Значит, стоило продолжать искать кабельщика, кем бы он ни являлся на самом деле. Мои мысли снова вернулись к этому типу. Тот взгляд, которым он меня наградил в доме Костелов, я запомнила навсегда. Он уже знал кто я, когда пришел. Зачем он вообще пришел к вдове? Да еще под таким предлогом.

Кабельщики самые неприметные, при том, что они имеют доступ к коммуникациям, а, следовательно, множеству помещений. Определенно он что-то искал в доме, иначе к чему весь этот спектакль. Значит ли это, что он пришел за зубной картой? Я как раз держала ее в руках, думаю, он бы заметил, что все его планы пошли к черту. Опять же, почему он оставил именно эти отпечатки? Если преступник хочет скрыть свою личность, он скорее наденет перчатки или наподобие и не оставит вообще никаких следов.

Я допила виски и легла в кровать, крепко сжимая пистолет.

Мне снились клыки и когти и то, как они утаскивают меня в ад. Я проснулась вся в поту и решила, что с меня хватит. Всего за три дня я стала двойным агентом, шпионящим против своих же, жертвой ночных кошмаров, нежеланным гостем в любимом баре и плюс ко всему, Оливер посчитал меня свихнувшейся маньячкой. За эти три дня я потеряла себя и свою привычную, немного темную, но интересную жизнь. Сейчас будто бы весь мир наблюдал за моими действиями и как следствие, я обязана была вести себя прилично хоть какое-то время. Надолго меня не хватит, я это знаю совершенно точно, но хоть сколько-то попытаться продержаться все же стоит. Хотя бы на время проведения дурацкого расследования.

Выпив чашку кофе, я отправилась на пробежку встречать рассвет на пирсе, как делаю почти каждый день на протяжении уже нескольких лет.

В плеере играла воодушевляющая мелодия для бега, но на нужный лад меня не настраивала. В голове засела лишь одна мысль – на пробежке я безоружна и могу за это поплатиться.

В последнее время все мои мысли замкнулись. Все, что связано с Дэнни и сгоревшим ночным клубом, вызывали повышенный интерес, и хоть с того момента прошло всего три дня, ну, уже четыре, я хотела, чтобы у меня уже был результат. Или хотя бы достоверные факты, с которыми я бы смогла работать. На что мне дурацкая фотография Дэнни с призрачным кабельщиком? И этой дурацкой подписью «Прости». Во что он меня впутал? Или во что впуталась я сама?

Не заметив, как преодолела четыре километра, я оказалась на пирсе в самый лучший его час. Время, когда лоточники выставляют на продажу свою рыбу, с судов спешиваются моряки, а чайки кричат необычайно громко.

Я любила этот город и любила это место, хоть отовсюду пахло рыбой и солью. Океан казался гораздо прекраснее в рассветные часы, нежели в закатные. Может быть, потому что все закаты я проводила либо на работе, либо просиживая зад в баре.

Определенно мне стоило пересмотреть свой прекрасный образ жизни и бросить пить так много. Пока это не являлось проблемой, но со временем все приобретает иные краски. Я лично знала приличное число копов, которые спились еще до пенсии. Так вот я тоже имела все шансы на подобный исход. Если погибать, так за высшие идеалы, а не за рюмкой. Так мне казалось.

Забавно, как некоторые пустые мысли приводят нас к неожиданным результатам. Любуясь рассветом, я готова была поклясться, что в сотне метров от меня я увидела загадочного кабельщика, которого не смогла найти в базе полиции ни по фотографии, ни по отпечаткам.

Решив не терять ни секунды, я ринулась в погоню.

Вряд ли подобные ему приходят на пирс в столь ранний час, чтобы купить вонючую рыбу. Наверняка у него здесь имелись какие-нибудь грязные делишки, которые помогли бы пролить свет на связь с Дэнни. Я отчаянно нуждалась хоть в какой-нибудь ниточке, которая впоследствии помогла бы мне быстро закрыть это несносное дело и сдать его в архив.

Я могла поклясться, что преследования умею вести как заправский шпион, и этот придурок меня даже не заметил и то, как я следую за ним по пятам. Однако в этом деле все оборачивалось огромными проблемами для меня. Этот раз не стал исключением.

