Драко ничего не мог сделать, кроме как ждать и молиться, чтобы не кончить всего от пары недоприкосновений, но Поттер пока не торопился. Он лизал и ласкал, медленно расстёгивая пуговицу на брюках Драко и скользя вниз по молнии, облизывая языком шёлк его боксёров — темно-красный шёлк, что было неловко, потому что формально Драко ненавидел красный. Он играл с темно-русыми волосами промежности Малфоя, прижимаясь к ним лицом и — о милый Мерлин — вдыхая запах. Первое прикосновение пальцев Поттера к обнажённой коже члена Драко заставило его вздрогнуть и сказать: «Черт!» довольно громко — он сказал это твёрдо, уж точно не хныкая.

Щеки Драко вспыхнули, когда Поттер обхватил рукой основание его члена и уставился на него так, словно это было невиданное чудо, а не стандартная деталь мужской анатомии.

— Я думал, что он будет меньше, — сказал Поттер грубым голосом, пристально глядя на член Драко. В его голосе не было разочарования.

— Это потому, что ты самовлюблённый кусок дерьма и думаешь, что твой самый большой, — не удержался Драко, хотя тут же пожалел об этом, потому что забыл, как важно не оскорблять Поттера прямо сейчас.

========== Часть XIII ==========

Поттер поднял голову, его губы дрогнули, а глаза заплясали. Драко решил, что Поттер дразнит его, но, задумавшись более серьёзно, он осознал, что в данном взгляде был скрыт комплимент. Это было довольно необычно, и заставило парня глупо улыбнуться, когда странное приятное чувство поселилось в его животе. К счастью, Драко не пришлось обдумывать причины возникновения этой странной реакции, потому что Поттер наклонился и губами коснулся головки его члена.

Драко наблюдал, как губы Поттера растягиваются вокруг него, прежде чем язык коснулся чувствительного кончика, посылая ручейки удовольствия по телу. На этот раз он не смог сдержать своего жалкого всхлипа и схватился липкой рукой за рубашку, чтобы не вплести пальцы в волосы Поттера. Поттер поднял голову, его губы все ещё обхватывали член Драко, глаза улыбались — хотя рот не мог — и он снова завертел языком, дразня, прежде чем слегка пососать. Член Малфоя дёрнулся, так же страстно желая проникнуть в рот Поттера, как и он сам, но Поттер отказался от них обоих.

Жестокий мерзавец явно намеревался помучить Драко.

Поттер посмотрел вниз и высунул язык, крепко облизывая и лакая жидкость, которая собралась на кончике. Вид языка и рта, скользящих по головке его члена, сводил с ума так же, как вид верёвки, обёрнутой вокруг шеи Поттера; казалось, что верёвки по воле судьбы были здесь, словно предназначены для того, чтобы доставить Драко удовольствие.

Но он не мог ими воспользоваться.

Больше всего на свете ему хотелось потянуть за верёвку, заставить Поттера открыть рот и позволить себе войти внутрь, но он знал, что не сможет этого сделать, не рискуя полностью потерять из власти рот Гарри. Рот, который целовал, и язык, который влажно лизал его член, что было приятно и выглядело впечатляюще.

Но этого было недостаточно.

Драко был полон решимости не потерять Поттера, прежде чем он хотя бы раз протолкнётся в этот тёплый рот. Ему казалось, что он стоит на краю пропасти, безуспешно пытаясь спрыгнуть, и некому его подтолкнуть.

— Поттер, — прошептал Драко, или, по крайней мере, ему так показалось; слово звучало так, словно исходило из чужих уст; парень даже не знал, что его голос может быть таким низким.

Поттер поднял голову и милостиво взял головку члена Драко в рот. Драко затаил дыхание, на секунду застигнутый врасплох странной мыслью, которая пыталась убедить его, что образ Поттера — растрёпанные волосы и очки, тонкие губы вокруг члена, рубашка почти свисает с плеч, а кожа на шее красная из-за верёвок — был самым прекрасным видением, которое он когда-либо видел в своей жизни. В этот момент Поттер выглядел определённо привлекательным. Данная мысль была не только странной, но и совершенно безумной, но она была прямо там, в голове Драко, как будто кто-то злобно наколдовал её — ведь он явно не мог думать об этом по своей воле — и втолкнул в голову Малфоя.

