– Да, господин офицер! – почти прокричал Камышов и вышел из кабинета.
– Райнер, отлично. Все идет по плану. После того как сделаем представление, я уеду в село. Хочу посмотреть сам, с чем надлежит работать. Кстати, Шнайдер едет с нами. Справитесь без переводчика?
– Да, господин оберст. Я нашел себе хорошего переводчика, вернее переводчицу.
– Оперативно, Райнер, оперативно. Когда успели?
– Я взял себе домработницу, хозяйку квартиры, где я остановился. Ее знакомая отлично владеет языком. После обеда ее доставят в комендатуру и оформят все соответствующие документы.
– Лихо же вы, однако, Райнер! Я только подумал, чтоб приобрести какую-нибудь чистоплотную женщину, чтобы следила за уборкой, одеждой и едой, а вы уже обзавелись. Прыткий малый! – шутил Кенинг.
– А что делать? Я так понимаю, что мы здесь надолго. Надо наладить быт. Одними консервами сыт не будешь. Я не повар, да и солдат Майер – всего лишь отличный механик, – поддерживал разговор Райнер.
– Надеюсь, что приглашения на ужин долго ждать не придется, – не унимался полковник.
– Я это учту, господин Кенинг.
– А теперь, Райнер, прикажите-ка доставить мне этого Садовникова. Побеседуем еще раз.
Райнер отдал приказ, и через пять минут в кабинет к Кенингу доставили Садовникова. После рекомендаций Камышова относительно этих двоих, Кенингу сразу же пришла мысль, как проверить директора электромеханического завода.
– Ну, что ж, господин Садовников. Извините нас за доставленные вам неудобства. Мы должны быть уверены в людях, с которыми нам предстоит сотрудничать. После проверки вашей личности мы убедились в правдивости ваших слов и у вас есть возможность доказать свою преданность фюреру. Сегодня вас выпустят, а завтра вы явитесь сюда в 9.00 и подпишете приказ на назначение на новую должность и проведут инструктаж.
У Садовникова все похолодело внутри. «Что за проверка, какая должность, что за ситуация в городе, выпустят ли Горячева?» – мысли кружились у него в голове, как пчелы в потревоженном улье.
– Если вам все понятно, то я вас не задерживаю.
– Я свободен?
– Да, господин Садовников, вы свободны завтра до 9.00, – еще раз подтвердил Шнайдер.
Садовников вышел в полном смятении и прямиком направился к Горячевым, чтобы успокоить его семью.
– На какую должность вы поставите этого русского? – поинтересовался Райнер.
– Он займется вербовкой молодежи на работу в Германию. Часть отправим сейчас. Германии нужны молодые и здоровые рабы. А там посмотрим по обстановке. А для него это будет серьезным испытанием, – прищурил глаза Кенинг, постукивая костяшками пальцев по столу.
– Так, господа, вы свободны. Райнер, передайте Эльзе, пусть зайдет.
Исполнительная Эльза не заставила себя долго ждать.
– Эльза, подготовьте приказ на этого человека, – Кенинг дал ей досье на Садовникова. – Этот человек будет заниматься вербовкой молодежи на работы в Германию. Стране сейчас нужна бесплатная рабочая сила для обеспечения всем необходимым солдат фронта. Завтра утром приказ должен лежать у меня на столе. После собрания на площади, я уезжаю в село. Вероятней всего вернемся завтра к вечеру.
************************************
Время приближалось к 12.00. Кенинг направился на городскую площадь. Там уже собрался полностью весь командный состав. Камышов и Латышев были на месте. Также присутствовали и 16 новоиспеченных полицаев, уже переодетых в черную полицейскую форму с повязкой на рукаве, которая гордо кричала об их новой деятельности. На площади собралось народу намного больше, чем в первый раз.
Альтман Кенинг взошел на трибуну. Шнайдер приказал не нарушать тишину во время произнесения речи полковника.
– Граждане и гражданки! Мы пришли к вам, чтобы освободить от большевистской заразы. Поэтому для начала мы должны навести порядок в городе. И сегодня я вам представлю вашего соотечественника и бургомистра города Камышова Евгения Прохоровича и начальника полиции Латышева Григория Федоровича. Желающим записаться в полицию, получать жалованье и паек обращаться в полицейский участок, который расположен в бывшем здании библиотеки. Сейчас я вам озвучу пункты, которых должно придерживаться все население города. Это все в ваших интересах, – сказал Кенинг и достал из папки лист бумаги.
