– Это само собой разумеется, но я лично не за этим сюда пришел, – подав головой знак, солдат подозвал к себе Гудвина, наблюдавшего за творившимся беспределом с должным для заинтересованного свидетеля равнодушием. – Познакомься. Себастьян Гудвин. Кандидат в мэры от нашей общины. Виктория лично попросила поддержать его.

– Я… да, конечно! Все сделаю… сейчас же выступлю с заявлением…

– Нет, не выступишь. Сначала перечислишь деньги, а потом мы обсудим, где и когда ты будешь с чем-либо выступать. Кивни, если понял.

Райли исполнил просьбу хозяина положения. Можно сказать, их договор был подписан кровью. Одной из сторон точно. Впоследствии его подняли на ноги и заставили пожать руку кандидату в мэры Столицы. Тем не менее, их дружественную атмосферу испортил один из рядовых, давший начальнику кнопочный телефон.

– Да, – протерев взмокшее от пота лицо, Илай внимательно слушал позвонившего. – Сколько их? – озвученная цифра не произвела особого впечатления на палача. – Принято. Задержи прессу на входе. Я разберусь с нашими друзьями и пришлю Гудвина к тебе. Оставайся на связи.

Утробно зарычав, Данбар жестами велел эдемовцам перегруппироваться и найти себе укрытие. Не стоит уточнять, что полностью застекленная коробка – легчайшая мишень даже для полнейших дилетантов. Отдав необходимые распоряжения, Илай перевернул главный стол, таким образом создав некое подобие щита.

– К нам идут работники службы безопасности, а ты в их черном списке и официальном розыске, – как бы нелепо это ни звучало, однако в создавшейся суматохе Гудвина действительно забыли убрать из базы особо опасных преступников. И это при условии того, что он не единожды давал интервью разным каналам и публично выставил свою кандидатуру на выборы. – Если эта гнида успела нажать на тревожную кнопку, то сюда прибудут люди Мастерса. Ему будет выгодно, если ты проведешь пару дней за решеткой и угробишь собственный рейтинг.

– Тогда зачем я здесь? – рявкнул контрабандист, не выдержав скопления бессмысленности этого дня. На ответ он не рассчитывал и, соответственно, не получил его.

Все развивалось в стремительном темпе. Через пару минут все пространство возле стеклянного сооружения с зияющей дырой заполонили агенты в бронежилетах и пиджачках. Как ни странно, в их задачи не входила длительная перестрелка с представителями третьей силы. Главная цель заключалась в поисках руководителя незаконного рейдерского захвата с применением оружия. Данбар, все время державший дробовик в боевой готовности, внезапно опустил его на диван и приветственно кивнул новоприбывшим.

– Снова работаешь, Илай? – поинтересовался один из агентов, явно возглавлявший операцию по спасению или оказанию поддержки – точно неясно. Но он протянул руку, подтвердив отсутствие воинственных намерений. – Виктория узнала о вашей кампании. Она меня сюда и направила.

– Предупреждать нужно заранее, – недовольно пробурчал Илай, оставив всякие попытки взяться за двустволку. Другие участники клуба последовали его примеру, постепенно успокаиваясь.

– Мэтт? Какого черта? – Гудвин, до сих пор не сумевший влиться в калейдоскоп событий, который заглатывал их и выплевывал с небывалой скоростью, сморгнул капли пота с ресниц. Еще не так давно он выпивал со школьным товарищем в аутентичном кабаке в центре Города, потом, с его же помощь, скрывался от органов правопорядка и независимых охранных организаций в конспиративной квартире, после чего ему пришлось просить политического убежища в одиозной общине, а теперь их пути пересеклись в захваченной этой же общиной фирме? – Что ты здесь делаешь?

– Работаю, конечно же. Меня предупредили, что ты здесь. Рад видеть тебя живым и здоровым, – нарочно игнорируя недоумение в глазах друга детства, Раф протянул широко раскрытую руку в надежде на пожатие. Но тщетно.

– Ты на них работаешь?

– А ты думал, тебе бы помогли тогда, если бы я не сделал пару звонков? Не расстраивайте меня, господин мэр. Вы же в политику идете, должны улавливать такие вещи, – рассмеявшись, Мэттью похлопал напрягшегося Гудвина по плечу. – Расслабься. Тебя снаружи поджидают журналисты. Удовлетвори их любопытство.

– Только без сюрпризов. Нам уже хватило самодеятельности, – предупредил Данбар, напоминая о сегодняшнем провальном эфире. – Боунс тебе все расскажет.

