Литмир - Электронная Библиотека

Я выдавила из себя улыбку, рассчитывая на то, что мама не заметила полопавшиеся капилляры в глазах, и направилась следом за ней на кухню. Она шла, шаркая тапочками по полу, и каждый отзвук отдавался в висках пульсирующей болью, когда я вспоминала угрозу Барышева убить всех тех, кто мне дорог. Интуиция меня не подвела: он – тот еще опасный фрукт. Хуже всего – завтра утром предстояло с ним встретиться так, чтобы и мама ничего не заметила.

Я присела за стол и с осторожностью выглянула в окно. Машины Деспота в поле зрения не заметила. Скорее всего, он сразу же уехал. Мне следовало позвонить сестре и спросить у неё, с какой целью она вообще так подставила меня? И как додумалась связаться с этим типом?

– Ты опять всю ночь не спала? – услышала я строгий голос мамы, вырвавший меня из мыслей.

– Спала вроде, – ответила я, пожав плечом.

– Вижу: как ты спала! Все глаза краснючие! Ксеня, ну перестань ты сидеть над книгами своими столько времени! Сейчас уже…

– Помню! Учёба не ценится так, как раньше. Только это, может, Лике свалилась манна небесная, но не каждый способен пойти на таку-ую работу, как она! – Последние слова я произнесла с нескрываемым раздражением в голосе.

Мне стало надоедать, что мама постоянно ставит в пример сестру, которая ну никак не заслужила быть примером. Почему родители постоянно сравнивают детей друг с другом, заставляя чуть ли не соревноваться за их внимание и заботу?

Закусив губу от досады, я схватила верхний пирожок из таза и откусила большой кусок, тщательно прожевывая, чтобы ненароком не сболтнуть чего-нибудь лишнего. Эмоции раздирали, ими отчаянно хотелось поделиться, но тогда всё стало бы в разы хуже, чем сейчас… Я еле как смогла доесть пирожок. Аппетита не было совершенно. Однако я не могла обидеть маму. И уж тем более не хотела, чтобы на меня обрушился шквал вопросов, на которые и сама пока не готова дать ответ.

Телефон завибрировал в кармане шорт, испугав меня жужжанием. Мог ли Барышев узнать мой номер так быстро? Мне кажется, что он мог сделать что угодно, даже луну с неба достать, если возникнет такая надобность. Но это был не он. И слава Богу!

«Сестра», – высветилось на экране, позволив мне выдохнуть с облегчением.

Я сделала большой глоток чая, приготовленного мамой, и посмотрела на нее.

– Лика звонит, пойду потрещу с ней часик! – улыбнулась я натянуто. – И за реферат пора браться, а то сдавать нечего будет.

– Конечно, иди! Скажи ей, чтобы не забыла набрать меня вечером.

Я кивнула, поднялась на ноги и поспешила в свою комнату. О том, что даже стакан забыла помыть за собой, вспомнила только, когда дверь в комнату следом захлопнулась. Нажав на кнопку подтверждения видеовызова, я затаила дыхание.

– Ксюнька, привет! Чего не отвечаешь? Сказала же, что дома сегодня! – Радостная сестра жмурила глаза под лучами слепившего ее солнца. На фоне нее виднелись разноцветные каменные дома.

– Ну, привет! – сухо ответила я и перевела взгляд на сестру. – Я тоже так думала, пока меня силой не затянул в машину Барышев…

Лика широко распахнула глаза и, раскрыв рот, часто-часто двигала нижней челюстью, будто намеревалась что-то ответить, но не могла подобрать слов.

Ее ошеломленный вид только усугублял ситуацию. Сестра все знала и смолчала! Как можно было до такого додуматься? Тем более не с чужим человеком?!

– Ничего не хочешь мне сказать? – съязвив, я первой не выдержала и с раздражением посмотрела на Лику.

Она переменилась в лице: побледнела, как белоснежный лист «Снегурочки», а зрачки расширились, отчего радужка, казалось, стала почти черного цвета. Закусив губу, Лика отвела взгляд в сторону. Я заметила, как ее глаза отчаянно заметались, выдавая бурный мыслительный процесс в поиске весомого оправдания.

– Ч-ч-что он от тебя хотел? – дрожащим голосом выдавила сестра, попытавшись изогнуть губы в улыбке.

