Пару недель кропотливой работы над тоненькой папочкой принесли свои плоды. Я сделала вывод, что ничего новаторского в работе парня не увидела. В основу заложены все принципы, используемые в билингвизме. И они общеизвестны и общедоступны. Я включила ноутбук, чтобы написать рецензию на работу парня, но помешал стук в дверь.
– Заходи, Оливия, – громко произнесла я.
Зная, что кроме неё вряд ли кто решится ко мне зайти. В последние дни мы с Оливией ограничивались пожеланиями хорошего дня и парой слов о душной погоде. Иногда в столовой я встречала Люка, он обычно спрашивал про мои дела и желал хорошего дня. Остальные знакомые ребята удосуживались недолгим маханием руки, но близко никто не приближался. И меня это устраивало. Может, хотелось чуть больше общения с Люком. Он располагал к себе не только, как симпатичный парень, но и интересный собеседник. Но я не решалась позвать его на прогулку или выпить кофе, и дело вовсе не в стеснении.
– Привет, – она нерешительно приоткрыла дверь. – Извини, что отвлекаю, но меня просили передать, что тебе нужно спуститься в медпункт и сдать кровь. Завтра анализы всех новичков будут отправлять в исследовательский центр.
– А это обязательно? Я не планировала, – обреченно спросила.
– Тебе следовало появиться там ещё на прошлой неделе. Но, наверное, необязательно, – девушка не стала меня уговаривать и без рассуждений покинула комнату.
– Оли, подожди, – я впервые её так назвала, – у тебя что-то случилось? Обычно твои глаза светятся ярче, чем софиты в нашей гостиной, а сегодня явно кто-то забыл включить кнопочку, – я попыталась подарить ей располагающую улыбку.
– Вчера я получила результат от центра доктора Коллинза, – монотонно сказала девушка.
– И? Анкета парня была приложена? – осторожно спросила я.
– Была… – это единственное слово, которое я смогла разобрать. Дальше следовал фонетический салат из хлюпаний, нечетких звуков и истерического рыдания.
Девушка выбежала из моей комнаты, не закрыв за собой дверь. Не успела я осознать происходящее, как она вновь вбежала в комнату.
– Вот… посмотри… – она не могла успокоиться.
На фотографии был парень далеко не привлекательной внешности. Сразу вспомнилось выражение: «Мужчина должен быть чуть красивее обезьяны». У него был высокий лоб и глубоко посаженные маленькие глаза, нос картошкой, а губы и уши невозможно было не заметить, он явно в детстве их чем-то сдабривал.
– Но на фотографиях многие плохо получаются, – прозвучало не так уверенно, как требовалось.
После этих слов чуть притихшая Оливия разрыдалась заново.
Я не могла понять девушку. Вот если бы ей пришел результат с подтверждением опасной болезни, то я сочувствовала бы и, наверное, плакала вместе с ней. Но парень на фотографии не был её приговором. Конечно, она так верила шарлатану Коллинзу, а обычно нас сильно расстраивают несбывшиеся надежды. Но всё же это не повод, чтобы так унывать.
– Оли, милая, на нём свет клином не сошёлся, – мягко произнесла я.
– У нас совместимость… семьдесят шесть процентов, – истерика не отпускала девушку, она начала давиться слезами.
– Так! Всё! Хватит! – я взяла её за руки и повела в ванную комнату.
Подойдя к раковине, включила холодную воду, чтобы немного отрезвить девушку.
– Умойся, тебе станет легче. А я пойду, приготовлю чай, – сказав, оставила соседку наедине со своим зарёванным отражением в зеркале.
Пока приготавливала всё к чаепитию, вновь наткнулась на фотографию парня и его биографические данные. Он оказался коренным французом из небольшого города на севере Франции. Продолжал дело своей семьи – небольшое фермерское хозяйство. Несмотря на то, что ему было чуть за тридцать, уже был разведен. Детей в браке не было. В своём обращении к противоположному полу написал в анкете: «Я обязательно найду тебя, прекрасная нимфа».
– Оли, он прирожденный романтик, как и ты, – сказала девушке, как только та вышла из ванной комнаты. Правда, сама не поняла зачем.