Жеманные молодые девочки находили Поттера привлекательным, как же они были глупы и неправы; это был эмпирический факт. Почему вообще такая мысль пришла ему в голову, угрожая превратить его в одного из поклонников Поттера?

Однако в следующий момент Драко перестал беспокоиться об этом. Поттер отстранился, ухмыльнулся, а затем продолжил лизать кончик члена Драко, как будто это было единственное, что он умел делать; как будто у них было все время мира; как будто Драко не был дрожащей развалиной, желающей кончить. Рука Драко сжалась в кулак; левая жаждала схватить Поттера за волосы и толкнуть вперёд, а правая отчаянно хотела дёрнуть за верёвку и притянуть придурка поближе.

— Поттер, — прорычал Драко, довольный тем, что это прозвучало довольно устрашающе.

Однако Поттер явно так не думал; он снова посмотрел на Драко с той же безумно весёлой улыбкой, прежде чем взять головку чужого члена в рот. Не двигаясь, не посасывая, даже не облизывая, он просто держал член Малфоя во рту, выжидающе глядя на того.

Чёртов ублюдок.

— Ну пожалуйста! — тихо попросил Драко, убеждая себя, что все нормально, ведь никто, кроме Поттера, никогда не узнает, об этом. Что было глупо, так как Поттер был первым человеком, которого Драко не хотел видеть в момент своей слабости.

Поттер немного покрутил языком, а затем отстранился.

Драко чуть не разрыдался. Наверняка, он всхлипнул вслух; он был почти уверен, что сказал «пожалуйста» ещё несколько раз, но безрезультатно.

Поттер неторопливо провёл губами по кончику члена, прижимаясь к нему поцелуями — гребаными поцелуями. Правая рука Драко дёрнулась, резко потянув голову Поттера вперёд, его рот стал достаточно гибким, чтобы член Малфоя проскользнул внутрь.

Драко замер, испугавшись, что Поттер полностью отстранится; в конце концов, поцелуи и облизывания — лучше, чем ничего. Но Поттер не отстранился — он застонал. Гарри застонал, прежде чем снова посмотреть на Драко с тем же выжидающим взглядом, который ранее заставил Малфоя умолять о большем. Смущённый и удивлённый, Драко снова потянул за веревку, осторожно, на случай, если он ошибся, и Поттер охотно придвинулся ближе, позволяя Драко управлять им.

Драко снова потянул за верёвку, его член легко скользнул в ожидающий рот Поттера, а зрение потемнело, когда Поттер издал тихий звук удовлетворения. Он осознал, что Поттер хорошо знал, что привязан к запястью Драко; он ждал, что Малфой использует эту связь, чтобы войти в рот Гарри, — данное знание толкнуло Драко через край. Его тело сжалось, удовольствие пронеслось сквозь него длинными дрожащими волнами, когда его рука сжалась вокруг верёвки, удерживая Поттера на месте и заставляя его оставаться неподвижным, пока Драко заполнял его рот своим членом.

Драко закрыл глаза, на несколько чудесных мгновений ему показалось, что он летит на своей метле, паря над землёй, не заботясь о том, разобьётся он или нет.

Ему не нужно было волноваться; в него не врезаться. Тёплые и сильные руки Поттера крепко держали его за бедра, и Драко был уверен, что Гарри не даст ему упасть.

========== Часть XIV ==========

Драко обмяк в кресле, тяжело дыша, пока тихий кашель не привёл его в чувство и не заставил открыть глаза. Он не смог сдержать стона, когда увидел Поттера, слегка задыхающегося, но все ещё с членом во рту, все ещё облизывающего капающую сперму, которая стекала по лобку Драко и скользила по подбородку Поттера.

Рука Драко потеряла свою силу, он больше не сжимал крепко верёвку, что означало, что он не заставлял Поттера делать что-либо — Поттер вылизал его дочиста, потому что сам хотел этого. У него вырвался всхлип, и Поттер, должно быть, неверно истолковал его слова, решив, что пора отступать. С громким хлопком он отпустил член Драко и выпрямился, глядя на него снизу вверх. Несколько мгновений он смотрел на него, не мигая, потом отвернулся и вытер рукавом рот и подбородок. Румянец окрасил щеки Гарри, несколько запоздало, по мнению Драко, шатен заговорил. Голос его был твёрдым: