— Да-да, Вики, конечно, — словно только что проснувшись, ответил он. — Замечательно. Завтра все руны, что перечислила Уокер, мы опробуем на практике, так что знайте — неверная черта или точка — и сила руны оставит после себя неизгладимое впечатление. Всем, кто недостаточно хорошо подготовился, очень рекомендую подтянуть знания, права на ошибку не дам.
Ледяная корка вновь покрыла голубые глаза демона, оглядевшего пару десятков учеников. На лицах застыло недоумение.
— Геральд, — Мими протянула тонкую когтистую руку вверх и опасливо пробормотала, — Может, нам еще рано практиковать руны силы?
— Практика — самый действенный способ обучения, не благодарите. Свободны, — последнее слово поставило твердую точку.
Мимо торопливо проходили ученики, перешептываясь о радикализме преподавателя, спустя время все звуки стихли, но демон продолжал задумчиво смотреть в угол, опустевший после ухода Уокер. Над скамьей еще витал бледный образ ее спокойной ауры. Решительно встав, Геральд направился к выходу — нет, серебро в перьях не подарок, а значит, в будущем еще сыграет свою роль.
«Что тебе уготовили, Вики Уокер?»
Комментарий к Подарок
Важное уточнение — Фенцио здесь, как и многие персонажи игры, не каноничен. Очень постараюсь уделить время ему и их с Ребеккой истории, но пока повествование останется размеренным и спокойным, как Уокер. Пожалуй, здесь никто не каноничен ;)
========== Равные ==========
Ночи взяли дурную привычку, и как дни, начали досаждать своей бесконечностью. Геральд открыл глаза — нежная невесомая рука обеспокоенно поглаживала его плечо.
— Никогда бы не подумала, что наш Геральд, чьи познания безграничны, будет засыпать в библиотеке в окружении старых пергаментов, — слабо улыбнулась Мисселина. — Я провожу тебя.
Моргнув несколько раз, демон стряхнул с себя остатки сна и накрыл широкой белой ладонью, испещренной голубыми венами, хрупкую руку подруги.
— Пожалуй, я пройдусь. Уснуть не смогу точно, а беспокойное пребывание в постели меня не устраивает, — вздохнул он, поглаживая большим пальцем ее нежную кожу. — Спасибо, дорогая.
— Мы же договорились, что крылья Вики — подарок Создателя, зачем ты мучаешь себя понапрасну? — Мисселина опустила голову и заглянула в его глаза. — Сначала я поддерживала твой интерес к непризнанной, но желание найти истину там, где ее нет, не приведет ни к чему хорошему.
— Поиски истины — благородны и должны быть вознаграждены. Неужели тебе удалось убедить себя, что это случайность?
Голос Геральда стал тише, суше, жестче. Как она, наполненная мудростью, может не понимать, что с Уокер все не так, как должно быть? Как она, наделенная даром предвиденья, даже на миг не позволяет себе любопытства, почему не хочет посмотреть в будущее, помочь ему найти ответ? Как она, его ближайший друг, может крепко спать по ночам, не терзаемая ни единым вопросом.
— Ты — ангел. И я люблю тебя за это, но ваша беспечность и беспрекословная вера в волю Шепфа порой кажется мне банальным детским желанием спрятаться от мира. Ты — часть этого мира, но он тебе, похоже, совсем не интересен, милая.
Встав, Геральд быстро пошел к выходу, спиной чувствуя ее растерянный взгляд. Она не обижается, она просто не понимает, как он может быть так жесток.
— Нельзя понять того, что никогда сможешь познать, — говорит он ей, не оборачиваясь, и его шаги растворяются в темных коридорах.
***
Непризнанная терпеливо ждет его, облокотившись на перила беседки. Их беседки. За время, что Уокер провела в Небесной школе, она ни разу не опоздала, он приходил, когда хотел, или не приходил вообще. На такой случай у нее всегда была книга — возвращаться в комнату, наполненную терпким парфюмом и нежным щебетом Мими она не стремилась, поэтому проводила остаток ночи здесь. Геральд и Уокер никогда не обсуждали причину своих необычных для преподавателя и ученика встреч. Двое ничем не связанных бессмертных просто приходили в одно и то же место и, будто смирившись с компанией друг друга, тихо разговаривали.
Холодный ветер, принесенный взмахом крыльев, поднял волну мурашек на коже.
— Здравствуйте, Геральд, — произнесла она, даже не удосужившись проверить, кто именно приземлился к ступенькам.
— Уокер, — он неспешно поднялся и встал рядом с ней, сложив руки на груди.
Вики вновь обдало небесным холодом и она прикрыла глаза, пытаясь представить, что он видел там, на необъятной высоте, куда она пока еще не может подняться. Сколько звезд отразились в его ледяных глазах за этот полет? А за все остальные? Сколько картин промелькнуло перед его равнодушным, как сама вечность, взглядом? Тронуло ли его душу хоть что-то?
— Вы принесли с собой мороз, — ровно сказала она, наконец, взглянув на учителя. — И, похоже, дурное настроение.
— Ты угадала, хочешь, поделюсь? — невесело усмехнулся он, изучая тонкую сетку темных трещин, покрывших за эпохи колонну напротив.
— Пожалуй, откажусь. А вот своим могу поделиться, — мягко улыбнулась она. Проследив взгляд собеседника, Уокер тоже обратила свое внимание на колонну, — Сколько лет этой беседке?
— Она была здесь еще до того, как я начал преподавать, значит, много. — Геральд и сам не заметил, как расслабились его плечи. — Я редко приходил сюда, эта часть сада тогда считалась запретной, как и лабиринт, что скрывается за ним. Энергия заклинания развеялась, а привычка осталась. Но теперь мне нравится сюда приходить.
Оба понимали, что в последней фразе нет ни подтекста, ни намека. Он просто озвучил свое наблюдение. Постепенно усталость и злость, что завладели им в библиотеке Цитадели, ушли — простой вопрос Уокер снял копившееся весь день напряжение. Она не пыталась влезть к нему в голову или приободрить. Непризнанная всего лишь говорила, но ее ровный голос наполнял обычные, но такие правильные слова невероятным покоем, который, наверное, мог бы принести мир даже в ад. Она не прожила на земле и четверти века, но дух, что ровно дышал в ее синих глазах, был куда мудрее тех, что беспокойно копошатся внутри бессмертных.
— Какие руны кроме начальных ты еще выучила в этой келье? — нужды прерывать молчание не было — порой они стояли в тишине до самого рассвета, но вопрос действительно интересовал Геральда.
Практическое задание, которое он устроил группе на накануне, она выполнила как так же спокойно и безукоризненно, как и всегда. Со стороны могло показаться, что непризнанная даже не прикладывает усилий, чтобы наполнить нестабильной энергией так пугавшие остальных руны. И лишь трое в Небесной школе знали, каких усилий стоит Уокер эта легкость на общих занятиях: Геральд, оставлявший здесь десятки книг из своей личной библиотеки, Фенцио, обрабатывавший ее раны после усиленных боевых и энергетических упражнений, и Мими, пожалуй, ни разу не видевшая соседку спящей.
— Все, — просто ответила Вики. — Но я пока не смогла понять высшие руны.
— Неудивительно, это продвинутый уровень знаний. Но, раз я дал тебе книгу, полагаю, должен и объяснить ее содержание, — краешек губы демона наметил улыбку. — Что именно тебе непонятно?