– Первое: в городе вводится комендантский час. Свободное передвижение по городу только с 8.00 до 19.00. Исключение составляют люди, имеющие документ от бургомистра города, в котором будет указана причина их появления на улицах города в неуказанное время. Второе: военнообязанным, не вставшим на учет, грозит расстрел. Третье: жители сел и городов обязаны сдать оружие и боеприпасы. При обнаружении – расстрел, в лучшем случае – каторга. Четвертое: за прослушивание советских радиопередач – каторга до 5 лет. Пятое: каждый житель города обязан доводить до начальника полиции сведения о всех лицах, не проживавших до 22 июня 1941 года в данном городе, о всех приезжих и обо всех, кто будет прибывать. Шестое: жители, желающие дать приют приезжающим, обязаны доложить бургомистру города и объяснить причины их прибытия. Седьмое: жители, приютившие лиц Красной Армии, – приговариваются к расстрелу. Восьмое: жители, которые своевременно донесут на лиц, имеющих отношение к заговору против немецкой власти, поощряются наградой в размере 500 рублей. И девятое: за хищение и порчу немецкого имущества – расстрел. Надеюсь, что вы окажетесь добропослушными и преданными гражданами великой Германии!
Произнеся эту речь, Кенинг дал распоряжения по поводу обеда и поездки в совхоз «Заря». Оставив Райнера ответственным на время отъезда, он сел в машину и уехал.
Полицейские тут же лихо принялись выполнять свои обязанности, разгоняя людей с площади.
************************************
В совхоз немцы въехали в составе двух мотоциклов, трех грузовых автомашин и двух легковых автомобилей с немецкими офицерами.
Латышев сразу же сориентировал их к конторе, куда охотно стали подтягиваться жители совхоза. Руководство совхоза во главе с директором Петром Лазаревичем Кашириным очень добродушно встретило немцев и, проведя краткосрочные переговоры, полностью дало свое согласие на сотрудничество с так называемыми освободителями. К тому времени людей собралось достаточно много, и немцы сразу же решили ознакомить их с новыми порядками.
– Мы пришли сюда, чтобы вы – русские – снова стали хозяевами своей земли! – так начал свою речь Кенинг. – После войны все совхозные земли будут переданы и поделены между вами. Великая и справедливая Германия положит конец большевизму!
В толпе прошел радостный гул. В совхозе большевизм воспринимался как зло и очень многие были рады освободиться от ненавистного большевистского режима.
– С этого момента мы назначаем старостой совхоза господина Каширина. Отныне вы будете полностью подчиняться ему. Староста будет доносить до вас все распоряжения немецкого командования. За невыполнение его приказов, а еще хуже, за покушение на представителя немецкой власти виновники понесут тяжелые наказания, вплоть до расстрела. Желающие записаться в полицию могут сделать это прямо сейчас. Ваши кандидатуры будут рассмотрены старостой и начальником полиции вашего областного центра господином Латышевым. Вам выдадут форму и паек.
Кенинг не успел продолжить свою речь, как вперед вышли пять молодцов. Он сразу же направил их с Латышевым в здание конторы.
– Для того, чтобы ускорить нашу с вами победу над большевизмом, от вас требуется: выявлять советских парашютистов, военнослужащих Красной Армии, советских активистов и лиц, которые предоставляют им пристанище. Следующее: выявлять всех подозрительных и пришлых лиц и сдать в комендатуру все имеющееся оружие, боеприпасы, подрывные средства, голубей и радио и фотоаппараты. Все дома в совхозе будут пронумерованы, хозяйство все переписано, и, исходя из этого, каждую неделю вы будете отдавать определенную часть продуктов для солдат немецкой армии. И приятная новость: большую часть поголовья совхозного крупного рогатого скота мы отправим в Германию. Ровно половину собранного урожая немецкое командование отдаст вам как щедрое вознаграждение за ваши труды. Также для жителей совхоза будут проводиться культурные мероприятия по выходным. Вы будите смотреть фильмы о великой Германии, о жизни молодежи и сельских жителей. И желающие смогут поехать на работы в Германию, где их труд будет хорошо оплачиваться, а семьи, оставшиеся здесь, будут полностью обеспечены. Все дальнейшие указания и распоряжения вы получите от господина Каширина, как представителя немецкой власти.
