Харли обхватила себя руками. "Я не влюблена в Джокера. Больше нет! Ты просто не понимаешь. Он не всегда был тем монстром, которого ты встретил. Одно время он был весёлым парнем. Когда я впервые присоединилась к нему, нам с ним было весело. Мы сделали город краснм. Буквально. С помощью красной латексной краской и всем прочим. Мы нарисовали усы на всех лицах на рекламных щитах. Мы бросили взрывчатку в фонтан в центре Готэма и смотрели, как он обрызгивает водой всех богатых людей, выходящих из модного концерта. Никто не пострадал, но, боже, они выглядели забавно, все мокрые и со стекающей с них водой. Это было невинно и весело."

Рон продолжал смотреть на Харли, и через мгновение она не смогла выдерживать его взгляд и отвернулась. "Ладно, может быть, это небыло невинным развлечением, и та часть, где никто не пострадал, длилась не так уж долго, но это было захватывающе и ново. - Она печально вздохнула. - Ты просто не понимаешь."

"Не понимаю? - Заявил Рон. - Я познакомился с Ким в детском саду. Я был один и почему-то никому не нравился. Даже будучи маленьким мальчиком со всеми этими глупостями типа 'девчонки мерзкие', я знал, что Ким - богиня в человеческом обличье. Рыжие пылающие волосы, независимая до такой степени, что большинству взрослых никогда не удается такими стать, и с жаждой приключений, независимо от их формы.

Когда она сказала мне, что я странный, но ей нравится странное, я почувствовал, что умер и попал в рай. Годы и годы я был с ней рядом, совместно смотря телевизор. Меня затаскивали в торговый центр, чтобы она могла сделать покупки. Когда мы стали старше, шёл за ней в миссиях 'спасти мир'..." - Рон сделал паузу и сам вздохнул.

"Ты всё ещё любишь её." - Выдохнула Харли.

"Нет. Больше нет. Я люблю время, которое мы провели вместе, но она изменилась. Она менялась так медленно, что я даже не заметил этого, пока не стало слишком поздно. Мы теперь слишком разные, чтобы когда-либо вернуть то, что у нас было, и меня это вполне устраивает. Люди меняются, они эволюционируют и двигаются дальше. Я понимаю это, но....."

"Ты оплакиваешь потерю того, что когда-то было." - Харли закончила.

Рон кивнул.

Харли прикусила край своей губы жемчужно-белым зубом. "Ты понимаешь. - Наконец сказала она, снова посмотрев на Айви. - Она нет."

Рон наконец смягчил выражение своего лица и поднял руку, что была ближе к Харли. Она почти инстинктивно придвинулась к нему, и Рон обнял её за талию. "Раньше Айви никому раньше не позволяла приближаться к себе. Я действительно верю, что ты первый человек, которому она открыла своё сердце. Так то чтоты плачешь из-за утраты своего и Джокера прошлого ударило по ней, как самое сильное предательство. Она, вероятно, спрашивает себя, любила ли ты её когда-нибудь так, как она любит тебя, или если бы с ней что-то случилось, плакала ли бы ты по ней так же сильно, как о Джокере."

Харли снова с ужасом посмотрел на профиль Рона. "Если что-то случится с Айви, я умру, Рон. Она значит для меня всё. Джокер, возможно, моё прошлое, но Айви и вы все - это моё настоящее и, надеюсь, всегда моё будущее."

"Тогда, я думаю, нам нужно убедиться, что она это знает. Не так ли?" - Сказал Рон, направляясь туда, где сидела Плющ, таща за собой блондинку. Он остановился, когда почувствовал, что Харли сопротивляется движению.

"А что, если она отвергнет меня, Ронни? Что, если она решит, что ей надоело возиться со всеми моими проблемами и она предпочла бы остаться со своими растениями? Я не могу этого сделать, Ронни. Я не могу сейчас смотреть ей в глаза."

Рон крепче обхватил Харли за талию и не дал ей убежать. "Харли. - Твердо сказал он. - Ты гораздо умнее. Ты знаешь, что если позволишь этому разрастись между вами двумя, то всё только ухудшится."

Харли приложила ещё немного усилий, чтобы отойти от Рона, прежде чем сдаться и позволить ему практически притащить её к Айви. "Но я боюсь, Ронни.-" Она заскулила чуть громче шепота.