Проходя мимо заполненных агентами комнат, вытряхивающих их ящиков всю документацию и возможный компромат, Гудвин параллельно разрабатывал план действий. Для начала ему необходимо переговорить с Викторией и уточнить круг своих обязанностей. Если он собирается занять место в городском правлении и представлять интересы Эдема, то ему должны оказывать чуть больше содействия. Или, по крайней мере, заранее сообщать о том, что планируется захват целого здания с его участием. Спустившись на первый этаж, он быстро проговорил ключевые для выступления моменты, на которые следует опираться при построении текста. Разумеется, нужно будет настаивать на том, что он помогал старому партнеру по бизнесу избежать неприятностей. Свора подоспела как раз вовремя и поспособствовала господину Райли. Вот и все, что нужно сказать. На провокации продажных репортеров реагировать нельзя.

К несчастью, провокаторов оказалось на порядок больше, чем желающих осветить проблемную тему незащищенности бизнеса и частной собственности. Первоначально Гудвин пытался играть с терминологией, но ему сразу дали понять, что никого не волнует дерегуляция или инфляция – им подавай скандалы. Стервятники. Что же, можно играть по их правилам или создавать свои.

– Здравствуйте. Радио Республиканская Свобода, – навязчивый представитель СМИ протиснулся сквозь толпу коллег, едва не врезавшись в валютчика. Впереди него шел микрофон с эмблемой канала. – Ответьте, пожалуйста, что кандидат в мэры делает под зданием частной компании в такое позднее время?

– На тебя пришел посмотреть, – шокированные журналисты машинально отступили назад. – Что такое? Вас же только это интересуют. Никто же не спрашивает, как произошел рейдерский захват фирмы. Как здесь оказались иностранные диверсанты. И как организация Эдем предотвратила захват. Но вас интересует кандидат в мэры, – глядя в объективы нескольких камер, Себастьян не мог представить себе, что будет получать от этого удовольствие. – Я освобождал здание от нанятых сторонними силами диверсантов. А ты со своей фейковой Свободой сидишь здесь и караулишь. И чего ты молчишь? Про что еще хочешь спросить? Про мой бизнес? Или про паспорта? – Гудвин смотрел немало репортажей о себе на канале под символическим названием “Республиканская Свобода”, которые злоупотребляли эфирным временем ради распространения откровенной лжи. И неудивительно, поскольку сам канал принадлежал одному из ближайших сторонников Мастерса. – Ну так спроси меня про диверсантов, Радио Свобода. Или у вас на премьерском канале свободы столько же, сколько и в парламенте?

– Расскажите, пожалуйста, подробнее о захвате, – деликатная журналистка, оказавшаяся рядом и уловившая суть гораздо быстрее, попыталась привлечь внимание вошедшего в раж мужчины.

– Подробнее рассказать? Полтора часа назад мне поступил звонок от учредителя этой фирмы. Он попросил приехать из-за подозрительных людей, проникнувших на территорию комплекса. Эти неизвестные без опознавательных знаков ворвались, разбили стекла, травмировали работников и сломали нос господину Райли. Потом все испарились, когда мы приехали. Сейчас там работает служба безопасности, пытается выяснить, что именно произошло. На самом деле это обычная попытка жалкого рейдерского захвата. А что я конкретно здесь делаю, ты узнаешь после победы на выборах, когда я очищу Город от ваших коррумпированных хозяев. Вот тогда и воцарятся в стране демократия и свобода. Настоящие, – потеряв дар речи от такого обращения, несвойственного политической верхушке, журналист все еще пытался что-то промямлить. – Что такое? Хочешь мне что-то сказать? Говори. Ты же из Радио Свобода. Великая вещь. Сплошь грязь и лизоблюдство. Интересы Мастерса отстаивала. Но про узурпацию власти – ни слова. Президент бесследно пропал – тоже молчите. Но зато ты в кустах дежуришь, сенсацию поджидаешь. Ну так что? Ваши хозяева решили предприятия захватывать, пока высшая власть отсутствует? А в нашем государстве так и происходит. Поэтому я иду в мэры. Потому что устал от этого. И люди устали, – распалившись окончательно, Гудвин периодически срывался на допустимые нормы крика. – И я поддерживаю господина Волкера с его призывом выходить на улицы и отстаивать свои права. Я обращаюсь к каждому гражданину Республики: вы имеете полное право на свободу. Не на эту картонную марионеточную передачу. А на истинную волю. Не бойтесь высказывать свою точку зрения, как это сегодня сделал я. Спасибо за внимание.