– Ох! – она взмахнула руками, моментально нахмурившись. Её губы беззвучно шевелились, проговаривая только ей ведомое. Гарри недовольно щёлкнул пальцами возле лица Гермионы, возвращая девушку в реальный мир, – прости, ты просто очень точно описал необычный эффект пыльцы. И, нет, фею нельзя. Нежные создания! Не позволю над ними издеваться, заставив жить в закрытом помещении.
– Вся в работе, а когда же ты вернулась? Как Джордж? – Гарри подвинул чашечку чая ближе к руке девушки, та благодарно взглянула на друга, приятно удивлённая такими джентльменскими манерами друга.
– Давай позже с тобой обсудим, как проходит моя работа, и как поживает Джордж, – девушка кинула хитрый взгляд на друга, но быстро взяла себя в руки, продолжая: – Я вернулась только что. Скажи-ка мне, пожалуйста, мой дорогой друг, почему вся Магическая Британия стоит как на иголках, потому что от тебя нет больше весточек. Ни-че-го, Гарри! Что происходит?! Знаешь, как сильно я испугалась, когда неделю назад мне пришло сообщение от Рона, что ты пропал и не выходишь даже с ним на связь. Я пыталась писать Джинни, но моя сова каждый раз возвращалась ни с чем, – она нахмурилась, а чашка в её руках слегка затряслась от сдерживаемых эмоций. – Мне только сегодня удалось вырваться и аппарировать в Нору.
– И что там? – Гарри полностью проигнорировал речь девушки, сосредоточившись только на последнем событии. Гермиона бросила на него долгий, пронизывающий взгляд.
– Ничего, – односложный ответ не удовлетворил любопытство парня, но он решил всё же дать волю девушке: отчитать и рассказать то, что посчитает нужным. Гермиона грустно вздохнула и отставила чашку в сторону: – Я не глупая, Гарри. И скорее всего, догадываюсь
о причине столь поспешного побега, – они обменялись взглядами, которые говорили больше, чем слова. – Честно говоря, я надеялась увидеть тебя в более жутком состоянии, зная, как ты любишь принимать всё слишком близко, но… Я рада. Правда рада, что ты держишься. Но всё же! – вернувшись к воинственному тону, Гермиона недовольно пробуравила потупившегося парня взглядом. – Не сказать никому ни слова! Я, конечно, польщена, что удостоилась такой небывалой чести и ты пустил меня в свои хоромы! Но! Как же Молли? Она места себе не находит: дочь – пропала, отписываясь односложными ответами; зять – вообще не выходит на эту самую связь.
– Прости, – Гарри пересел с кресла на диван, оказываясь в объятиях подруги. Парень чувствовал невероятную вину за то, что совсем не отписал друзьям. Конечно, в тот момент он никого не хотел видеть, но прошло уже достаточно много времени, чтобы смириться с произошедшим и найти в себе силы отписать близким людям, – я дурак и эгоист, со слишком обострённым чувством справедливости. В общем, качества достойные обоих факультетов, правда? – Гермиона засмеялась, отодвинувшись от парня. Девушка отвела тусклый взгляд в сторону, видимо, собираясь с мыслями, пока Поттер задумался совсем о другом: Малфой, ведь получается, так же на него обиделся? За его грубые слова? Можно было сказать правду не настолько грубым тоном, голосом, а он… Придурок, как любил говорить Драко. Гарри поступал по-свински: даже спустя неделю он банально стыдился своей эгоистичности, и того, что на помощь ответил столь резкими словами.
Кто, как не Малфой заслужил хоть каплю уважения и понимая? Возможно, Гарри сможет довериться парню, который многое пережил и довольно сильно изменился… А пока что Гермиона наконец-то повернулась лицом к Поттеру, посмотрев теперь на него слегка лукавым взглядом.
– Да, это точно. Ты теперь в порядке? Твой слегка взъерошенный и измученный вид из-за Джинни? – теперь Гермиона лучилась заботой и пониманием. Неожиданная смена эмоций дезориентировала Гарри, который ещё пребывал в мыслях о Малфое.
– Нет. На самом деле, мне уже не настолько плохо, но воспоминания до сих пор причиняют боль, – нахмурился Гарри, – у меня просто не было особо времени задумываться об этом. Ты же знаешь, что у меня много работы, как у тебя, и у Рона. Трудоголики, никак иначе.
