— Я тоже умерла? — сдавленно вопрошаю я. Иного вывода у меня просто не получается сделать. Неужто яд все-таки добрался до сердца? Слезы тихим потоком начинают течь из глаз. Как я могла оставить друзей? И зачем их тогда нужно ждать? — Я ничего не понимаю, — всхлипываю, при этом бросаясь в объятия Гэндальфа. Это он, о Эру, зачем столько испытаний выпало на долю Братства?

— Ты еще очень даже жива, дитя, — тихо смеясь, говорит мне маг и обнимает в ответ. — И путь твой еще не окончен. Как и мой, — вопросительно смотрю на Митрандира, а слезы даже и не думают высыхать. Мне так его не хватало! — Приведи пока лошадей, они недалеко отсюда, — нехотя отстраняюсь. А вдруг он сейчас исчезнет? Вдруг это просто видение? — Не бойся, я больше не покину вас, не предупредив заранее.

— Хорошо, адар**, — с этими словами быстро встаю на ноги. — Тебя слишком давно не было с нами, за это время я успела примерить лориэнский венец, — тело с поразительной быстротой восстановилось после яда. И в этом мне, несомненно, помогла магия.

— Но, несмотря на это, ты все равно продолжила столь опасный путь. Я горжусь тобой, Аилинон, жизнь сделала из тебя не просто храбрую и искреннюю девушку, но еще и стойкого воина, готового идти до конца. А теперь ступай, кони нам еще пригодятся, — Митрандир отпускает меня, я же следую на радостное ржание лошадей.

Достаточно далеко от того места, где мы были с Гэндальфом, нахожу наших лошадей. Они со счастливым фырканьем поедают травку. Но мое внимание сейчас приковано исключительно к белоснежному коню, стоящему чуть поодаль от роханских лошадей. Серогрив выглядит серьезным и могущественным, он столь же отличается от обычных лошадей, как эльфы от людей.

Но как бы я не пыталась найти свою непутевую лошадку, но ее словно и след простыл. Разочарованно вздохнув, подхожу к коням своих друзей. За всем этим внимательно наблюдает Серогрив.

— Кажется, вам двоим придется везти на своих спинах по два всадника, — вздыхаю я, поглаживая Арода по шее. Но стоит этим словам слететь с моих губ, как вожак табуна меарас издает протяжное ржание. — Я не причиню никому вреда, — повернувшись к Серогриву, произношу я. — Нам лишь нужно добраться до Эдораса, — знаю, что лошади понимают меня также, как и я понимаю любого представителя эльфов или людей.

Конь с горделивым видом поворачивает голову в сторону гущи леса. И лишь теперь до меня доходит, что это было за ржание. Далеко не предостережение, а призыв. Из-за деревьев выходит невероятной красоты лошадь. Ее легкая походка и грация завораживают, мое сердце быстро бьется в груди. Кобыла из рода диких лошадей неторопливо подходит к нам.

Никогда бы не подумала, что буду так волноваться при столь близком знакомстве с этими лошадьми. Руки непривычно дрожат в предвкушении, когда я подхожу к фантастическому животному. Вопреки всем моим опасениям, кобыла отзывается на мои чувства также открыто, как я еще недавно радовалась возвращению Митрандира. Она встречает меня как старого знакомого.

— И я рада встрече с тобой, — почтенно отзываюсь я, с наслаждением проводя ладонью по гладкой серебристой шерсти кобылы. — Теперь уж мы точно закончим этот поход. Спасибо, Серогрив, за твою помощь, — с уважением кланяюсь вожаку табуна, чем, надеюсь, зарабатываю несколько баллов доверия. — А теперь нам всем нужно вернуться, — аккуратно взбираюсь на спину лошади. — Надеюсь, что ты не будешь против, если я буду называть тебя Фаэн, ведь это имя подходит тебе, — в ответ слышу звонкое ржание лошади и вижу, как она начинает согласно кивать головой.

Всей этой процессией мы выдвигаемся обратно к Гэндальфу. Серогрив уверенно шествует в начале, следом я, верхом на Фаэн и кони Арагорна с Леголасом. Из мечтательного состояния меня выдергивает громкий крик Гимли. Крепче обняв бока кобылы, мы словно начинаем лететь над землей. Эта скорость ни с чем не сравнима.

— Это Саруман! Стреляй, Леголас, не давай ему заговорить, он зачарует нас! Стреляй же! — истерично вопит гном. И всю эту картину застаю я, выскакивая из глубины леса. Оказываюсь между Гэндальфом, который вновь облачился в серый плащ, и друзьями. Фаэр встает на дыбы, чувствую опасность, исходящую от отряда.