Однако выходило криво. И лицемерно. Ее любимая алая помада почему-то теперь ассоциировалась с пороком и грехопадением. Лика окончательно променяла ангельские крылышки на когтистые лапы демоницы. Аж тошно…

– Наверное, хотел то, что задолжала ему ты! – со злостью ответила я.

Мне хотелось, чтобы сестра сама призналась, что подставила меня. Как она будет оправдываться? Какова причина ее поступка? Зачем вообще ввязалась в сомнительную сделку с самым настоящим демоном во плоти – Барышевым?! Я смотрела на близняшку, стараясь сдерживать порыв эмоций и не накричать. У меня все кипело в душе. Я чувствовала, как подкашиваются ноги от бессилия и как зудят ладони от желания швырнуть куда-нибудь телефон. Если бы Лика была рядом, я точно встряхнула бы её за плечи хорошенько и…

– Слушай, он – больной… Он тебе не причинил вреда?

Лика состроила обеспокоенное выражение лица, словно не провернула ловко аферу, и самое ужасное – даже голос ее звучал так чисто, взволнованно и искренне. Актриса, блин!!!

– А моя беременность – это тоже болезнь? – не сдержалась я, чуть повысив голос, и тут же прикусила язык.

Слова слетели с языка прежде, чем я успела сообразить. Осознание сказанного словно окатило меня холодной водой: злость улетучилась, на смену ей пришел испуг. Если Лика сболтнет что-нибудь маме, то виноватой во всем окажусь я. А мне и так пришлось увязнуть в ее проблемах против своего желания… по горло…

– Ты…

Лика не могла подобрать ответ, зависнув с открытым ртом. Она стала чаще дышать и просто хлопала накрашенными тушью ресницами, пока банально не придумала ничего лучше, как сбросить вызов. Это лучшее «оправдание», которого я заслуживаю? Такое поведение стоило моего искреннего доверия? Я, раздраженная, попыталась позвонить ей снова, но она тотчас сбросила, а потом принялась что-то печатать.

Сестра: «Прости. Папик вернулся. Пожалуйста, не говори пока ничего маме. Мы всё решим. Позже…».

С губ сорвался истерический смех, а по щекам покатились слёзы. И это всё? Всё, что мне может сказать сестра-близнец? Мы ведь с детства были неразлучны… Горой друг за друга стояли. Как она могла вот так поступить со мной? Как? До сих пор верилось с трудом!

Я уткнулась носом в подушку и зарыдала, стиснув зубы, чтобы не закричать от отчаяния. Сдерживаемые эмоции окончательно прорвались наружу, меня трясло от их натиска. Только сейчас я начала потихонечку осознавать весь ужас сложившейся ситуации. Я, скорее всего, беременна! По «принуждению» и лжи. От человека, которого даже не знаю! И он, Барышев, дал понять, что не отпустит меня, не позволит бороться с ним и забрать ребёнка. Я даже, наверное, не увижу малыша после родов, потому что он заберёт его или её. Моя жизнь катится к чертям. Я лишусь вышки, лишусь работы, лишусь своей семьи, которая наверняка не примет такой исход.

Стараясь выровнять дыхание, я постаралась успокоиться, чтобы не напугать маму, если она зайдет в комнату. Мне нужно было взять себя в руки! Голова всё ещё гудела, а мысли потоком перебивали друг друга.

Что будет дальше?

Что меня ждёт, если беременность подтвердится?

Что тогда сделает Барышев?!

Не о таком будущем я мечтала… Не о таком…

***

Даже успокоившись, я чувствовала себя вареной и опустошенной. День тянулся невыносимо долго: любовные романы и приключенческие фэнтези не спасали, а реферат по лингвистике японского отказывался писаться, несмотря на заготовленный изначально план. Еле как вымучила пару пунктов, на остальное решила забить до лучшего расположения духа. Хотя времени до сдачи оставалось немного, если я защищу позже, чем одногруппники, сильно баллы это не испортит. В конце концов, в остальном я все идеально сдавала – может, и автомат в итоге выйдет?

Дотянув до одиннадцати вечера, стараясь не попадаться маме на глаза и делать вид бурной учебной деятельности, плюхнулась в постель я обессилевшей и ещё долго сверлила потолок взглядом. Весь прожитый день с внезапно свалившимися новостями чудился мне кошмаром. Разве что всё никак не удавалось проснуться…

6
{"b":"726088","o":1}