– Рон… С ним я поговорю отдельно, – зло проговорила Гермиона, – ты знал, что он раскрутился на твоём исчезновении? Пока я была в Норе, мне удалось прочитать пару статей в «Ежедневном пророке», где Рон клятвенно заверял Скитер, что уже сформировал поисковый отряд и скоро отправится на твои поиски.
– Подожди! Но, ведь мне говорил Мал… Малкин, – быстро исправился Гарри, что не укрылось от девушки, которая нарочно не подала виду такой заминке, – мой сосед, – неловко разъяснил Поттер. – Рон на колдографии кичился моей запиской перед народом, которую я прислал ему вместе с его сычом.
– Вот как, – Гермиона понурила взгляд, – твой сосед тебе наврал. Не было такого выпуска. Рон просто сыграл на твоём исчезновении. Тебе стоит с ним поговорить, с Роном, я попытаюсь вставить ему мозги на место, но… Если он знает, что произошло с тобой и Джинни на самом деле, и он уверен в твоей безопасности… Впрочем, это ничего не значит, в любом из этих случаев, Рон выглядит нелицеприятно, – рассуждала в голос девушка, не отводя от своих сжатых пальцев взгляда. – А ещё твой сосед, Малкин, да? – безразлично спросила Гермиона, переходя на интересующую её тему. – Мне безумно интересно узнать, с чего бы тебе врали незнакомые люди, ведь в таком свете, как тебе преподнёс сосед – Рон выглядел аврором, который успокаивал переживающий народ.
Поттер задумался над словами Гермионы. В тот вечер, когда он пьяный слушал Малфоя, парень резко перешёл от щекотливой темы и слишком весело рассказывал о новостях с Пророка; Гарри, что воспринял близко к сердцу факт того, что Рон рассказал всем о его записке и обнародовал информации переданную только ему. Да, Поттер так же подумал о том, что друг захотел слегка показать свою значимость перед другими, как его товарища, но даже тогда новость воспринялась не в таком негативном ключе, как сейчас, от Гермионы.
– Не думаю, что Рон хотел сделать что-то плохое, – кого именно успокаивал Гарри: себя или Гермиону? Он не мог понять. – Давай сначала всё обсудим с Роном? Поговорим и узнаем, но позже. Меня пока что не сильно волнует Рон и его интервью со Скитер, – скривился парень при имени его «любимой» журналистки.
– Согласна, – положительно кивнула Гермиона, – сначала поговорим непосредственно с Роном, а жуку я бы не доверяла, мало ли что она захотела написать в своей третьесортной газетке, – фыркнув, девушка снова решила поменять тему: – Познакомишь с соседом?
– Зачем тебе это? – удивлённо вытаращился парень, опешивший от такой резкой смены оттенка разговора: в один момент они предавались невеселым мыслям о Роне, а теперь Гермиона лукаво поглядывала на него, хоть и пыталась сделать безразличный вид.
– Как зачем? – театрально вскинула брови Гермиона. – Выведать мотивы! Зачем он тебе соврал? М? Тебя самого это не интересует? А вдруг он хотел заполучить твоё расположение в угоду себе?
– Мио, слишком много вопросов, – недовольно скривился парень. Он недавно корил себя за то, сказал правду Малфою, а теперь врёт подруге о Малфое. Абсурд какой-то получился. Гарри не любил врать, потому что не умел это делать. А из-за своей доверчивости ещё и велся на откровенную ложь – потому в обоих случаях ему было омерзительно. На данный момент от самого себя.
Гарри жалостливо посмотрел на девушку, но язык у него так и не повернулся соврать, что Малкин якобы шестидесятилетний старик, потому у него может быть проявлением маразма. Скинуть свою оплошность, когда случайно упомянул в разговоре версию Малфоя-Малкина на старческую болезнь…
– Пытаешься совладать с собой и попытаться мне соврать? – пытливо спросила Гермиона и резко подорвалась. Гарри с тревогой смотрел на вышагивающую из стороны в сторону девушку, чувствуя снова всепоглощающий стыд. – Просто скажи мне правду. Я работаю с магическими создания уже пятый год, думаешь, я не могу прочитать человеческие эмоции, когда в моем подчинении сотни разных зверушек? Гарри, мы давно друг друга не видели, но это ведь не повод терять между нами доверие! Мне хочется быть тебе другом всегда, знать о всех твоих горестях, чтобы иметь возможность помочь!
