Тем не менее ручку окна она все равно протерла, вдруг слой клея мог отойти в тот момент.

Осталось только придумать как выбраться отсюда не через входную дверь. Единственный вариант — через окно в спальной родителей Полли (которые с самого утра и до вечера на работе). Там окна выходят на переулок, где людей почти нет, да и темно там. Только все равно придется открывать окно, хоть Джесс этого и ужасно не хочет.

Как и обычно на том переулке людей нет. Конечно, в такое время все на работе или учебе, на улице ходят разве что единицы, которых здесь и то нет. Но ведь Джесс не может быть полностью уверена в том, что ее никто не заметит.

Все же это единственный возможный вариант исчезнуть из этой квартиры.

Джесс открыла окно, выбралась через него на карниз дома и все-таки попыталась хоть как-нибудь прикрыть окно, также имитируя обычную его приоткрытость для проветривания. Ничего больше она уже сделать не могла. Также девушка протерла подоконник от возможных следов обуви.

И, закончив с окном, Джесс спрыгнула с карниза вниз. В такие моменты Джесс действительно начинает ценить свои способности. Все-таки спрыгнуть с высоты седьмого этажа без какого-либо вреда для себя мало кто сможет.

И, коснувшись земли, Джесс скрылась с этой улицы. Спокойным шагом, не торопясь. Хоть с обратной стороны улицы уже и слышались сирены скорой, которые звучали для девушки как прекрасный звук завершения ее задания, заданного ею самой себе. Оттого настроение резко улучшилось, и девушка даже проронила тихий смешок.

— Д…Джесс?.. Почему ты улыбаешься?.. Это… Это ты ее убила?.. — полушепотом спросил Сай. Ответ же он не особо хотел услышать.

— Я?.. — с легкой улыбкой переспросила Джесс. Но, как парню и хотелось, она не ответила. Лишь повернула голову обратно прямо, уставилась на директора, зачитывающего речь. Улыбнулась чуть шире.

От этой улыбки Саю стало совсем не по себе, а по спине пробежал холодок, да такой, что аж передернуло.

— Зачем?..

— Она не хотела извиняться. Ей был нужен не ты, а твоя популярность. Своим письмом она скорее хотела прекратить издевательства, а не получить прощение от тебя. А тебе она приписала те поступки, о которых ты и думать не смеешь. Разве не мерзко? Миру будет лучше без нее, — непринужденно ответила Джесс.

— Скажи, что ты думаешь насчет этого своего поступка? — спрашивал девушку психиатр. — Ты поступила хорошо или плохо?

— Я думаю, я поступила справедливо. Если кто-то попытается испортить жизнь человеку, то пусть получает по заслугам, а то и в большем объеме. Я считаю, что она заслужила.

— Джесс, тебе не дано судить людей.

— Да, но мне дано их уничтожать.

========== 37 часть. ==========

— Джесс, скажи, — обратился к ней психиатр. — Почему ты знала, как нужно действовать, чтобы подстроить самоубийство?

— Потому что я интересовалась этим. Я уже давно изучаю работу полиции, и знаю, как они определяют, где убийство, а где самоубийство. А с такой дурой, как эта Полли, провернуть все было даже слишком легко. Даже не пришлось заставлять писать ее предсмертную записку. Хотя если бы я ее заставляла, это тоже было бы заметно.

— И поэтому ты соврала ей про «помощь»? Джесс, это называется манипуляция.

— Я знаю. Разве не здорово? — девушка с довольным видом откинулась на спинку стула, посмеялась. — Хах, она была слишком доверчивой. И тупой. Думаю, это даже хорошо, что на одного тупого, заносчивого человека в этом мире стало меньше. В конце концов, моя миссия в этой жизни — зачищать общество.

— Даже если так, твоя задача — истреблять преступников. Как твоя одноклассница к ним относится?

