Достигнув верхушки косогора они узрели, не совсем то, чего бы им сейчас или когда-либо хотелось видеть.
– Нооо, вперед,– Джоанна подала вожжей лошади и поскакала галопом.
За ней ринулись Лотариин и следом Оиндар. Стройки дыма, доходившие до них из-за холмов, шли отнюдь не из печных труб, а от опаленных крыш домов и поваленных острогов.
– Твою же курвину мать,– чертыхнулся гном слезая с лошади и оглядывая трупы, валявшиеся по среди улицы.
– Нужно разделится и попытается найти, может кто-нибудь выжил и сможет рассказать, что здесь случилось,– сказала Джоанна.
Оиндар принюхался, у гномов нюх был не то что бы как у собаки, но все же в разы сильнее людского.
– Что здесь выяснять и так все понятно,– заключил он,– орки ими тут смердит как протухшим мясом на гоблинском базаре.
– Я согласен, но все же ты права, нужно отыскать выживших,– присоединился волшебник.
– Хорошо,– согласился гном,– если вы думаете, что вас не нужно будет защищать,– язвительно прибавил он.
–Уж как ни будь справимся,– ответила Джоанна, не привыкшая к гномьей язвительности.
***
По улицам деревушки текли длинные струйки алой темной, свежей крови, а что случилось спросить было не у кого. Продвигаясь дальше они увидели жутчайшую картину вода с открытого городского фонтанчика, ещё один признак близости Эльфийского соседства, вытекала тоненькими струйками вода, окроплённая бледно розоватыми мутными потеками.
Они разошлись по улице обходя все дома и окликая выживших. В каждом доме и вокруг них, в цветниках, поилках для лошадей и на каменой брусчатке лежали окровавленные трупы людей, все они были убиты и не то что бы с явной жестокостью, просто заколоты мечами или же топорами, размозжены головы булавами.
Обычно золотистые, соломенные крыши почернели от огня или же обвалились, ухоженные садики и грядки позади домов превратились в потоптанные огороды.
Джоанна проходя по городу вытащила из-за пояса надушенный кружевной платок и слегка прикрыла нижнюю часть лица, хотя тела ещё не начали разлагаться, но запах свежей крови бил ей в нос.
Оглядывая улицы голова гнома была забита другими вопросами,– где же стража,– ответ не заставил себя ждать, он подошел к одиноко лежащему мужчине в доспехах с проломленной сзади головой, он опустился на корточки и поднял забрало шлема, это был старик. Вопросов стало ещё больше, однако его мысли перебил всхлипывающий, сдержанный плачь доносившийся откуда-то из дома, зайдя во внутрь он сразу же обнаружил благодаря невысокому росту маленькую девочку с красными глазами сидящую под столом.
Завидев его она закричала и попыталась ещё дальше залезть под стол. На эти крики незамедлительно отреагировали Лотар и Джоанна, вбежавшие во внутрь.
– Тише малышка, я тебя не обижу,– пытался успокоить её гном настолько нежным голосом насколько ему позволяли голосовые связки.
Джоанна присела на корточки и протянула руки к ней, девочка замотав головой уперлась в стену. Проведя несколько манипуляций рукой она снова развернула руку в которой лежала конфета.
Девочка улыбнулась, но конфету не взяла. Волшебница заметив это проделала это ещё раз, но с другой рукой. Она перестала всхлипывать.
Лотариин протянул руки, достал её из-под стола и усадил на стул.
– Что произошло? – спросила Джоанна.
– Ты волшебница,– спросила девочка.
Она молчаливо кивнула.
– Сасамая настоящая,– переспросила она немного заикаясь.
– Да, самая настоящая и он тоже,– указала она на Лотариина, который подавал ей стакан воды.
– Где твои родители,– попыталась спросить она ещё раз.
Девочка расплакалась вновь.
Лотар подошел к ней и произнес поднося руки к вискам,– valerian effectus.
Джоанна не одобрительно посмотрела
–Легкое расслабляющее заклинание,– пояснил он.
– Я знаю, что это,– заявила она,– но не для детей, оно вызывает у них зависимость.
–Ну не от одного же раза, тем более, когда мы учились это было самое распространенное заклинания для всех видов живых существ, кроме кошачьих.
–Ага два века назад,– прибавила она,– лучше было бы использовать maternum patrocinium.
– Оно медленное и слабо эффективное мы до завтрашнего дня бы ждали,– воспротивился он.
