета, показавшись перед растерявшим остатки уверенности щёголем. Она, тряхнув головой, демонстративно распустила перед ним свои жгуче-чёрные волосы, обрекая их красиво опуститься на плечи, в то время как адский огонь в глазах директора агентства сменился «вертикальной» чёрточкой, присущей хладнокровным и гадам, гипнотизируя и маня вошедшего в офис несчастного пройти прямо по коридору. – Эх, мужчины, какие же вы глупцы, ну почему все выбирают блондинок?! – почти с детской невинной капризностью воскликнула Светлана Марковна, с сожалением поджав свои пухлые губы и провожая вновь принявшими человеческий вид глазами уход щёголя в кабинет налево по коридору.
Трое девушек-коллег Иннокентия, ранее делающих вид, что полностью погружены в срочную работу, тихо приоткрыв дверь в коридор, наблюдали за выбором очередного соискателя своей судьбы. Девушки хорошо понимали, что из трёх роковых событий не стоило выбирать ни одного, чему спасительной подсказкой служили висевшие «безделушками» на входе в офис непонятные иероглифы. После сделанного щёголем рокового выбора они проводили глазами его уход к блондинке, переглянулись между собой и тихо хихикнули. И только после этого одна из них повернулась к продолжающему непроизвольно вздрагивать от посещения кабинета директора Иннокентия.
– Как тебе сегодня наша Светлана «Крабовна»?! – с издёвкой, ехидно перековеркала отчество директора агентства она, намекая на один из многих талантов бессменного руководителя. – Кажется, вы снова лишили нашего любимого директора ланча с обедом?! И кто-то сегодня всего лишь потеряет коня, а ведь мог и…?! – воскликнула девушка, широко раскрыв глаза и неестественно открыв рот, словно пародируя ужас, который поджидал нерасторопного щёголя в случае поворота им направо или похода прямо по коридору офиса.
Тем временем остальные коллеги, заметив бесшумно прошедшую мимо их кабинета директора агентства, быстро разбежались от входной двери и расселись по своим рабочим местам, опять сделав вид, что погружены в выполнение важных и срочных заданий.
– Это ещё что такое?! – послышался возмущённый голос Светланы Марковны, появившейся на пороге кабинета блондинки. И вновь троица коллег Иннокентия, подбежав к входной двери и подглядывая в её щель, увидела выбегающего из кабинета блондинки щёголя с расстёгнутой рубашкой, которого «почти ненароком» там застала врасплох директор агентства.