— А разве клевета никак не должна наказываться? Я ведь это ради справедливости сделала! Сейчас, когда я поняла свое предназначение, я даже немного горжусь собой. Это ведь… Важно… А если я, например, займусь не какими-то обычными преступниками, а людьми, которые занимаются куда более крупными преступлениями? Например, какими-нибудь наркобаронами… Или… Или продажными бизнесменами, из-за которых зачастую страдают люди… Или политиками! Сколько же пользы я могу принести! Кто, если не я? Мне дано столько возможностей, так почему я не могу ими воспользоваться чтобы принести пользу?

— «…Наблюдается развитие сверхценной идеи»… — пробубнил врач, записывая под собственную диктовку это в тетрадь. — Джесс, у тебя серьезные проблемы.

— Нет. Не у меня. Серьезные проблемы будут у серьезных плохих парней, когда я наконец возьмусь за дело.

Само собой эту внезапную смерть школьницы в уже знакомой школе никак не мог упустить из виду Уоллис. Хоть и узнал об этом случайно. Но как же он был рад это слышать! Только вот радость быстро пропадала после слов Тома: «Забудь, тебя теперь и близко к этой школе не подпустят». Но конечно же Чаку было все равно. Он намерен каким-нибудь образом договориться с полицией, чтобы ему доверили хотя бы участвовать в расследовании обстоятельств самоубийства девушки.

Конечно же Чака в первую очередь зацепил тот факт, что это случилось в школе, в которой учится его главная подозреваемая по делу серийных убийств преступников. Только лишь из-за этого факта он намерен добраться до свежего дела.

Хотя Чак понимает, что если он скажет об этом — его вряд ли допустят до работы над этим расследованием. Правда, копы в участке уже и без его слов догадались, почему вдруг этот тип снова тут объявился.

— Опять учуял что-то «неладное», Уоллис? И это просто потому что это произошло именно в этой школе? Угомони свою подозрительность, — говорил ему начальник отдела.

— Я не утверждаю, что это как-то связано с моей подозреваемой, но да. Мне интересно, — отвечал Чак. — Но я в любом случае могу помочь расследованию. Люблю самоубийства! Это прямо-таки одна из моих любимых тем.

— Боже, Джанет, посмотри на этого ненормального… — начальник прикрыл лицо рукой, обращаясь к своей сотруднице, которая только что подошла к нему передать документы. Чак же ей игриво подмигнул, отчего девушка немного смутилась, но заулыбалась.

— Там все предельно просто: девочка оклеветала парня, его поддержала вся школа и начала травить девчонку, из-за чего она покончила с собой. Боже мой, обычная подростковая дурость, ничего интересного.

Нет, это не остановило Чака. Пусть начальник участка и сначала отказывался включать Уоллиса в команду копов, которые занимаются этим делом, он все же слишком быстро сдался. Но и правда — участие Чака вряд ли может как-то помешать расследованию. Даже наоборот. В конце концов с ними будет работать мозговитый тип, благодаря которому это дело даже, скорее всего, быстрее закроют. Это ведь и на статистику раскрываемости может хорошо повлиять. Единственной загвоздкой было лишь недавнее отстранение Уоллиса от некогда его дела.

В итоге Чак, как и остальные полицейские, начал собирать информацию о всех, кто особенно сильно мог повлиять на решение девушки покончить с собой.

— Кто тебе сказал, что у меня сегодня день рождения? — удивился Генри.

— Джесс сказала. Говорит, тебя никто не поздравляет, а раз мы теперь дружим, то я должен знать, — с улыбкой ответил Сай. А это удивление Генри на его лице было даже немного приятно видеть — как-никак он действительно не ожидал того, что кто-то будет поздравлять его с днем рождения.

— Да ты что, — он, развернувшись, уперся спиной в забор, сложив локти на горизонтальные прутья. — И… Значит… Ты пришел меня поздравить? Серьезно?

— Да, а что такого? — Сай же сел на скамью.

— Это… Так непривычно. Меня разве что в детстве поздравляли, лет до десяти. Потом все забили, — Генри решил также сесть на скамью. — Ну, а теперь, ровно шесть лет спустя, хах… Кто-то да решился снова меня поздравить.