Это вызвало волну смеха со стороны ребят, и она почувствовала себя полной дурой.

«Бля, как можно было так глупо повестись?»

Давай, Машка, отыгрывайся.

Отойдя назад, она косо взглянула на Галкина… мало ли, а вдруг этот придурок реально щас чё-то учудит?

Всегда надо начеку быть, всегда оборону держать.

— Ну молодец, быстрая реакция, хоть на войну отправляй, — поиздевался над ней Галкин.

Давай, не сплоховать.

И Маша ответила:

— Вообще-то война тут только у тебя в голове.

— Ну да, — согласился Галкин, — у кого-то война в голове, а у кого-то выебоны.

Чёрт, а он хорош, пришлось признать Роговой, пусть и неохотно.

Среди ребят раздались смешки.

Маша же, почувствовав себя проигравшей, и это было очень неприятное чувство, редко у неё такое бывало, скорчив недовольную гримасу, отошла в сторону на несколько шагов, повернувшись к ним ко всем спиной.

Не хотелось почему-то их всех видеть.

Злость пробирала, и обида… хотя она не понимала, на что, они же ничего ей не должны.

Но всё равно бесят!

Правда, очень скоро Машка очень-очень сильно пожалела, что повернулась к ним спиной, потому что этот непонятно откуда взявшийся урод Галкин решил исполнить обещанное:

Он подбежал к Маше и с силой шлёпнул её по заднице, и прям послышался шлепок, и Маша боль своей жопы прям всем телом прочувствовала.

Дальше почти все заржали, пребывая в ахуе от случившегося, а Машка, схватившись руками за жопу, сжимая губы, заныла от боли и запрыгала на месте туда-сюда.

— Полегче, да, выебонить не хочется? – Усмехнулся Галкин.

Маша, продолжая прыгать, покачала головой – мол, не хочется.

Затем приступ нытья прошёл, и Маша уже открыла рот, вдыхая воздух, чтоб боль была не такой сильной, и всё ещё держась за жопу, но уже пытаясь показать ребятам, что всё нормально, спокойно, выпрямившись, подошла к Ларе и Иннокентию.

ПОЗДРАВЛЯЮ, МАША, ЭТОТ БОЙ ВСУХУЮ ПРОИГРАН.

Вот ведь урод…

— Ну это сильно, конечно, было, — гоготнул Иннокентий.

Лара же, которой было жаль подругу, сочувствующе погладила её по плечу, и от этого Машке стало ещё обиднее. Её, Машу Рогову, ещё и жалеют… как она вообще до такой жизни докатилась?

Девушка сказала друзьям:

— Вот так вот, сначала ты нестандартно мыслящая девушка с громадным внутренним миром, а потом какой-то мудак шлёпает тебя по жопе.

После этого Машка, не выдержав второй волны боли, снова заныла, а Галкин уже и забыл про её существование и продолжил болтать с остальными.

«Ну всё, урод, это война».

На следующий день в универе, пытаясь уже вовсю забыть о вчерашнем позоре, Маша Рогова шла по вестибюлю к кофе-аппарату, чтобы заварить там себе кофе, и встретила там Блэквайтера, тоже покупавшего кофе.

Девушка устало улыбнулась и кивнула:

— Привет.

— Тоже за кофе? Давай куплю, — предложил он.

— Да нет, спасибо.

— Да ладно, я угощаю.

И не желая ничего слышать, Блэквайтер поспешил вытащить из кармана монетку и всунуть её в кофе-аппарат, заказав Маше эспрессо с шоколадом, как она любит.

Вскоре ребята уже стояли рядом с кофе-аппаратом и пили кофе.

«Хорошо, когда есть друзья», – попыталась пофилософствовать Машка, – «друзья помогают справиться с трудностями».

И тут же решила спросить:

— Не знаешь, как там Лео?

— Ну, он всё также сидит дома, просматривает уже наверное сотый сериал, и отвечает на сообщения только по ночам, проспав часов одиннадцать.

— Понятно.

Маша даже готова была сама себя укорить за такой скучный ответ, она же всегда ненавидела эти тупые фразочки вроде «ясно-понятно». Но вместо этого выдержала паузу и отпила ещё кофе.

Блэквайтер спросил:

— Ну… а у тебя у самой как жизнь?

— Вчера собирались с друзьями потусить, и там какой-то мудак шлёпнул меня по жопе, унизив перед всеми, — честно призналась она. А чего мелочиться-то?

Блэквайтер промолчал, похоже, не зная, что и сказать.