"Ты? Харли Куин? Я думал, ты никогда ничего не боишься." - Слегка поддразнивая, сказал Рон.

"Я боюсь гораздо больше, чем показываю, Ронни. Я просто скрываю это, играя дуру и шутя."

По мере приближения к сидящей Айви, они оба становились всё тише и тише. Она сидела среди растений, поджав ноги и закрыв глаза, и ждала первых лучей рассвета. Рон и Харли не могли удержаться, чтобы не посмотреть на запад, когда солнце поднялось над холмами и долина наполнилась светом. Ни один из них не был так близок к растениям, как Айви, но оба чувствовали, как мир вздыхает, когда начинается день. Через мгновение после того, как солнце осветило долину, за ним последовал легкий ветерок, и теплый воздух устремился вниз, рассеивая легкий ночной холод.

Рассвет и сумерки были поистине волшебными временами, и было трудно не стать захваченным этим моментом.

Но, как и все мгновения, этот должен был закончиться.

Айви открыла глаза и посмотрела на Рона. "Ты заставил её прийти ко мне, нет?"

"Привет, Рэд." - Сказала Харли, пытаясь улыбнуться.

Айви не ответила на её улыбку, и Харли, казалось, поникла. "Я хотела поговорить с тобой сегодня утром, но ты ушла."

Айви продолжала сидеть, скрестив ноги, и смотреть на неё снизу вверх. "Я подумала, что ты, вероятно, захочешь навестить тело Джокера сегодня утром."

Харли вздрогнула. "Нет. Я не смогла бы, даже если бы захотела. Бебе не расскажут мне, куда они его положили."

Лицо Айви стало ещё жестче. "Так ты спрашвала."

Харли не могла встретиться взглядом ни с ней, ни с Роном, поэтому уставилась в землю. Она почувствовала, как ножи вонзились в её сердце, когда заметила, что крошечные растения и виноградные лозы на земле действительно отклонились от неё, как будто они тоже избегали её. Учитывая, что они улавливали эмоции Айви, они, вероятно, делали именно это.

"Плющ. - Твёрдо сказал Рон. - У Харли и Джокера было общее прошлое. Ты не можешь осуждать её за то, что она печалится о том, что всё закончилось."

"Я не могу? - Холодно ответила Айви. - А тебя это не беспокоит? Женщина, которая постоянно находится в твоей постели, может быть, втайне ненавидит и презирает тебя за то, что ты убил её драгоценного клоуна? Разве ты не будешь удивлён, если однажды ночью она не вытащит нож из-за спины и перережет тебе горло в пародии на улыбку, чтобы отомстить за своего драгоценного циркового урода?"

Да, Айви была намеренно жестокой и злобной по отношению к Харли и даже Рону, но ей было больно.

Это ранило её сильнее, чем она когда-либо могла подумать.

Времена, когда Харли приходил к ней после того, как Джокер чуть не избил её до смерти, и она проводила время, ухаживая за Харли, чтобы вернуть ей здоровье только для того, чтобы увидеть, как блондинка возвращается к своему драгоценному Мистеру Джею, как только она была в состоянии это сделать.

С каждым разом Айви всёбольше и больше влюблялась в игривую блондинку, но её отвергали, когда она возвращалась к клоуну-убийце. В последний раз, когда Харли пришла к ней, и Айви подумала, что в этот раз она не сможет вытащить Харли от порога смерти, и на уже приказала своим растеним начать копать участок в саду для останков Харли и только благодаря чуду смогла спасти ей жизнь. Несмотря на это испытание, Айви пыталась закалить своё сердце, готовясь к тому, что Харли объявит, что на самом деле мистер Джей ни в чём не виноват и в этот раз всё будет по-другому. Просто подожди и увидишь. Айви была готова к этой рутине ещё раз только для того, чтобы Харли сказала ей, что она, наконец, покончила с Джокером, знает, что у Айви есть чувства к ней, и она ответит на эти чувства. Плющ наконец-то позволила себе полностью влюбиться в Харли.

Но даже в этот момент радости в глубине её сердца всегда таился глубокий страх, что однажды Харли снова бросит её ради Джокера.