Я была настолько сфокусирована на объекте преследования, что даже не подумала о том, что сама являюсь прекрасной мишенью.

В то время, пока я подбиралась к кабельщику все ближе, кто-то подбирался все ближе ко мне и, дождавшись удобного момента, когда вокруг не было не души, и мне повезло упустить объект из виду, кто-то столкнул меня с пирса в ледяную воду.

От неожиданности я не успела среагировать и зацепиться хоть за что-нибудь кроме воздуха, поэтому полетела в бурлящий океан без надежды на спасение.

Плавать я умела, но по причине удара моей головы о каменную пристань, это оказалось невозможным.

Следующее что я помню, как меня тошнит водой, а перепуганные рыбаки и лоточники, склонившись надо мной, стоят и причитают.

Отдышавшись и придя в себя, я ощупала голову. Скоро вылезет шишка, но вроде ничего серьезного, даже не кровит.

Мысль о моем спасителе не заставила себя долго ждать. Осмотревшись вокруг, я поняла, что ни один из рыбаков не причастен к истории моего спасения.

Закрыв глаза всего на секунду я пыталась вспомнить что я видела непосредственно перед падением, но как я не старалась, ничего не получалось. Словно темной пеленой мой мир и воспоминания покрыл обморок или что это там такое было.

Тогда я прислушалась к телу. Кожу покалывало, но вся кровь отлила от конечностей в район живота. Через секунду адреналин смешается с моей кровью, и я смогу найти силы продолжить расследование, но сейчас я была дезориентирована.

И на девяносто процентов уверена, что из пучины океана меня вытащил именно кабельщик.

Если бы я могла думать здраво, мне следовало предположить, что именно он меня и столкнул в воду, а значит я подобралась слишком близко к разгадке. Это не могло не радовать, поскольку теперь дело перешло на новый уровень. Теперь оно стало личным.

Я не могла много времени провести в воде, а значит, у меня был шанс получить отпечаток кабельщика. Вряд ли сегодняшнее мое утопление было спланировано.

Я поднялась на ноги и пошла прочь с пристани, чтобы поймать такси и скорее оказаться в участке.

Глава 3

Поскольку явилась я в участок вся мокрая и одетая явно не в свою привычную одежду, капитан очень заинтересовался что же со мной случилось. Синяки под глазами говорили о выпитом алкоголе, усталости и чуточку о покушении.

– Позволь поинтересоваться что же с тобой случилось?

– Все в порядке, меня намеренно столкнули с пирса в порту.

– Ну-ка постой, – мужчина схватил меня за локоть и развернул к себе, – идем.

Он завел меня в свой кабинет и плотно закрыл дверь.

– Садись.

Капитан Джонс не вел себя вежливо. Могу себе только представить, как я утомила его за последние годы работы детективом.

– Теперь рассказывай во всех подробностях.

– Каждое утро я бегаю. Сегодня во время пробежки я заметила подозреваемого и почти поймала. Но все же упустила потому что меня кто-то столкнул с пирса. Вокруг не было никого, никто не видел этого человека.

– А как ты выкарабкалась? Там метров шесть в высоту и нет лестницы.

Я развела руками.

– Очевидно меня вытащили рыбаки. Я не уверена. Ударилась головой и отключилась.

– Мать твою, Дукерт! – капитан упал в кресло и закрыл глаза. – Что прикажешь с тобой делать?

Я молчала.

– Кого ты преследовала?

– Я не знаю имени, в нашей базе на него ничего нет.

– Тогда с чего ты взяла что он причастен?

Чтобы я могла на это ответить? Рассказать, что Дэнни вел с ним какие-то дела? Вряд ли это поможет очистить репутацию Костела. В «Капалухе» я его тоже не видела, он встретился мне только один раз в доме Моники. А значит связать его с клубом нет возможности. Дерьмовая ситуация.

– Осведомитель, сэр.

– Имя ты конечно же не назовешь.

– Боюсь я не могу этого сделать.

– Надеюсь, твой осведомитель и правда существует.

Существует, но у него другая задача. Кстати, он тоже не опознал кабельщика.