Именно здесь произошло то, чего больше всего опасался Адам Броуди. Пока неуклюжий оператор наведения дальнобойной мортиры выбирал свою следующую цель, кумулятивный щит рейдера, загустел наполнившись преизбыточной энергией вплоть до самого корпуса. От давления огромной массы вражеских снарядов, кумулятивное силовое поле набрало на своей сфере такое количество сгустков энергии, что в одно мгновенье щит все же слегка коснулся своего металлического корпуса. И тогда, вместо того, чтобы продолжать сдерживать неприятельские выстрелы, кумулятивная энергия рванула внутрь корабля. Щит свернулся внутрь себя и поразил свой собственный носитель.

“Кайман” взорвался изнутри, заживо испепеляя экипаж. Лишь три спасательных капсулы (боевых поста) сумели отстрелиться от корпуса судна и стартовать в тыл обороны. За взрывом последовал мощный фейерверк, состоящий из кумулятивных брызг и раскаленного металла, со страшной скорости несущихся в разные стороны. Своим кораблям они были пока не страшны, а вот сразу три неприятельских корабля запылали в космосе. Даже ценой своей гибели, солютяне подбили три вражеских судна.

И все же их было еще очень много.

В тылу вражеского флота материализовался еще один корабль.

Командор Табол, как и другие командиры кораблей подумали, что наверно наступает начало конца. Их энергетические установки были разряжены на восемьдесят процентов. Стремительно подходили к концу запасы кумулятивных снарядов. Но самое плохое заключалось в том, что все больше и больше «шредеров», не обладающих щитами, сгорали от кумулятивных брызг и шальных попаданий различного вида вооружения.

Некоторые неприятельские корабли стали по немногому очухиваться и занимать новые, более удобные позиции для стрельбы. Вооружение стало приходить в норму. Их воодушевил пример флагмана и приказ все еще невредимого адмирала. Теперь они тоже старались сосредоточить всю мощь своего огня на одном конкретном неприятельском корабле.

Энергии на работу транспортного луча на судах союзной флотилии уже не хватало. Он попросту не мог дотянуться до неприятеля. Что-то случилось с блоками перераспределения энергии. Они сгорели не выдержав нагрузки и теперь накопители перестали принимать избыточную энергию со щитов.

Все же экспериментальное, не до конца доработанное оружие!

Если в тылу противника появиться свежие силы, то всему конец. Это было ясно и без пояснения.

- Мать вашу! Стреляйте из мортир непрерывно, – бешено завопил в эфир на их волне полковник Янг.

Откуда мог взяться в открытом эфире его голос, никто никак не мог взять в толк. Народ стал оглядываться по сторонам и в свой тыл, но тут никого не было.

- Мы же предупреждали вас об обратном эффекте кумулятивного поля. Ни дна вам, ни покрышки, – продолжал неистовость их любимый фюрер. – Не жалейте снарядов. Они сами сделают свое дело! Главное, попадайте, хоть в кого то. Хоть уже в подбитые корабли, хоть в их обломки! Сейчас важен режим непрерывности.

- Нужно постоянно снимать со щита бородавки и разгружать силовое поле от переизбытка энергии, – послышался раздраженный голос Адама Броуди

Теперь они увидели, что в тыл противнику вышел ушедший на поисковую миссию «Орион». Это было видно по тому, как сходу лопнул щит, а затем и разлетелся на части корпус мощного крейсера, по своим характеристикам приближающегося к классу малого линкора. Этот корабль был вне досягаемости орудий флотилии.

Брызги кумулятивной энергии, до этого бесхозно витающие в пространстве недалеко от вражеских кораблей ринулись на слияние с родственной энергией, проникая вглубь подбитого корабля и вызывая массовые возгорания и взрывы. Досталось щитам и бронированным корпусам, находящихся под его прикрытием, двух поисковых рейдеров. Брызги прошли сквозь щит и прожгли эти поисковые суда насквозь.

В космос обильно полилось жидкое топливо из объемных танков крейсера и одного из рейдеров. Жаль, что оно не возгоралось. Над этой проблемой нужно было хорошенько подумать на перспективу, чтобы использовать в будущем разлившиеся топливо как взрывчатое вещество.

- Что, мать вашу, не понятно, – облаял Янг снова своих боевых товарищей, быстро приводя их в чувство. – Стрелять надо непрерывно!

Пока Эверетт говорил, еще один тяжелый крейсер, спрятавшийся за остовы подбитых ранее кораблей ксеофонтов потерял щит, а потом развалился надвое от прямого попадания и множественных точных выстрелов.

Это послужило сигналом к началу огненной мясорубки.

«Орион», теперь мочил по заюлившему дредноуту. Тот стоял к нему кормой и не мог сразу переориентировать свои орудия в тыл.

- Поздно батенька молиться, пора уже закидывать ноги в гроб, – довольным голосом гундел себе под полковник Янг, забыв отключится от ГГС. – Разлупцуем сейчас тебя, как шведа под Полтавой!

- Это не ксеофонты!

- Смотрите это наши вернулись, – радостно заорал Мэтью Скотт.

С этого момента снаряды скоростных кумулятивных мортир перестали экономить, пробивая ими дыры в обороне противника. Так, чтобы через прожженные насквозь корпуса ранее подбитых линкоров добраться до спрятавшихся за ними рейдеров, крейсеров и самого флагмана.

Месиво набирало оборот. «Орион», присоединившийся к бойне, стал искусно использовать транспортный луч, чтобы очистить внутренности флагмана от живой силы противника.

Вот уже и командир вражеской эскадры полетел в открытый космос. Его можно было узнать по золотистому скафандру, отличающемуся от тех, что носили другие офицеры.

- А вот ты товарищ не торопись, – пропел Лапус, которого неприятельская атака застала на борту «Коварного». Теперь он на правах старшего начальника командовал этим кораблем. – Иди ка к нам в клетку! Там тебе самое место.

Так получилось, что Дейл Волкер тоже оказался на этом корабле, занимаясь с гоблинами усовершенствованием их «вездехода».

Его команда быстро восстановила работу вышедшей из строя системы управления перераспределением переизбытка энергии получаемой от кумулятивного щита. Теперь он был снова в порядке. На других кораблях вряд ли кто мог провести аналогичный ремонт в полевых условиях. Но транспортный луч вновь заработал с новой силой.

Пленному адмиралу хорошенько врезали нервным парализатором, изъятым с одного из подбитых истребителей «Сигары».

Только после этого сабаковидный аристократ упал на колени и выронил из рук плазменный излучатель. Дальше все было просто. Сняли с адмирала скафандр и облачили в тюремную робу их собственного производства.

Как и полагается арестованному. И правильно сделали. Так, как в адмиральском кителе была впоследствии, при более тщательном обыске обнаружена ампула с ядом.

В самом конце боя, когда в строю у противника оставалось два крейсера и три рейдера, произошло еще одно происшествие, чуть было не погубившее корабль древних. Об этом сейчас красноречиво свидетельствовал глубокий шрам идущий по всему левому борту. От форштевня до кормы. Прощальный поцелуй ксеофонтов, в виде импульса облаченного в антиматерию. Пару сантиметров левее и не было бы больше в строю судна, построенного нашими пращурами-Сеятелями.

Пред этим мощный тройной взрыв до предела зарядил кумулятивный щит корабля, которым управлял капитан Скотт. Однако, своевременный выстрел кумулятивной мортиры в сторону недобитого крейсера снял переизбыток энергии, направив его прямиком в сторону врага.

Все вроде было хорошо, но тут сразу же после этого выстрела, под самый занавес боя, по каким то причинам отказал именно кумулятивный щит.

Хорошо, что к этому времени их эскадре удалось начисто вырубить вражеские щиты и установки стреляющие импульсами покрытыми антиматерией. Все, кроме той, что все еще действовала на одной из недобитых секций флагмана. Именно оттуда прилетела смертельная раздача. Первый выстрел прошел мимо цели.

- Мы остались без щита, – крикнул в эфир Мэтью. – Еще одно попадание и нам крышка!

Следующий выстрел антиматерией, каким-то чудом мастер-сержант Грир сбил лобовым выстрелом, из точно такого же оружия. Лоб в лоб. Образовавшееся антивещество, тут же сгорело при соприкосновении с многочисленными обломками корпусов и внутренностей вражеских кораблей витающих повсеместно.