Ну да, а чего она, Маша, ожидала вообще?

Ну не пойдёт же он морду этому уроду бить…

— Ну и как ты? – Всё же решился спросить Блэквайтер.

— Кажется, у меня кризис среднего возраста, — вздохнула девушка, — я уже не та крутая Маша Рогова.

— Для меня ты всегда будешь той крутой Машей Роговой.

Маша приулыбнулась.

А потом позади, в вестибюле, послышался шум, и Маша обернулась посмотреть, кто там шумит без драки… и чуть кофе не уронила, с трудом удержав его в руках, и даже пролив чуть-чуть горячего напитка на руку, из-за чего сразу начала трясти рукой от боли.

Потому что в вестибюль вошёл тот самый Макс Галкин, который начал болтать с радостно приветствующими его ребятами.

Да что, блин, такое происходит, возмутилась Машка.

Кто он, блин, такой, что все вокруг так рады его видеть?

Она тихо призналась другу:

— Вот он, тот мудак, который меня по жопе шлёпнул, ещё и поржал. Макс Галкин.

Блэквайтер с отвращением посмотрел на него, уже чувствуя внутри, что этот человек ему не друг.

— Знаешь что, — уверенно сказала Маша, — а ты прав, я всё ещё та крутая Маша Рогова. И не буду я такое терпеть. Я с ним ещё разберусь.

И с тех пор в жизни Маши Роговой появилась цель: отомстить унизившему её Максу Галкину.

А к жизни Блэквайтера, о чём Маша уже не знала, вернулась цель: добиться Маши Роговой, поскольку у них, кажется, есть шанс… и не дать какому-то появившемуся из ниоткуда уроду Максу Галкину сделать это раньше него.

Не в этот раз.

====== Глава двадцать седьмая – Шоколадный торт ======

На следующий день Маша Рогова, воинственно настроенная, шла по вестибюлю в сторону столовой, преисполненная уверенности, что уж теперь-то она точно поквитается с этим непонятно откуда взявшимся и унизившим её недоразумением по имени Макс Галкин.

Ну, правда, сейчас она не мстить шла, а просто поесть, но это уже что-то!

Машка проходила мимо обжимавшихся у стены Морозова с его Кристиной, которую этот пафосный придурок обнимал за талию и целовал, и Кристина не удержалась и с издевательской усмешкой крикнула противнице:

— Чё, жопа не болит?

— Нет, но глаза заболели, как ваши мерзкие рожи увидела, — сострила Маша и пошла дальше.

Нахуй их, цель номер один – это Макс Галкин.

ШМАЛКИН, тут же отозвался мозг, пытаясь всячески его задеть.

Почти у самой столовой вышедшая из другого коридора Аня догнала подругу, положила руку ей на плечо с видом мудреца, учащего чему-то маленького ребёнка, и спросила:

— Ну что, Мария, готова ли ты выполнить самое ответственное задание в своей жизни, выполнение которого – вопрос жизни и смерти?

— Ну… наверное, — ответила Машка, остановившись и посмотрев на подругу, — а что делать нужно?

— Короче, там на кухне шоколадный торт, скажи, что ты из ДК, повара тебе его дадут, отнеси его в Дворец Культуры, там мы через полчаса будем его декану вручать, у него день рождения. Хорошо?

— Ну да, конечно, без проблем.

Маша хотела уже было двинуться вперёд, но Аня остановила её и предупредила:

— Только Маш, я тебя ради Бога прошу: не облажайся, этот торт жутко дорогущий, давай без твоих этих…

И Аня указала рукой на всю Машу.

— Но ты на всю меня указала.

— Короче, ты меня поняла. Всё, пошла.

И похлопав Рогову по плечу, Аня подтолкнула её вперёд, в сторону столовки.

Маша считала претензию несправедливой, ведь проблемы у неё возникало по вине других, «вредителей всяких», как любила она отзываться об этих придурках вроде Морозова.

Девушка спокойно взяла большущий шоколадный торт, предварительно дотронувшись до шоколада пальцем и облизнув пальчик, и потащила его в руках из столовой по коридорам в сторону ДК.

«Тяжеловатый ваще-то».

Зато она кричала всем:

— Расступитесь! Разойдитесь! Не мешайте важному заданию!

Неприятности ждали девушку, когда она выходила из вестибюля в длиннющий коридор, по которому надо было пронести торт(как в компьютерной игре, блин), ведь там у угла стоял непонятно чё делавший здесь Галкин, и вообще непонятно как прошедший через турникет.