Мальчик ошалело осматривается, не понимая, как он мог оказаться здесь снова, ведь, буквально, минуту назад...
- Что ты видел? - Шакир выглядит взволнованным и стоит совсем близко, - я испугался, сынок, но не решился тебя тревожить, чтобы не навредить.
Мальчик часто дышит и вытирает со лба невидимый пот, и тут же смотрит на свою ладонь. Красный след. Как от ожога!
- Сынок? - обеспокоенный голос Шакира возвращает его к реальности.
- Отец, я ... не понимаю, я видел странное место, там темная земля, как уголь! А еще там горы и совсем нет ветра! Разве такое может быть? Я не чувствовал ничего, словно это место ... неживое что ли, - Зари смотрит на отца и снова видит странные цветные волны, исходящие от него. Сейчас они сероватые с примесью насыщенной и какой-то грязноватой зелени, как одежды той девушки из его видения.
- Я не должен был приводить тебя сюда, - голос Шакира звучит грустно, - я подумал, что это сможет развлечь тебя, ты отвлечешься, но сделал лишь хуже.
Графитовая точка пульсирует часто-часто, так что в глазах у Зари начинает рябить.
Мальчик берет отца за руку и неловко поглаживает.
- Спасибо тебе.
Шакир с недоумением поднимает взгляд на сына и невольно вздрагивает. Его мальчик, еще несколько недель назад не выдерживающий тяготы пути по равнине, спавший в повозке, свернувшись в калач и завернувшись в мотки с тканями, теперь смотрит на него совершенно взрослыми глазами.
- За что?
- Отец, я увидел за это время удивительные вещи, и это..., - он кивает на фонтан, - он ведь показал событие из моего будущего?
Шакир кивает и немного откашливается.
- Я не думал, что ты увидишь все настолько ... подробно. Дело в том, что зеркало правды обычно лишь намекает, посылает какой-то знак. Я, например, когда впервые посмотрел сюда, увидел ярко-синюю птицу. Даже сначала, подумал, что это отражение. Я оглянулся, но за спиной стоял мой отец и все. Больше ничего.
Шакир слегка улыбнулся былому воспоминанию и погладил порядком отросшую бороду.
- Это была секунда, может, две. Ты же замер на несколько минут, - в голосе отца снова послышалась тревога, и Зари поспешил заверить его, что все в порядке.
Вскоре они покинули это место, но Зари оглянулся еще раз, словно, стремясь увидеть хоть что-нибудь еще.
Шакир покачал головой.
- В зеркало правды можно заглянуть лишь единожды. Больше оно ничего не покажет.
Мальчик нахмурился, вспоминая испытанное. Что же это было за место? Что за девушка рядом с ним? И что она хотела ему сказать? Как найти ответы на все эти вопросы? Зари тяжело вздохнул и тут же улыбнулся, тряхнув головой. Все очень просто. Надо лишь подождать. Будущее неизменно, и когда-нибудь оно обязательно наступит.
<p>
Глава 3</p>
<p>
Безудержное стремление жить дает и мудрость спокойно умереть</p>
<p>
</p>
<p>
Помощь</p>
На следующее утро Шакир не смог противиться сыну и взял его с собой на рынок. Они взяли с собой последние свертки с товарами. Этот год оказался для торговца самым удачным. Еще три дня, а уже почти все распродано.
Он усадил сына в самый темный угол, стараясь защитить того от лучей светила. Однако, к радости самого Шакира, Зари выглядел намного лучше сегодня. Бодрый и веселый вид сына внушал спокойствие и позволял хотя бы ненадолго отпустить тягостные мысли и предчувствия.
Все торговцы обсуждали вчерашний день состязаний, и Зари любопытно прислушивался к повторяющимся описаниям.
Выходило так, что вчера Айдана все-таки одержала победу над своей сестрой Тэхирих. Зари нахмурился, ему почему-то это показалось несправедливым, как и то, что в подобных соревнованиям родных сестер выставляли друг против друга. Больше к разговорам он не прислушивался и просил отца вечером обязательно посетить состязания. Зари был уверен, что сегодня все будет иначе. Шакир лениво отмахивался от просьб сына, но было видно, что и он сам не против вновь посмотреть на магические бои.
Время текло медленно, словно песчинки, лениво пересыпаемые из руки в руку, и Зари с тоской смотрел на перелетающих с ветки на ветку юрких птиц, на мелькающие перед глазами одежды покупателей, машинально отмечая про себя, дорогая или дешевая ткань, искусная отделка, или же так, топорная работа.
Шакир размеренно беседовал с остальными купцами и покупателями, не выкрикивал, как многие другие, зазывные речи. Люди сами шли к его лавке, спрашивали, приценялись и, чаще всего, покупали. Зари заметил, что отец ведет записи и заказов на следующий год.
Часы на площади звонко отбили три удара, и Шакир подмигнул сыну, показывая, что их труд на сегодня окончен. Мальчик взял с лотка два набора непроданных швейных принадлежностей, намереваясь, отнести их на постоялый двор. Но отец не позволил ему. Неподалеку торговал разной мелочью, вроде детских лент, совсем седой старик. Зари не раз видел, как тот, щурясь подслеповатыми глазами, пытается что-то мастерить. Рядом с ним всегда бегала внучка, заливисто хохоча. В то же самое время, мать девчушки тут же наскоро мастерила одежду, пришивала заплаты, или прямо на улице кроила простые кофты и штаны для рабочих. Тяжелый труд. Очевидно, что вряд ли у этой семье есть хорошая мастерская, как у Шакира и хотя бы несколько помощников. Туда торговец и отправился. Зари поплелся за ним следом.
