Уже поздней ночью, когда ясное темное небо озарилось светом тысячи ярких звезд, когда остальные вымотались от длительного ожидания и снедающей все силы усталости длинного дня, медик выглянул к присутствующим, вытирая руки о полотенце. Выглядел он помятым, сосредоточенным. Девушки окружили его, подавив желание хорошенько встряхнуть мужчину, продолжительное молчание убивало. Он перевел дыхание, провел рукой по собранным в хвост волосам.
- С ней все в порядке. Состояние стабильно. – ответил Ретчет вопрошающим подругам. Горящие слезы радости осветили лицо шатенки, Эн мягко улыбнулась, поддерживая Сем. - Но сейчас к ней нельзя. – поднял руку медик, видя, как Саманта уже стремиться забежать в медотсек, предостерегая рассерженную девушку. – Она без сознания, нуждается в покое. Да и вам давно пора.
Сем набрала побольше воздуха, чтобы возмутиться, но на ее плечи мягко опустились ладони Эн.
- Сем, если Ретчет говорит – значит все с нашей Микаэлой в порядке. Доверься ему. Тем более – поговорить ты с ней сейчас все равно не сможешь. Надо подождать.
Вард повернула нахмуренную Саманту к себе, приободряя. Слова медика успокоили ее отчасти, хотя она сама и сгорала от нетерпения воочию увидеть, в порядке брюнетка или нет. Сама сгорала от нестерпимого чувства вины, сдавливающего грудную клетку. Не уберегла подругу, не смогла помочь в патовой ситуации. Не смогла, хотя на нее полагались как на проверенную силу. И слова поддержки Вебстера и Эппса, и благосклонное молчание Ленокса еще больше погружали в пучину непростительной злости на саму себя.
Саманта переводила усталые, встревоженные карие глаза с Эн на подошедших ближе Айронахйда и Оптимуса, которые вели переглядки с Ретчетом, и расслабила напряженные плечи, в момент притихла. Оружейник усмехнулся, скрестив руки на груди – Вард не затратила ни малейших усилий, чтобы согнать боевой настрой подруги. Порой он и сам не замечал за собой, как не мог сопротивляться ее чертовски зеленым глазам. К несчастью или радости, кто поймет.
Вард подталкивала под спину притихшую Саманту, отправляясь в сопровождении блондинки к себе. Мужчины не решились нарушить этого умиротворенного молчания, установившегося возле ангара, лишь многозначительно переглянулись.
***
День ото дня Саманту одолевало беспросветное, жуткое по своей силе горе. Настроение катилось в тартарары. Кроме усилившегося в разы бдительного присмотра друзей, раздражающего всем своим существом, все участники инцидента стремились показать шатенке – ее вины в произошедшем совершенно нет. Оптимус отодвинул на второй план все свои бумажки, окружил свою возлюбленную атмосферой покоя, заботы и любви, безустально вывозил ее с базы, под своим собственным присмотром. Леннокс на правах обретенного старшего брата опекал понурую, безутешную девушку. Эппс только усмехался командиру, но поддерживал во всех начинаниях. Эн не давила излишней заботой, однако натянуто улыбающаяся по утрам Саманта с припухшим лицом и покрасневшими глазами заставляла огорченно прикусывать губы Вард и сжимать от напряжения кулаки. Убеждать девушку в своей невиновности, да даже в части невиновности было просто невозможно. Вард не раз извинялась о своей беспомощности, бесполезности. Ведь это была именно ее идея следовать не проторенной, тяжелой дорожкой среди наполняющих базу противников и вывела нужные цели врагу на открытую местность. Глупая ошибка. Которая стоила спокойствия и безмятежности Уитвики, ни на йоту не поменявшей своего мнения после бесчисленных бесед с Вард.
Не по разу в день Саманта приходила в палату к Микаэле, хватаясь за ее бледную холодную руку, наблюдая за ее умиротворенным заживающим лицом. Уитвики выгорала внутри, энергон выжигал ее. Колоссальное чувство вины хлестало девушку, не давая отвернуться от лица той, что больше всего пострадала. Сем прижалась лбом к ладони подруги, с губ сорвался судорожный выдох, скатилась первая слезинка.
Сколько раз она пожалела, что втравила в это страшное дело Микаэлу? Подвергла ее жизнь опасности. Ретчет бесспорно подтверждает, что Бейнс быстрыми темпами идет на поправку. Заживающие ссадины и раны желтеют и затягиваются. Однако плещущееся в синих глазах блондина ничем не скрываемое беспокойство и тревожность заставляло нервно подрагивать девушку и просто ненавидеть себя.