– Ты думаешь, мне надо с ним поговорить? – девушка начала мыслить более рационально.
– Почему нет? Не всем везет родиться красивыми… или хотя бы симпатичными, – виновато прозвучало.
– Я как психолог должна понимать, что главное – душа человека, а внешность это… неглавное, – теперь виновато прозвучало из уст Оливии.
– Да брось! Ты отреагировала, как любая нормальная девушка, мечтавшая о сказочном принце. В любом случае никто тебя замуж за него насильно не выдаёт. Если ты, конечно, не решишь поддержать в будущем законопроект твоих знакомых юристов, – съязвила я.
– Спасибо за поддержку.
– Не за что. Тебе чай чёрный или зёленый? – спросила я.
– Зеленый, без сахара. Спасибо.
– Я думаю, тебе стоит дождаться, когда ему отправят твою анкету. Уверена, что он сразу тебе позвонит или напишет. Тогда и выяснишь, то ли Райан Коллинз лжец, то ли любовь действительно зла. Ладно, я уже опаздываю на встречу с коллегами. А тебе нужно поспать. А уже завтра в бой! – оживленно произнесла я.
– Спасибо, Софья.
– Мне кажется, что моя совесть в шоке от количества услышанных в мой адрес благодарственных слов, – мы обе засмеялись.
Глава 4
– Софья, я очень доволен проделанной вами работой. Честно сказать, вы меня удивили, – хвалил меня Дин Вайн.
– Почему удивила? Вы же ознакомились с моим портфолио?
– Я не сомневался в вашей профессиональной пригодности. Просто вы так неодобрительно отнеслись к открытию доктора Коллинза, я думал, вы неохотно будете выполнять свою работу.
– Где генетика, а где филология!
– Всё верно. Вы не говорили ни с кем из генетиков? Ваше мнение не изменилось?
– Я уже замучила их своими вопросами. Думаю, меня скоро начнут избегать. Но что касается технических деталей, то тут всё сложно. Вроде бы пытаются объяснить как можно проще, но я всё равно не могу понять до конца весь механизм считывания информации с молекул ДНК. И тем более синтез чужеродных молекул, – надеялась, что профессор подскажет, как во всём разобраться.
– О-о-о, я и не пытался вникать в это! – засмеялся Дин Вайн.
– Жаль, – подытожила я. – Сегодня вечером отправлю на вашу почту свою рецензию на работу иорданца. И начну вносить изменения на своё усмотрение.
– Да, договорились. Возникающие вопросы тоже отправляйте мне на электронную почту, – он протянул свою визитку с указанием мобильного телефона и электронной почты. – Две недели достаточно?
– Вполне, – коротко ответила я.
В предвкушении интересной работы незамедлительно отправилась в общежитие за ноутбуком. Я планировала взять его с собой в библиотеку. Мне требовалась справочная литература, которую нельзя было найти на просторах интернета.
Поднявшись на свой этаж, я заметила женщину в белом халате, настойчиво стучащую в нашу с Оливией дверь. Видимо, соседки не было дома, так как дверь никто не открывал.
Это точно с медпункта! За моей кровью! И что же делать?!
Я остановилась, обдумывая план побега. И согласилась с первым, что пришло в голову, – пойти в столовую, тем более время обеда уже подошло. Поэтому, резко развернувшись, направилась обратно в сторону лестницы.
– Девушка! – в спину крикнули мне. – Девушка, подождите!
Мне бы только до лестницы дойти, а там можно и пробежаться немного.
– Стойте же! – услышала громкий взвизг.
Всё же пришлось остановиться. Выдохнула и повернулась лицом к этой крикливой даме.
– Простите, это вы мне? – постаралась как ни в чем не бывало улыбнуться и не показать своего расстройства оттого, что не получилось осуществить план побега.
– Вам! Вы что задумались и не слышали меня? – с подозрением спрашивала медсестра.
– Знаете, постоянный мыслительный процесс вырывает из действительности.
– Милая, надо жить в реальном мире, а не в своих фантазиях! – невежливо заявила она.
– Начнём с того, что я вам не «милая», и учить меня, как жить, не надо! – я тоже не из робких. – Что вы хотели от меня?