— Успокойтесь, друзья, — крепко держась за гриву лошади, произношу я. Ловлю на себе их удивленные взгляды, а Леголас опускает свой лук. — Вам ничто не угрожает здесь, просто выслушайте его, — спрыгиваю на землю.

— Добрая встреча, друзья мои, — с легкой усмешкой, произносит Митрандир. Никогда бы не подумала, что увижу гнома, эльфа и человека такими ошарашенными. Еще секунду назад они были готовы убить волшебника, сейчас же выглядят так, словно впервые видят меня. — Будь вы немного внимательными, вам бы не пришлось искать свою подругу по всему лесу. Мне пришлось исцелить ее от орочьего яда. Как вы допустили это?

— Кто ты такой? — хватаясь за меч, вопрошает Арагорн. В это же время Леголас заталкивает меня себе за спину, словно мне сейчас грозит смертельная опасность. Демонстративно закатываю глаза. И со словами «только попробуй вылезти вперед», натягивает тетиву лука. Гэндальф выходит вперед и в секунду откидывает и плащ, и шляпу. Но яркий белый свет не позволяет даже острому эльфийскому зрению увидеть владельца сего волшебства.

И что он всем этим хочет показать? Я тоже могу так! У нас сейчас нет времени на представления. Неужели это сейчас только я понимаю? Пытаюсь обойти Аранена стороной, но грозный взгляд лихолесского эльфа пригвождает меня к месту. Ой, да ладно! Теперь еще и со мной обращаются, как с ребенком! Я прискакала к ним на кобыле из табуна меарас! Что я еще должна сделать, чтобы убедить друзей в том, что я куда сильнее, чем выгляжу? Может, самолично убить назгула? Или отправиться следом за Фродо к Роковой горе?

— Вы идете по следам двух юных хоббитов. Они прошли этой тропой позавчера и встретили того, кого не ждали увидеть. Это успокоит вас? — с каждым последующим словом свет угасает, а перед нами предстает Гэндальф, облаченный в белое. И все-таки у нас это семейное.

— Это невозможно, — не веря своим глазам, произносит Арагорн, у меня же получается улучить возможно сбежать от шокированного Леголаса. Фаэн тут же оказывается возле меня, а следом за ней из-за деревьев выходят и остальные кони.

— Раньше меня звали Гэндальф Серый, сейчас же я Гэндальф Белый, и я вернулся к вам в решающий час.

Комментарий к Глава 21. Это невозможно

*душа моя

**отец

**Фаэн:**

http://kohuku.ru/uploads/forum/images/2013-12/138589646010972661.jpg

http://ip4img.goiphonewallpapers.com/2011/11/28/60532ffb1cf26a96_640x960.jpg

========== Глава 22. На кладбище и то веселее ==========

Немедля больше и минуты мы отправляемся в обратный путь. Нас уже заждались в Эдорасе. Точнее не нас, а своих драгоценных коней. Тяжесть, которую я ощущала еще со времен самой Мории, неожиданно исчезла. И это ощущение легкости и воодушевленности придало мне сил. Мысли стали ясными и чистыми, словно родник на рассвете.

Запрыгиваю на спину Фаэн. Лошадь радостно начинает переступать с ноги на ногу, после чего с готовностью бросается вперед. Не успеваю и слова сказать своим друзьям, когда неожиданно даже для себя оказываюсь в самом начале нашей процессии. Позади лишь слышу смех Гэндальфа и такое же веселое ржание Серогрива. Если бы кони умели смеяться, то делали бы это именно так.

— Поспокойнее, милая, мы же не хотим оставить наших друзей глотать пыль из-под твоих копыт, — припадая к шее кобылы, шепчу я. На лице появляется счастливая улыбка. Дикость и рвение Фаэн напомнило мне меня саму, ведь я и сама готова рваться вперед, уничтожать преграды, буквально сжигать их.

Тем временем, лошадь сбавляет скорость, что позволяет друзьям догнать меня. Замечаю на себе ласковый взгляд Митрандира, он словно лучится гордостью за меня. И сейчас, наверное, я самая счастливая девушка во всем Средиземье. Все происходящее кажется мне дивным сном, и я бы хотела, чтобы он никогда не заканчивался.

— Что Гэндальф имел ввиду, говоря об орочьем яде? — от неожиданности вздрагиваю, а вот Фаэн недовольно фыркает, косо поглядывая на Леголаса. Будь она девушкой, определенно бы залепила лихолесскому эльфу кулаком по лицу. Истерично пытаюсь придумать более или менее правдивый ответ. — Даже не думай врать.