Буквально сутки назад в это время я готовилась ко сну у себя в комнате – жизнь моя была размеренна, предрешена и совершенно прозрачна на несколько лет вперёд: учёба в университете, лето за рубежом, общение со сверстниками. Все было под полным контролем и ничто не угрожало этой само собой выстроенной программе моего существования. От меня требовалось просто жить и радоваться, да хорошо учиться.
И вдруг одно неверное движение, обычные посиделки, которых в нашей квартире было великое множество, одно случайно брошенное слово, усмешка судьбы и я в другом доме, в другой жизни. И на выбор у меня – либо съёмки в порно, либо удовлетворение похоти старого борова. Как так могло получиться? Как?!
Всего лишь за пару часов решилось и в корне изменилось то, что было накоплено годами и планировалось на года вперёд. Какая невероятная подмена декораций и ролей.
Как можно было ставить меня на кон? Насколько нужно было быть уверенным в своей комбинации… Это должна была быть самая сильная и непоколебимая – абсолютный флешрояль из главных карт, а не его жалкое каре из валетов. Да и сама мысль – поставить на кон дочь… Это же противоестественно всем законам природы, и самому главному закону семьи – священному закону любви отца к дочери.
К черту его… пошло всё к чёрту. Что сделано, то сделано. Какой сейчас смысл об этом рассуждать? Нужно строить новую жизнь, свою собственную, в которой только я буду решать – что мне делать со мной и как.
Я должна бороться, я должна сделать выбор. И выбор очевиден.
Согласившись на условия Давида, я буду действовать во имя святой цели – своего спасения, во имя того, чтобы перечеркнуть свой прежний обветшавший мир и выстроить на его руинах нечто более прочное и совершенное. С таким подходом моя совесть и сны никогда не посмеют меня в чём-либо упрекнуть.
А, если остаться с Жорой, то это выльется в бесцельные, бессмысленные недолгие омерзительные утехи, результатом которых неизбежно станет смерть – моя или его. И что? Кому это нужно? Мне точно нет.
А значит решено. Неделю я как-нибудь выдержу. Получу свои деньги и прощай ненавистная Москва и ублюдские люди, смысл бытия которых – деньги, деньги, деньги… власть, похоть и жратва. Ненавижу.
Спокойной ночи, Кристина.
И я заснула.
* * *
Утром меня разбудил уже «полюбившийся» лязг ключа.
Давид принёс завтрак. Спасибо, милый.
– Доброе утро, лежебока, – приветливо защебетал он.
Вот же дьявол во плоти. И как ему так удаётся – искусно перепрыгивать от любви к ненависти, от радости к раздражению, от похоти к презрению.
И в каждом состоянии он весьма органичен. Что ты за человек такой…
– Доброе, – хмуро ответила я. Не столько от того, что мне неприятен был он, сколько от того, что просто не выспалась. И, Господи, как же я не люблю, когда меня видят только-только спросонья. Я все-таки леди, а леди прекрасны всегда, никто и никогда не должен видеть их в ином виде или состоянии.
– Ну что, – тут же перешёл к сути Давид, – ты подумала?
– Подумала.
– И каков будет вердикт?
– Мне всё это очень не нравится, я прям сильно против всего этого, ты долбанный извращенец.
– Да или нет? – невозмутимо уточнил он.
– Да… – выдохнула я.
– Отлично! – он заметно оживился. – Знаешь, я как-то особо и не сомневался в твоём здравомыслии. Но учти моя дорогая – всё будет серьёзно. Это мой проект и он будет точно таким, каким я его хочу видеть. Будешь проявлять строптивость или непослушание – верну тебя к папке. Но не к твоему.
– Я понимаю, – кажется меня уже сложно было чем-то удивить.
– Достойно выдержишь неделю – поедешь домой с достойной вип-карточкой. Будешь стараться – получишь и премию. Всё в твоих руках.
Он сел рядом на кровать. Сердце мое предательски заколыхалось.
– Я уверен, со временем ты распробуешь удовольствие от новых возможностей своего тела и души. И время, проведенное вместе, в дальнейшем будешь вспоминать с ностальгией.
Он говорил и при этом незаметно просунул руку мне под покрывало. Как только он коснулся рукой моего обнаженного бедра – я дёрнулась от неожиданности. Ногу убрала.
– О нашем проекте будут говорить, на нас будут равняться, за нами будут повторять, – самозабвенно продолжал он и в этот раз его рука уверенно легла поверх моего бедра так, что убрать её в сторону я не могла.
– Убери руку, – буркнула я.
– Я не деспот и не садист. Я не причиню тебе зла, да и мыслей у меня таких нет. Я просто знаю кое-то больше и лучше тебя. Я поведу тебя, как учитель нерадивого ученика.
Рука его медленно поползла выше. А я вчера перед сном так и не оделась.
Как бы он ни был мне сейчас противен своим предложением и разговорами, я не могла обмануть своё тело, которое тут же трепетно отозвалось на его поглаживание. Я понимала, что должна своей рукой просто убрать его руку из-под пледа, но… руки мои безвольно лежали поверх него, как ни в чём не бывало.
– Мы многое себе запрещаем, – продолжал Давид так же, как будто под пледом ничего не происходило, – а зачем? Ведь многие наши запреты – это просто недостатки воспитания. Нам вдолбили в голову – что это хорошо, а это плохо и мы свято в это верим и следуем этим правилам, даже не пытаясь разобраться – что для нас по-настоящему хорошо, а что плохо.
Его рука достигла моих уже увлажнённых, сука, губ. Он начал нежно их поглаживать.
Я напряглась, сама же, невольно, скорее всего подсознательно, слегка раздвигая ноги.
– А потом методом проб и ошибок мы выясняем, что оказывается: то, что было плохо – это на самом деле хорошо, а то, что хорошо – просто допотопный пуританский 17-й век с его мхом покрытой моралью.
Он всё так же чувственно массировал ладонью мой лобок, мои губы и клитор, я закусила губу. С каждым его поглаживанием откуда-то снизу живота по всему телу разбегались приливами волны удовольствия, до макушки, до самых кончиков пальцев ног.
Сегодня я не могла смотреть ему в глаза.
Безвольно я смотрела в точку куда-то в низ угла комнаты.
– И представляешь, некоторые так никогда и не осознают – что же для них действительно хорошо в удовольствии, в сексе…, – гипнотическим голосом продолжал Давид. – Они живут иллюзорной жизнью – зачастую внешне счастливой, но тревожной внутри, потому что мысли их греховные тянут совсем не туда – куда направили их родители и окружение. И трахается несчастный муж со своей женой всю жизнь и считает, что счастлив, а по ночам частенько ему снятся другие мужчины… и от этих снов он просыпается с мокрыми осеменёнными трусами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.