Поскольку мы были совсем рядом со стройкой, слева от тропинки, в траве валялась сломанная лопата. Удивительно, что она пролежала здесь так долго, чтобы теперь пригодиться мне подобным образом. Не раздумывая ни секунды, я подняла ее, успев как раз вовремя.
Этот чокнутый уже схватил Роксану обеими руками, и громко клацая зубами, пытался, кажется, ее покусать, когда я со всей силы огрела его сзади, попав по спине и плечам.
Но вместо того, чтобы упасть без чувств, или хотя бы закричать из-за боли, он только еще сильнее разозлился, кинувшись теперь уже на меня, с совсем уж нечеловеческой яростью.
Я встретила его еще одним ударом, попав по груди, и на этот раз, он все-таки упал, отлетев при этом на несколько метров.
Роксана, широко открытыми от ужаса глазами, смотрела то на меня, то на лопату, то на распластанного мужчину, который, как я была уверена, пролежит так еще несколько минут.
Не теряя больше времени, я схватила подругу и потащила ее по тропинке, подальше от этой чертовой стройки с ее закрытыми рейвами и сшибающими мозги препаратами.
Однако то ли этот незнакомец оказался слишком сильным и выносливым, то ли повышенный болевой порог был одним из действий препарата, но не успели мы сделать и шагу, как он вновь поднялся.
Сейчас его движения уже не были настолько молниеносными, но если он выдержал два неслабых удара лопатой, не стоило его недооценивать. И, кроме того, он стоял прямо посреди тропинки, перекрывая наш путь к спасению.
Теперь мы оказались в очень неприятной ситуации.
Справа густой стеной росли колючие кусты, прорваться через которые, с учетом каблуков Роксаны и общей открытости наших нарядов, было совершенно невозможно. Слева же была проклятая стройка, а впереди маячил этот наркоман с поехавшими мозгами.
Я хотела вернуться к той дыре в заборе, через которую мы сюда попали, но сзади на тропинку, откуда ни возьмись, выскочил еще один мужчина, перекрывая нам путь к отступлению. Выглядел он таким же сумасшедшим, как и первый, и теперь мы оказались зажаты между ними.
Нам не осталось другого пути, кроме как пробежать через стройку, потому что справиться сразу с двумя я вряд ли бы смогла. Надеясь, что они нас все же не догонят, мы с Роксаной что есть мочи кинулись прочь.
Сделать это было гораздо труднее, чем сказать, учитывая высоту каблуков Роксаны и то, как сильно я вымоталась на дискотеке.
Двое, что были сзади, легко нас настигли, а из-за перекрытий и балок выскочило еще столько же, взяв нас в круг.
Они наступали, сжимая кольцо. Я остановилась, приготовившись отбиваться от них, но Роксана потянула меня за руку к чернеющей лестнице, ведущей куда-то вниз. Вряд ли это было хорошей идеей, но других у нас сейчас не было.
Я пропустила подругу вперед и отбив атаку одного из них, поспешила за ней.
Роксана посветила вокруг телефоном. Мы оказались на подземном этаже, практически достроенном. Фонарик высветил широкий и длинный пыльный коридор, конец которого терялся в темноте. Немного странно для будущего торгового центра, где обычно не бывает таких вот закрытых комнат, а перегородки между отделами и вовсе иной раз не достают до потолка.
Наркоманы продолжали наступать, а я изо всех сил от них отбивалась. Несмотря на то, что с виду эти психи были довольно худыми, сила у них была немереная, а боль они словно и вовсе не чувствовали. Только чудо и лопата, которую я по-прежнему крепко сжимала в руках, позволили нам устоять против них. Но долго так продолжаться не сможет.
Роксана побежала прямо по коридору, и я поспешила за ней. На потолке тускло замерцали лампы, работающие от движения, и фонарик перестал быть нужным.
Еще одна странность. Откуда в этом заброшенном здании могло взяться электричество?
Впрочем, это меня сейчас волновало меньше всего. Я молилась, чтобы коридор вывел нас хоть куда-нибудь, а не оказался тупиком, потому что эти больные наркоманы то и дело пытались нас покусать, при этом издавая дикое рычание.
