– В чем?

– Получается во всем, я не верю, что после близости ты так расстроилась, что перевернула свою жизнь с ног в жопу!

– Прости, девы народ ветреный…

Миша отвернулся от меня и машина рванула вперёд, прочь от дома где меня бьют и говорят гадости, лучше с ним сама, чем так.

– Ветреный говоришь, я даже не спрашиваю кто был первый у тебя. Знаешь я так сильно на тебе залип, а справки не навёл. Теперь сложилась более полная картина тебя.

– И как?

– Никак и звать ничто. Тянет к тебе как к наркоте, такой соблазн, а тут ты звонишь столько раз, приятно на пропущенные твои смотреть.

– Рада, что доставила удовольствие, что-то ещё?

– Можно и ещё, жалею, что заставил тебя.

– Я простила, забудем.

– Я не просил прощения, сказал, жалею, что так произошло и не сдержался. Хочу как настоящие парень и девушка. Где оба хотят.

– Я хочу.

– Ди, ты переигрываешь, не настолько все плохо с институтом.

– Как ты хочешь?

– Хочу чтобы сама попросила.

– Куда едем?

– Не знаю, катаемся.

Я не знала, что вселилось в меня, взяла его свободную руку, которой он бил пальцами по подлокотнику и положила себе на ногу. Он резко убрал ее и свернул в какой-то двор. Остановился и посмотрел на меня замученным взглядом. Сердце екнуло, он осунулся и смотрит так преданно, ведь он мне нравился. Потянулась к нему отстегивая ремень безопасности. Он тоже отстегнул, пододвинулся и мы поцеловались. Это было не похоже ни на один из прежних наших поцелуев, он был жадным настолько, что не хватало воздуха, умелый, как будто немного изменился он и я. Миша промычал и оторвался от губ.

– Скажи, зачем ты мучаешь нас? Я так скучал…

– Поцелуй еще.

– Если я это сделаю не смогу остановиться.

Там внизу что-то загорелось, как будто хотелось, того, что он хочет и от чего себя сдерживает.

– Давай решать проблемы по мере поступления? Ди?

Я кажется сошла с ума, но мне так хотелось, чтобы кто-то надежный меня пожалел и все решил. Верилось, что он все сможет решить и ему можно довериться целиком. Я перемахнула к нему на сиденье и оказалась на Мише, через джинсы почувствовала как он возбужден. Поцелуй не заставил себя долго ждать. Миша сымитировал толчок бёдрами. Внутри все напряглось от этого действия. Кажется я передумала. Он быстро уловил нотки сомнения и перемены.

– Отключи голову, Ди, пусть тебе подскажет тело. Его руки обняли так крепко за бёдра.

– Не могу…

– Тогда слезай с меня, неуверенная наездница, там пожар под тобой!!!

Миша сдержал слово и нянькался со мной две недели, пока я все не сдала, стипендии опять не видать, потому что сдала не вовремя, скоро каникулы и это радовало. Начался какой-то новый этап жизни, когда все получается и вроде все как мне удобно, нравится. Хорошо. Давно так не было.

Расстояние между мной и мамой увеличилось до «никогда». Никогда мне не простить ее. Мне все равно на нее, на них всех, пусть они исчезнут из моей жизни и никогда не тревожат.

Я решилась, я должна сама, сама это сделать, это просто, ведь так просто, если не почувствую, то буду имитировать, но надо на это решится. Миша больше не приставал, казалось он затаился и ждёт моего решения, вообще изменился… Он был до той близости как в маске, а сейчас ее снял. Сильный и расчетливый, не замечала тогда за ним этого. Капитаном команды он быть принципиально сам не хотел, но негласно было именно так, дело даже не в деньгах, а в нем, хотя может деньги и сделали его характер таким. Нет ничего невозможного и все будет твоим любыми способами.

День икс настал, мы уехали с ним загород, жарить шашлыки и гулять. Там все и должно произойти если конечно я в последний момент не дам заднюю. Он заслужил, столько всего сделал, преподы больше не валили меня, особенно мымра молодая по английскому, после которой и началась череда незачетов, довела меня в прошлый раз до ручки и показала, что я вообще ничего не знаю. Во второй раз она так себя не вела, была такая приветливая. Странно как-то косилась на дверь…Но не об этом.

