- Отлично, это очень ценная информация. – Крашников почти не дышал. - Что-то еще можете вспомнить?

     - Больше-то и нечего вспомнить, вот только бандита этого… Может она еще с кем гуляла, но беременная только от этого ходила…

     - А у кого можно поподробнее разузнать – хотя бы фамилию этого… бандита? – Крашников ни за что не хотел уходить без информации, он чувствовал, что это именно то, что им нужно.

     - У кого, у кого… да у самой Маргаритки – она-то уж помнит… Кстати – брат ее родной - Юлий, тогда тоже с этими бандитами якшался…

     - А, где этого Юлия найти можно? – Городовая не встречала в бумагах даже упоминания об этом человеке, и потому поспешила записать полученные данные в карманную записную книжечку.

     - Найти его можно на местном кладбище, - ответила одна из старушек и у следователей тут же сделался разочарованный вид, но почтенная женщина продолжила, – сторож он, давно там работает, с тех самых пор как из тюрьмы вышел, лет уж пятнадцать будет…

     - Спасибо вам, уважаемые, вы очень нам помогли, - воодушевленный Крашников поспешил откланяться, пока старушки не стали слишком назойливыми, каждая из них и так уже старалась привлечь к себе как можно больше внимания.

      - Да ежели чего, обращайтесь, - попрощалась за всех лидер группы бабушек. – Найдите убивцу-то… Страшно ж на улицу выйти…

     - Обязательно, уважаемые, живите спокойно.

     18

                  Городское кладбище, со слов бабушек, находилось сразу за городом, в нескольких километрах от дороги, в низине. Городовая всю дорогу была раздражена. Ее выбило из колеи то, что о дяде убитой девушки, да еще и с криминальным прошлым, им стало известно только сейчас, да и то - по чистой случайности. Сколько еще таких упущенных моментов в этом расследовании может быть, одному Богу известно.

                 Выехав на пригорок, с которого должна была быть видна его территория, Крашников, находившийся за рулем, резко затормозил. Городовая тоже мгновенно отвлеклась от своих мрачных мыслей и оторопело смотрела вперед – место, где должно было находиться кладбище, светилось и сверкало, словно перед ними раскинулось большое алмазное озеро и солнце, отражаясь в камнях, отбрасывало блики, ослепительно переливающиеся на глазах изумленных  зрителей.

     - Боже мой, что это?! - Городовая первой произнесла вслух вопрос, возникший у обоих следователей.

     - Я не знаю… Здесь должно было быть кладбище, - только и смог ответить Крашников, обычно знавший ответы почти на все  вопросы.

                   Выйдя из машины, следователи, недоуменно таращились на этот искрящийся оазис, вслух размышляя, свидетелями какого явления они стали. Спустя короткое время они с удивлением поняли, что искрится как раз территория кладбища, и пришли к выводу, что подобный эффект возник в связи с отражением солнца от отшлифованного мрамора многочисленных памятников. Однако, несмотря на полученное рациональное объяснение увиденному, Городовая до глубины души была поражена зрелищем. Крашников был изумлен не меньше, но Оксана отчетливо ощутила, что это явление – знак и что они на правильном пути в расследовании. Делиться возникшей уверенностью с коллегой Оксана не стала, помятуя о том, как недоверчиво он относится к подобным вещам. Помнится, когда она раскрыла ему тайну о своих снах, ему трудно было поверить в то, что Городовая не преувеличивала их ценность, и еще труднее было принять, что нечто неосязаемое, нематериальное, помогло следователю распутать то загадочное дело, которое они тогда расследовали.

                   Усевшись обратно в машину и проехав всего несколько метров, следователи с удивлением обнаружили, что сияние впереди пропало, и перед ними раскинулось обычное кладбище. Эффект алмазного блеска видимо просматривался лишь в определенной точке, проехав которую, его больше нельзя было видеть.

                    Подъехав к кладбищенским воротам и выйдя из машины, следователи немного задержались перед ними, читая тексты с афоризмами о жизни и смерти, выжженные на деревянных табличках, развешенных на воротах. Городовая не часто бывала на кладбищах, но на воротах тех, на которых она бывала, встречались объявления, иногда  цитаты из Библии, но афоризмы - никогда. Странно, что администрация не запретила этого, посчитав безобразием. Читая таблички, становилось очевидным, что тот, кто развесил их тут, относился к жизни и смерти с уважением, но в то же время легко, с юмором, а в частности к смерти - с каким-то странным оптимизмом.

                   Крашников тоже с интересом изучал тексты табличек, рассуждая о том, какими разнообразными способами, исходя из афоризмов, люди реагируют на смерть. Табличек было много – около тридцати, и судя по всему, здесь каждый мог найти ту, которая отражала именно его отношение к смерти. Кроме того, тексты табличек странным образом успокаивали и настраивали на философский лад, читая их, становилось легче осознавать и принимать свою смертность и смертность всего сущего.