Вард исподтишка наблюдала, как мрачнеет Саманта с каждым последующим днем, что взгляд ее тускнеет, нет уже того зажигательного восторга в глазах цвета шоколада. И чаще вспыхивали искры энергона. Это настораживало вдвойне. Спрашивать о состоянии было бессмысленно. Блондинка натыкалась на пылающий синевой взгляд злобных глаз.
- Не будь этих дурацких очков, жизнь Микаэлы бы не висела сейчас на волоске. Я втянула её в эти идиотские разборки! Все началось из-за меня и моей семьи! – раздраженно высказалась однажды Сем на беспокойство успокаивающей ее лейтенанта. Эн не стала в тот раз догонять шатенку, свела брови, наблюдала, как последняя уходит к себе.
Уитвики смахнула резким движением непрошеные слезы и, поглядев на свои ладони, вновь почувствоала к себе нарастающее отвращение. К удивлению Уитвики, небольшие искры на кончиках пальцев дрожащих рук охватывали приятным теплом. Синие вспышки спешили захватить больше пространства на теле девушки. Энергон разогревал изнутри кровь, Сем чувствовала ее движение, видела синие просвечивающие венки на своих руках. Поднимающийся жар причинял дискомфорт, заставляя встряхивать руки в попытке остудить их, но пробежавшие по рукам вспышки побудили Саманту вскрикнуть от жгучей боли и закрыть глаза от страха. Тишина. Чувства молчали. Не слышно было и слабого дыхания Микаэлы, разговаривающих за пределами ангара военных, Ретчета, что колдовал с пробирками в соседнем помещении. Она ощущала лишь пустоту вокруг себя.
Девушка осторожно приоткрыла глаза, стараясь разглядеть свои руки, но с большим удивлением обнаружила вокруг себя непроницаемую темноту. Она испуганно покрутилась, разглядеть ничего не удалось. Паника застилала мысли, дыхание прерывисто вырывалось изо рта, сердце не подчинялось и билось интенсивнее. Глаза в момент сумели зацепиться за бледную зовущую ее своим светом точку. Не теряя ни минуты, Сем сорвалась к ней, от непроницаемой тьмы ее мутило, она сдавливала внутренние органы, нагоняя жути на шатенку. Свет всё больше ослеплял ее, он ширился и рос. И вскоре шатенка достигла широкого сверкающего круга, так и манящего собой, прикоснуться, почувствовать идущие от него импульсы спокойствия. Сем озадаченно, осторожно коснулась света и ее стремительно втянуло внутрь.
Она резко вскрикнула и очнулась на базе, родной и ставшей для нее настоящим домом. Голова гудела от напряжения, руки, обычные, чуть бледные от переживаний руки, подрагивали, картинка перед глазами размывалась. Она точно также находилась в медотсеке, рядом с Микаэлой.. Только Микаэлы вот рядом не было. Расправленная кровать пустовала. Успокоившееся недавно сердце испуганно застучало, покрываясь неприятными удручающими опасениями. Саманта немедленно соскочила, голова кружилась, тошнота подкатывала. Девушка по мере своих сил двинулась к Ретчету. Но медика не оказалось рядом. Сем, словно в тумане двинулась к главному ангару. Стоило прояснить исчезновение Микаэлы, понять, что вообще происходит. Вокруг стоял ожидаемый гомон. Кто-то смеялся, шутил, Вебстер опять спорил с Мейсоном, солдаты кидали равнодушные взгляды на идущую сквозь толпу девушку. В ангаре царила атмосфера непринужденной радости. Шатенка выискивала кого-то взглядом. И в центре усмотрела смеющихся автоботов – Оптимуса, Айронхайда и Ретчета. Автоботы, не замечая шатенки, полностью обратили свое внимание на кого-то позади себя. Шагнув ближе, Саманта разглядела Эн, что приобнимала за плечи Микаэлу. Уитвики не почувствовала слез счастья, что побежали по ее разгоряченным алым щекам от настигшего в момент облегчения. Она поспешила к своей здоровой и веселой подруге, стараясь дотронуться до нее. Но брюнетка отшатнулась от протянутой руки. Саманта удивленно замерла, поднимая глаза на свою лучшую подругу. Лучше бы она этого не делала. Гнев. Раздражение. Горечь и опаска. Вот что первое бросилось в глаза Уитвики, стоило вглядеться в лицо живой Бейнс. Она сложила руки на груди, брезгливо скривила губы. Синие глаза пылали ненавистью.