На ум невольно пришли фильмы про ходячих, но у этих не было оторванных рук, или каких-то других ран. Да и двигались они явно куда быстрее, чем стандартные киношные зомби.
А значит, это были самые обычные люди. Ну, пусть не совсем обычные, а невероятно сильные и конкретно свихнувшиеся, с красными (видимо как раз от наркотиков) глазами, но все же, просто люди.
Коридор, наконец, закончился, к счастью, не тупиком, а закрытой дверью, из-за которой доносилась громкая музыка. Да, когда мы спускались сюда, мое сердце так громко билось от страха, что я не слышала ничего, кроме этого стука и шума крови в висках.
А сейчас, выходит, мы все же попадем прямиком на этот рейв.
Чертов рейв с его запрещенными препаратами, которые делают из людей взбесившихся животных.
Роксана замерла около самой двери, не решаясь ее открыть. Впрочем, я тоже не спешила делать этого. Если и другие там приняли нечто подобное, то даже не могу себе представить, что же там сейчас творится!
– Хоуп, – голос Роксаны дрожал от страха, – как-то мне уже совсем не охота на этот рейв.
– Да, эти парни желания не прибавляют, – кивнула я.
Руки мои тряслись, и я едва держала свое импровизированное оружие, прикладывая всю силу воли и соскребая остатки храбрости, чтобы заставлять себя отбиваться от нападений.
– И что же мы будем делать дальше?
– Не знаю. Но надо что-то решать. Я не хочу, чтобы меня покусали эти странные личности. Вдруг они бешенные?
Этот короткий разговор отчасти помог мне успокоиться, хотя события складывались явно не в нашу пользу.
Мы прижаты к двери, за которой все так же грохотала музыка, а наркоманы наступали, отрезав нас от выхода. Все-таки спускаться вниз было действительно глупой идеей.
– Это точно люди? – прошептала Роксана, глядя на них широкими глазами.
А они в нерешительности замерли, словно специально давая себя получше рассмотреть.
Несмотря, на то, что я по несколько раз приложила каждого из них лопатой, они все еще были на ногах, словно у них начисто отключен болевой порог. Тусклый свет лампы причудливо отражался в их глазах, заставляя их сверкать диким, как у животных, красным огнем.
Я разглядела их перекошенные злобой лица и рты, залитые чем-то черным, что текло с губ по подбородку и дальше на шею. Одежды у них были запачканы грязью, словно они увлеченно валялись по полу.
– Знаешь, теперь я сомневаюсь, – с некоторым запозданием ответила я и шумно сглотнула.
– Не хотела бы я это выяснить.
– Полностью с тобой согласна. Я не знаю, что за дверью, но я знаю, что здесь, и это меня вовсе не устраивает.
Наркоманы стояли в нерешительности, словно боясь переступить какую-то невидимую черту.
Впрочем, я не была уверена, что это действительно сможет их задержать.
Все-таки, я больше доверяла реальным стенам, которые можно потрогать. Поэтому мы с Роксаной не стали дожидаться того момента, когда они смогут преодолеть свою внезапную стеснительность. Распахнув дверь, оказавшуюся довольно тяжелой, мы поспешили скрыться за ней.
Глава 2.
Здесь было гораздо светлее, чем в коридоре, и первые несколько секунд я часто моргала, пытаясь привыкнуть к такой неожиданной и резкой смене освещения. Музыку, которую мы слышали еще снаружи, кто-то выключил, как только дверь за нами закрылась.
Глаза, наконец, привыкли к этим чересчур ярким лампам, и я смогла немного оглядеться. Мы находились в довольно большом подвальном помещении, но рейва, на который так жаждала попасть Роксана, тут не обнаружилось.
Вместо этого…
Черт, я даже не знаю, как это описать.
Первое, что бросалось в глаза – это темно-красные пятна по всем стенам и на полу. Пятна, похоже на краску, местами свежие, но кое-где уже начавшие подсыхать, свернувшиеся черно-бурыми комками.
Когда же я все-таки смогла оторвать взгляд от одного из таких пятен, где эта густая бордовая жидкость медленно стекала струйками по стене, меня привлекло другое.