Девочка мотала головой от одного к другому с широко раскрытым ртом.
Оиндар взял уже успокоившуюся малютку и отвел её в сторону.
– Отойдем волшебники больше магии любят лишь поспорить о ней,– сказал он давай две конфеты наколдованные Джоаной ранее.
– Ну так что здесь случилось,– спросил в третий раз Оиндар.
– Я не знаю,– грустно ответила девочка.
– Пришли какие-то большие зеленые дяденьки со смешными сележками в ушах, носу и даже в больших клыкастых зубах как у Нюлки.
Оиндар не стал спрашивать кто такая Нюрка. Так как по описанию это были Орки и не кто другие.
–Потом мне мама наказала спятатся под столом и не издавать не звука, сказала, что это игла и они с теми дяденками будут иглать в плятки и я должна неплименно выиглать. Затем я услышала клики и шум, от наших соседий котолые плоиглали, а когда клики закончились, я подумала, что выиглала и выглянула на улицу, испугалась и спряталась назад, потом появились вы и эти две конфеты,– девочка сонно запихивая первую конфету в полу беззубый рот.
– Где твой папа?
–Мой папа стлажник,– гордо заметила она проваливаюсь сильнее в сон медленно разжевывая конфету.
– И где он,– настаивал Оин.
– Его заблали,– ответила она.
– Орки,– продолжил он.
– Нет, он сказал, что его забрал какой-то долг.
– Долг?
– Девочка засыпая у него на плече добавила,– долг перед колоной.
Оиндар аккуратно вытер испачканный шоколадом рот и отнес заснувшую девочку на кровать.
– Вы закончили спорить,– спросил он у волшебников.
– Ещё нет,– заявила уперта Джоанн,– вернемся к этому позже нужно расспросить девочку.
– Думаю это уже поздно. Она спит,– заявил гном.
– Я же говорила,– вновь заартачилась она.
– Если бы не твои упрямые споры мы бы все успели,– парировал он.
– Если бы ни я вы бы ругались вечно, как говориться, пока смерть не разлучит вас, да и там бы, наверное, продолжили – проговорил гном.
– По крайней мере он бы умер определенно раньше,– отвернувшись пробормотала она.
– Пока вы были заняты разборками, я обо все её расспросил, похвалялся гном,– ещё говорят, что гномы упрямые, да любой из волшебников в тысячу раз упрямее.
Рассказав все что ему удалось узнать от шепелявой девчушки подоспела вторая часть объяснений.
–Маня,– послышался крик с улицы,– Мария!!!
Джоанна выходя на улицу столкнулась с женщиной вбегавшую в дом.
– Кто вы? – испугано отшатнулась она.
– А вы кто? – парировала Джоанна.
– Я хозяйка дома из которого вы вышли,– сердито ответила она. Скорее всего в других обстоятельствах она была бы по скромнее и поосторожнее, но события, произошедшие прошлой ночью избавило её от прежней кротости.
– Маша,– прокричала женщина переглядывая через плечо.
– Тише девочка спит,– пояснила волшебница.
Услышав эти слова женщина оттолкнула молодую волшебницу, преграждающую ей путь, не замечая Лотара и Оиндара подбежав к своей дочурке обняв её утопила в море поцелуев. По щекам женщины начали литься слезы счастья.
– Почему она не просыпается,– затревожилась женщина.
– Мы ей дали успокоительное, ей необходимо поспать,– виноватым голосом произнес волшебник. Он знал, как обычные люди относились к магии, они её боялись, но и испытывали некоторое чувство вожделения при возможности использовать её.
– Да, конечно же, пусть спит,– ответила женщина, явно прибывавшая ещё в состоянии аффекта.
– Что здесь произошло,– спросил Лотариин.
– О божечки мой какой бардак, срочно нужно прибраться,– заговорила женщина поднимая стулья, валявшиеся навзничь и не замечая вопроса.
– Пойдемте, от неё нам ничего не узнать,– предложил гном.
Выйдя на улицу они обнаружили недостающих сельчан. Одни проливали слезы над телами умерших, другие испуганными глазами оглядывали свой городок, третье пытались успокоить первых. Нашелся и один человек который был невозмутимо спокоен, как им показалось. Мужчина, хотя скорее уже старик с аккуратно подстриженной поседевшей бородкой и выгоревшей на солнце смуглой кожей.