Мы приехали на место когда уже вечерело, я очень долго собиралась и никак не могла решить с бельем да и остальной одеждой. В дороге много болтали, Миша должен был уехать с родителями и братом отдыхать. Брать меня не было возможности из-за отсутствия загранпаспорта и визы, делать самостоятельно долго, а грузить Мишу постоянными проблемами не хотелось, поэтому я отказалась сославшись на учебу, мол буду подтягивать и зубрить. Меня любил он и я кажется тоже. Это такое больное ощущение, что не хотелось его доставать и говорить вообще это слово «люблю» хоть кому-нибудь. В большой вазе на месте елки стояли розы, они умирали… Медленно и мучительно…как я в эту ночь.

Поцеловала Мишу первая…Он начал меня раздевать, я его, потом было так жарко и быстро, я выдохнула, все. Второй раз, когда я под ним получила удовольствие, шторм в тысячу баллов шумел в ушах, а потом стало так легко. Легко и ничего не важно, в сердце музыка отчаяния, такая одинокая скрипка. Он долго меня ласкал и целовал, обнимал, что-то шептал, губы припухли. Перед тем как уснуть был еще раз. Мы уже почти одно целое. Я плавилась в этих сильных руках, пока он нёс меня на второй этаж от камина и тех умирающих цветов, слышала частое биение его сердца и неровное дыхание. Ощущала вес его тела на себе, сильные руки исследовали уже принадлежащий ему стан, запах парфюма Миши наверное перешёл на меня, все пропахло им. Он водил губами по шее, потом спустился ниже на плечо, запустил руку в волосы и массировал голову, все печали отступали. Перевернул на кровати и я грудью легла на мягкую поверхность хлопкового белого белья. Миша массировал мне спину и спускался ниже, ножки, потом внутренняя сторона бедра. Щеки раскраснелись от того, что я все разрешаю и отзываюсь на эти прикосновения. Просунул руку между мной и кроватью, я приподнялась, он надавил мне на спину, послушно прогнулась, больше не было боли. Война проиграна, капитуляция оказалась не так ужасна. Он тихо застонал, низким гортанным звуком, а затем обхватил мои ягодицы руками, прижав к себе и вошёл, наши тела сплелись. Миша наматывал мои волосы на руку, заставляя прогнуться сильнее, входил медленно, как будто пытал и меня и себя. Я вся взмокла, выбившиеся пряди прилипали к спине, а во рту пересохло от стонов. Наконец мой мучитель решил прекратить пытки и задвигался быстрее, я почти уловила нотки былого наслаждения, но потеряла их из-за резких толчков внутри, волосы натянулись так что заболела голова, на бешеной скорости он кончил в меня с воплем, почти задыхаясь начал говорить.

– ааааа черт, оно того стоило!!! Не зря я измучил деканат, чтобы тебя запихнули в списки на отчисление, а англичанке только и хотелось тебя завалить! Чего глаза вылупила? Я не понимала о чем он говорит, кутаясь в почти мокрую простыню, я очнулась и стеснялась своей наготы.

– Что ты говоришь?

Миша взял бутылку воды и стал жадно ее пить, ничем не прикрытый в капельках пота, я ещё не пришла в себя и внутри все хотело продолжить, чтобы провалиться в тот рай.

– Что хочу, наконец мне плевать, что обо мне подумает маленькая дрянь, смеющая нос воротить. Да я все свои накопления на тебя слил, а ты решила расстаться.

– Я же сегодня сама все это…как можно так говорить после такого…

– Это всего лишь оргазм малышка, если мужчина хочет ей его подарить, женщина получает удовольствие. Не бойся, ты будешь много-много стонать подо мной, мне нравится, когда ты такая открытая. Что опять тошнит?

Миша рассмеялся и пошёл в ванную комнату. Какая грязь, до меня стал доходить смысл его слов. Он действительно получил все, что хотел, я сама ему отдала себя, чувства, гордость, достоинство, отвратительно, пять минут назад, я хотела продолжать отдаваться ему.

– Иди тоже в душ, будем спать, я надеюсь повторения всяких глупостей с твоей стороны не будет. А то я придумаю что-нибудь похуже отчисления из инста.